"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)
— Клянусь!
Резки рывок, и мои когти оцарапывают его ладонь.
— Клятва принята, — произнесла я и подняла волну, садясь на ней, словно на троне, не скрывая больше своей сущности.
Ярис ахнул и в панике рванул прочь от озера, но пространство вокруг я уже окружила стеной воды, не позволяя ему скрыться.
Глава 33
Обнаружив, что окружен стеной воды, Ярис остановился и принял боевую стойку. На руках у него заиграли огненные язычки, но он быстро справился с собой и сбросил их пальцев. Выпрямился, гордо задрав голову. Взгляд его был прикован к моему хвосту, а в эмоциях смешивались шок и форменная паника:
— Вы убьете меня? Вы взяли с меня клятву, чтобы я не мог защититься, а теперь убьете? Я лишь прошу о милости: пусть это случится быстро.
— Профессор, вы бредите? — спросила я неожиданно охрипшим голосом. Никогда прежде я не видела человека, который бы настолько ярко видел во мне монстра. — Мы знакомы больше полугода, с чего мне вас убивать?
— А... что же вы тут делаете?..
— Прохожу практику по магии стихии Воды от Имперской Академии Магии, конечно.
Только тут он растерянно моргнул, поднял, наконец, взгляд на мое лицо. Открыл рот, будто силясь что-то сказать, но не находя слов. Закрыл. Вновь осмотрел меня с хвоста до головы и вдруг густо покраснел, что стало заметно даже через его смуглую кожу:
— О, Стихии, Арина, вы не одеты! — и резко отвернулся.
Тут меня прорвало, и я захохотала:
— Вы не хотите объяснить, из-за чего такая чрезмерная реакция? Я уже встречалась с людьми, и они, хоть и были шокированы, реагировали на мою, скажем так, видовую принадлежность, более спокойно, — рассуждая, я уселась в свое кресло и, не утруждая себя пока надеванием платья, просто завернулась в верхний халифатский халат, словно в пальто. — Можете поворачиваться.
— Они, наверное, было имперцами? — предположил Ярис, все еще продолжая со странными эмоциями коситься на мой хвост, торчащий в разрезах халата.
— Да.
— Дело в том, — он присел на камень, на котором и ждал, пока я наплаваюсь, — что есть разница в мифологии между нашими культурами... некоторые особенности...
— Говорите проще, — поморщилась я. — Все же мы сегодня стали достаточно близки.
Он покосился на меня с неодобрением, но все же пояснил:
— В культуре Халифата русалка — это самый страшный персонаж всех сказок. Это существо, которым пугают детей, опасная и коварная тварь... простите, — осекся он.
— И о чем же эти сказки? — полюбопытствовала я. — Не считая глупой истории про то, что это русалки создали на территории Халифата пустыню?
— Ну... например, сказка о том, как русалка заманивала в воду детей и пожирала их, пока один мальчик не сложил на берегу детскую фигурку из камней и не одел ее в свою одежду. Русалка сожрала ее и умерла от несварения. Или сказка про то, как одна женщина так хотела забеременеть, что обратилась за помощью к русалке. После она забеременела, но родила ужасного монстра — двенадцатилапого осьминога, который моментально вырос с дом и уничтожил всю деревню. Или история о том, как Халиф влюбился в прекрасную деву, а в первую брачную ночь она обернулась русалкой, разорвала его грудную клетку и сожрала его любящее сердце, чтобы получить власть над его землями. Но его мудрая первая жена успела ее убить до того, как случилось непоправимое. А еще...
— Достаточно, — поморщилась я. Кажется, сказки всех миров немного похожи. — Но, надеюсь, вы понимаете, что это просто сказки, страшилки для детей и взрослых, не имеющие никакого отношения к реальности?
— Я так думал! — закивал Ярис, но осекся, — но так же я считал, что русалки не существуют, — он посмотрел на меня с опаской.
— М-да, русалки существуют, — кивнула я. — Но это не значит, что правдиво то, что о нас рассказывают в ваших сказках. Я не ем детей и не убиваю людей, если это не самозащита. — Я чувствовала, что не слишком убедительна. — И вообще, я знаю свои силы, и вы знаете. Я — мономаг. А по вашим легендам во время войны с русалками они превратили горы между Халифатом и Империей в вулканы. Вы же понимаете, что магия воды на такое не способна? Это бред. Извержение вулкана может произойти и по естественным причинам, почему сразу винить русалок? К тому же, во время извержения могло случиться землетрясение, а знаете ли вы, что землетрясение — это естественная причина возникновения цунами? Все это может случиться и без всяких русалок.
