"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ)
— А эти что? — я ткнула пальцем в тушки птиц.
— Если животное проглотит магический камень и совладает с его силой, то станет одержимым. Мы как раз искали такого зверя. В рыбачьих деревнях появилось нечто, оно пыталось приманить детей магией воды. Наверняка это была акула, проглотившая Кровь Моря, такое уже случалось. И капитан Гарт вызвался найти зверя за вознаграждение… но вместо этого мы поймали тебя, — скомкано закончил он.
Я ощутила, как мучительно краска заливает мое лицо. Это что же получается, я сама во всем виновата?
Глава 30
— И много таких тварей вы встречали? — уточнила на всякий случай.
— Последнюю, о которой я слышал, убили лет триста назад, — хмыкнул прислушивающийся к нашему разговору капитан Гарт.
— А как же ваш пра-пра-прадед? Он жил так давно? — удивилась я.
— Он нашел камень в желудке самой обычной рыбы, если она и владела магией воды, от сетей это ее не спасло. Вот если бы ее проглотила какая-нибудь акула вместе с камнем, людям на побережье было бы несдобровать. Эти твари очень коварны, могут перевернуть лодку и сожрать рыбака или заманить в воду ребенка.
Я весьма удивилась:
— То есть вы не занимались раньше ловлей таких существ?
— Да, — капитан Гарт поморщился, словно от зубной боли. — Рыбаки обратились к… магам, — новое слово, как мне показалось, точнее всего было бы перевести как «правительственным» или «государственным», — но те посчитали, что это всего лишь предрассудки и детские сказки, ведь никто не пострадал. А в нашей семье сохранилась память о волшебных камнях и силе, что они дарят. Маги считают, что сила камней ослабевает от года к году и скоро совсем иссякнет, а значит и одержимых больше не должно. Как видим, — он пнул крыло альбатроса мыском сапога, — маги ошибаются. Я и сам почувствовал в последние месяцы, как сила камня увеличивается. Да только маги считают ниже своего достоинства слушать простого рыбака, пусть и капитана.
«Барьеры сословного общества, прелесть какая», — подумала я растерянно, и сразу решила уточнить еще один вопрос.
— А таких, как я, русалок, вы часто встречали?
Капитан Гарт и Марус переглянулись.
— Никогда, — брякнул юнга.
— Боюсь, что русалки остались лишь в легендах, — медленно, тщательно подбирая слова, начал капитан. — Есть люди, которые рассказывают, что встречали их, но в основном это старые моряки, которые за выпивку рассказывают в кабаках разные небылицы: и про города, стоящие прямо на воде; и про гигантских морских монстров… — он запнулся, очевидно, вспомнив щупальце Кракена, которое разломало его корабль, но все же закончил: — раньше я полагал, что это просто фантазии или легенды, пересказываемые из поколения в поколения, что в реальности этого давно уже не существует, если и было прежде.
Вот как. Понятно, что ничего не понятно.
Тут в животе у Маруса громогласно заурчало, и я сообразила, что мужики со вчерашнего дня не кормлены, даже запас кокосов после вчерашнего, скорее всего, унесло в море, что уж говорить о рыбалке после того разгрома, что устроила стихия.
— Я пойду наловлю нам рыбы, — и, прищурившись, предложила, — надеюсь, вы пригласите меня к столу.
— Конечно, — ответил капитан заторможено, и я поспешила скрыться в морской пучине.
Я успела уплыть подальше и поймать несколько рыбин из косяка, на который наткнулась. На вид она напоминала семгу, но я вообще-то плохо разбираюсь в рыбе и не уверена, что ее виды не отличаются от земных, а семгу и на земле признала бы только в разрезанном виде из-за цвета мяса. В любом случае, мое нынешнее тело рыбу уважало в любых видах и сортах, так что ошибиться я не боялась.
И тут я ощутила Зов. Изменила направление течения, и уже вскоре наткнулась на Кракена.
«Хозяйка! Я тебя искал так долго!» — тело его опять было огромным, и я ощутила прилив чувства вины — кажется, он искал меня со вчерашнего дня. Не знаю даже, как я оказалась в другом конце моря.
«Прости, я сама не знаю, что случилось, когда я потеряла сознание», — призналась я.
