Запасной аэродром (СИ)

- Телевизор оставь, - попыталась она отстоять хоть что-то.
- Обойдёшься! – отрезал почти бывший муж. – Теперь тебе некогда ток-шоу смотреть, придётся на работу выходить. Заработаешь – купишь, не заработаешь – вместо ТВ смотри в окно.
Мужчина в последний раз прошёлся по разорённой квартире, потом запер дверь зала и, подхватив небольшую сумку с личными вещами, покинул поле битвы.
  
Адель без сил опустилась на кровать – ну вот и всё! Мужа у неё больше нет, зато есть половина квартиры.
В принципе, неплохо!
«Влад как был лохом, так им и остался. Я бы ни за что не ушла из своего жилья! Подожду, когда он за неё всё выплатит, а потом займусь долями вплотную. Моя двушка будет, или я не Аделаида Турова! Кстати, надо заиметь полезные знакомства в компании, где работает Влад. И лучший вариант - Глебушка. Славка не стенка – подвинулась один раз, подвинется и второй!»
Ночью ей ничего не снилось – как легла, так и провалилась в сон. Уж больно напряжённый выдался день!
А утром приехали родители...
Глава 32
- Доча, беда! – мать отодвинула Адель в сторону и протиснулась в тесную прихожую. – Валера, что ты там возишься? Входи уже и закрывай дверь – дует!
Дочь только собралась возразить, как мать тараном пронеслась мимо вглубь квартиры.
- Что это у вас за разгром? Мебель куда девали? Почему зал заперт? – на ходу бросала Марина Львовна. – Так, где Владик? Только он может нам помочь...
- Дерюгин здесь больше не живёт, - успела вставить Ада, когда мать на мгновение замолчала. – Мы разводимся.
- Что? – в интерпретации матушки получилось «что-ох». – Ты с ума сошла – какое «разводимся»?
- Он всё узнал, - вздохнула Аделаида, - но это и к лучшему. Я так устала изображать страсть! Он же никакой, мама!
- Боже, что ты натворила! Куда ты пойдёшь? Куда мы все пойдём? Твоя сестра, - последнее слово Марина Львовна буквально выплюнула, - отблагодарила за всё, что я для неё делала! Она прислала мне заказное письмо!!!
- Письмо? И что в нём?
- Откуда мне знать, я ещё не сошгла с ума, чтобы на такое подписываться! - вздёрнула нос матушка. - Я почтальонке велела выбросить его в помойку, но она, дура, сунула его в наш почтовый ящик. Там оно до сих пор лежит. Скажи, раз я его в руки не брала, значит, не получала?
Мать с надеждой смотрела на младшую дочь.
- Наверное, - пожала та плечами. - Интересно, что Славке от тебя понадобилось?
- Ясно что, - насупилась родительница, - квартира! Мало ей бабкиного наследства, хочет у меня последнее забрать.
- Почему же ты раньше не взяла у неё доверенность?
- Не хотела ворошить, - вздохнула Марина Львовна. - Думала, что всегда успею. выбирала подходящий момент... А она ударила в спину! Почтальонка говорит, что неделю назад пришло извещение, мы ещё на море были... Представляешь, какая Янка дрянь?! И что нам теперь делать? Я думала, что Владик даст денег... Как же ты так прокололась? Как допустила, чтобы он узнал?
- Толком не поняла, - ответила дочь - Но это уже не важно. Важно, что Дерюгин перед свадьбой подарил мне долю в квартире, так что теперь он не может меня отсюда выставить.
- О, ну хоть какие-то хорошие новости!
Спустя час препирательств мать сумела убедить Аду, что им с отцом лучше пока пожить в Москве.
- Если я не дам ответа на письмо, то Янка ничего не сможет с квартирой сделать! – уверенно заявила мать. – Пересидим тут, а там видно будет. Нет, но какова! Я ночей недосыпала, куска не доедала, тянула её на себе, а ведь могла сдать в детдом и жить припеваючи! Не боись, дочка, пробьёмся! Валера, что стоишь? Бери инструмент, вскрывай дверь. Мы что, в коридоре должны спать или на кухне? Какой инструмент? Откуда мне знать? Кто из нас мужчина? Ада, где твой хранит железки? Снёс всё в зал? Валера, выбивай дверь так. Как-как? Плечом!
Мать с отцом устроились в гостиной, разгрузив её от лишней мебели. И несколько дней прошли без новых потрясений. А потом внезапно появился Дерюгин.