Ярис смотрел на меня остекленевшим взглядом. Кажется, все мною сказанное не очень помещалось у него в голове.
— Вообще, просто воспринимайте меня как очень одаренную магией воды женщину, не способную ходить, и все, — я как можно доброжелательнее улыбнулась, но, увидев его напряженное лицо, вспомнила, что у меня клыки. Это не такая уж редкость по местным меркам — у орков и их полукровок тоже клыки, но мои-то служили лишним напоминанием о том, что я совсем не нежное создание. Я поспешно скрыла их за губами и предложила уже серьезным тоном: — ладно. Проблемы доверия мне знакомы. Мое решение — клятва.
— Я ведь уже поклялся тебе, что не наврежу, — он поморщился, разглядывая свою ладонь, на которой едва заметно серебрился рисунок в виде моей чешуйки.
— Я готова поклясться, что не замышляю ничего против Халифата и не буду вредить, если меня не вынудят защищаться. — Предложила я. — А ты в ответ поклянешься, что никому не раскроешь моей тайны.
— Но ведь это и так предполагается? Если я раскрою твою тайну, то это приведет к причинению вреда, и я умру...
— Так ты хочешь от меня клятву получить или нет? — удивилась я его сопротивлению.
— Конечно, хочу!
Следующие минут пятнадцать я составляла на листочке подходящую формулировку. Хорошо, что я придерживаюсь правила: «все свое ношу с собой» — сумка с блокнотом и писчими инструментами так и висела, притороченная к моему креслу. Ярис с любопытством заглядывал в мою тетрадь, но я для скорости писала на русском, так что понять он ничего не мог.
Наконец, закончив, я пустила нам обоим кровь острым ногтем, и первая продиктовала Ярису, как клясться:
— Клянусь не открывать тайны, не причинять вреда ни Арине, ни ее людям ни действием, ни бездействием, ни взглядом, ни жестом, ни словом, ни молчанием, ни устно, ни письменно, ни иным способом. Клянусь быть честным и раскрывать всю информацию, которая будет связана с ее безопасностью, — последнее он добавил самовольно, я хотела формулировку: «раскрывать всю информацию, касающуюся ее», но Ярис отказался, ограничив круг вопросов только безопасностью.
В ответ он попросил клятву, что я не буду причинять вреда жителям Халифата, если те на меня не нападут, что не буду мстить за древнюю войну с русалками (в мыслях не было! Все участники тех событий ведь уже умерли!) и буду честно вести дела с Халифом, если мы с ним договоримся о цене и, если меня не попытаются обмануть в ответ. И честно рассказывать о возникновении любых проблем в реализации будущих проектов.
Когда мы закончили со словами, фонтанчик соленой воды МаХалиф окутал наши руки, заставив зашипеть от боли. Заклятье опреснение на него я бросить просто не успела, но, когда он опал, ранки уже пропали. Только у Яриса на ладони остался рисунок, моя же кожа не реагировала на магию клятв.
— Нам пора собираться, — заметил Ярис, глядя на восток. Небо там уже посветлело.
— Надо сполоснуться от соли, — произнесла я со вздохом и скинула с плеч халат. Ярис поспешил отвернуться, а я вызвала из воды пресную струю и ополоснулась, не заботясь о том, что намочу одежду. Тщательно прополоскав волосы, принялась одеваться, параллельно собирая воду, тем самым высушивая себя и платье.
Закончив, я убрала стену воды:
— Я готова, — сказала, доплетая простую свободную косу.
Ярис растерянно кивнул. Кажется, он все еще был немного в шоке от произошедшего, но, когда мы вернулись к деревне, быстро встряхнулся и принялся отдавать приказы, чтобы подготовить наш отъезд. Я же поспешила в свой домик собираться. Пока ехала через деревню, заметила, что те, кто в столь ранний час уже не спит, светятся от любопытства. Кажется, наша ночная отлучка к озеру навела народ на определенные мысли, что заставило меня посмеиваться от глупости такого предположения.