«Тебя унесло Море. Я пытался следовать за тобой, но меня не пустило течение, а магия моя перестала действовать. Тебя несло течением ближе к Луне, я понял это, но мне было плыть нельзя. Поэтому я ждал всю ночь, пока сядет Луна, а потом поплыл тебя искать».
Вот так приключение.
«Ты молодец, что вынес тех птиц на берег», — заметила я, медленно направляясь к островам.
«Я не хотел, но надо было искать тебя. Съесть добычу нельзя, таскать с собой — неудобно, а оставить в море — съедят. Я решил, что люди есть не будут и посторожат от других хищников, ведь ты их защищала».
«Да, они сохранили», — кивнула я.
Когда мы подплыли к острову, пришла пора выходить, так что я предложила:
«Я собираюсь поесть, так что и тебе надо поесть и потом хорошенько отдохнуть после вчерашнего приключения. Надо восстановить силы.»
Ответом мне была смесь недовольства с каплей обиды, но я не стала обращать на это внимание. Что я могу тут сделать? Жалко его, но мне нужен социум, а значит — люди, общением с одним только Кракеном я ограничиваться не могу.
Мою добычу люди приняли с распростертыми объятьями. Сегодня меня воспринимали совсем иначе, довольно приветливо и позитивно. Хотя и на мокрую рубашку, облепившую голую грудь, косились сперва, но я старательно сцедила с нее влагу, высушив и приняла более благопристойный вид, а так же помогла их коку быстрее распотрошить и рыбу, чем заработала море благодарностей.
Когда рыба запеклась, обнаружилось, что и соли у них тоже нет, чего и следовало бы ожидать, и как я только не сообразила. Есть запеченую до золотистой корочки нежную красную рыбку без соли я была решительно не согласна, так что пришлось спешно сооружать магический перегонный куб. Все же добывать воду без соли я могла, а значит и соль выцедить можно. Правда, не так уж и просто, ведь управляю-то я водой, а не солью.
Люди следили за моими манипуляциями с огромными водяными пузырями с удивлением и интересом, а я просто подняла сперва шар морской воды, затем медленно и аккуратно перегнала пресную воду в отдельный шар, пока исходный не уменьшится весьма сильно. Я чувствовала, что управлять сильно концентрированным раствором мне становится сложнее, подозреваю, это потому что я управляла только водой, а соль относится к другой стихии. Поэтому я попросила один из пустых кокосовых орехов. Немногие сохранившиеся после урагана скорлупки использовали для запаса воды, но я сказала, что с этим проблем в ближайшее время точно не будет.
В общем, я порционно переливала концентрированную морскую воду в емкость, извлекала воду пресную, все больше сгущая раствор, пока соль не покрыла поверхность ореха изнутри белой корочкой кристаллов. Пока ее счищали, задели и остатки стружки, так что соль получилась с кокосом, но и этому все были очень рады и просили сделать еще про запас.
Рыба получилась выше всяких похвал, хоть солили немного подостывшее блюдо не во время готовки, а после и сверху, а есть приходилось с пальмовых листьев руками, но все равно люди были счастливы, вели себя со мной приветливо и были эмоционально открыты. Чем дольше я с ними общалась, тем легче было понимать по эмоциям значение незнакомых слов. Правда, сама я выражалась крайне косноязычно — я понимала, но не успевала запомнить, мой запас слов оставался очень мал, только то, что я успела запомнить по нашим занятиям. Но, в любом случае, я была рада и чувствовала, что теперь-то уж изучение языка пойдет куда легче и быстрее, это даже лучше, чем получить в руки словарь, в словарях всех оттенков значений и словоупотребления не опишешь, а тут живая речь, будто с субтитрами, только запоминай.
Посреди трапезы из моря появился Кракен, опять уменьшенный, как я подозреваю, до своего природного размера. Совершенно без моей помощи он умудрился создать себе водный шарик вроде того, что я организовала вчера, и, вытащив из него щупальца, отправился путешествовать по берегу. Кажется, он успел поесть, поэтому, когда любопытный Марус отломил кусочек рыбы и протянул ему на ладони, лишь недовольно фыркнул в эмоциях, и пошлепал дальше.