- Что это за колхоз? – с неудовольствием поинтересовался мужчина, переступив через порог. – Адель, по какому праву вы вскрыли замок чужой собственности?
- Владичек, прости! - бросилась к нему пока ещё тёща. – У нас такая беда – Янка квартиру отбирает. Куда нам было идти, как не к любимой дочери? Неужели ты выгонишь нас на мороз?
- Марина Львовна, вы снова за своё, - вздохнул Владимир. – Прошлый раз вас ничему не научил? Нельзя самовольно вскрывать замки и заходить в чужие комнаты!
- Тут наша дочь живёт, мы с отцом имеем право находиться в этой квартире!
- Имеете, но только в той половине, которая принадлежит Аде, а зал – моя личная собственность! Мы разводимся, - отрезал Дерюгин. – Адель обманывала меня, прощать такое я не намерен! Освободите помещение и верните на место всё, что здесь было, или я вызываю наряд.
- Но Владичек, пока вы не разведены, Адочка по-прежнему твоя жена! И имеет право не только пригласить в гости своих родителей, но и заходить в любую комнату. Нас никто не арестует, можешь даже не заморачиваться!
И мать сложила руки на груди, с вызовом глядя на зятя.
- А по-хорошему, вам бы помириться. Мало ли, ошиблась девочка? А ты будь мудрее – прости, и живите, как жили!
- Как жили? То есть, продолжай, Влад, исполнять все её прихоти, ссужать деньгами тёщу с тестем, а твоя жена будет держать тебя за идиота? Нет уж, Марина Львовна, я сыт по горло!
- Пожалеешь же, что потерял такую женщину!
- Единственное, о чём я жалею, так это о том, что повёлся на вашу Адель, - отрезал Дерюгин и повысил голос:
- Ада, что ты молчишь? Выйди уже и ответь – как долго твои родители планируют гостить в нашей квартире? Неделю? Месяц? Учтите, я не собираюсь сидеть сложа руки!
- Столько, сколько им будет нужно, - ответила Аделаида. – Я – собственница и имею право приглашать сюда, кого захочу и настолько, насколько захочу!
- Вот так, да? Про права вспомнила... Осталось вспомнить, что к ним и обязанности прилагаются. Ладно..., - Дерюгин смерил жену нечитаемым взглядом и повернул к выходу. - Не прощаюсь.
Вернулся он на следующий день. И не один, а в компании двух мужиков и высокой, худой, чем-то напоминающей крысу, женщины.
- Так, Василий, Пётр, вот ваша комната, располагайтесь. Раиса, проходите и чувствуйте себя, как дома.
- Владик, кто это? – растерялась тёща.
- Это мои гости, - невозмутимо ответил зять. – Раз Ада может приглашать сюда, кого хочет, то и у меня есть такое же право. Это моя родня, если что. Троюродный деверь двоюродной соседки и его внучатый сослуживец.
- Э-э-э... Положите наши вещи, куда вы их тащите?! – Марина Львовна попыталась отнять у Василия чемодан, но тот так на неё зыркнул, что она отшатнулась. – Владик, что ты творишь?
- Ничего такого, что противоречило бы закону. Кстати, Адель, я отправил тебе официальное предложение.
- Какое? – вытянула шею жена.
- Рационализаторское, - мрачно пошутил Дерюгин. – Жить с тобой бок о бок я не собираюсь, ты, так думаю, тоже была бы рада избавиться от моего присутствия. Поэтому предлагаю тебе выкупить вторую половину и стать единоличной хозяйкой квартиры.
- Что?! Откуда у меня такие деньги? – взвизгнула Аделаида. – Ничего я выкупать не собираюсь!
- Как знаешь, - хмыкнул Влад, - моё дело предложить. В общем, освобождайте комнату, знакомьтесь, а я пошёл, у меня работа. Василий, держи ключи от квартиры, новый замок в дверь комнаты сами врежете. И на всякий случай – вот разрешение на ваше проживание.
Пришлось подчиниться.
Адель шипела кошкой, но ничего поделать не могла. И быстро поняла, насколько они попали...
  
Василий, Пётр и Раиса, похоже, вообще не спали! Всю ночь в зале надрывался телевизор, санузел был перманентно занят уже с шести утра, и пробиться в него оказалось почти невозможно – если в ванне не плескалась Рая, то заседал «на троне» Вася или сморкался Петя.
Буквально за несколько часов квартира пропахла не самыми приятными запахами – оказалось, что новые соседи обожают жареную селёдку... А ещё стирать – поперёк кухни теперь были натянуты верёвки, на которых постоянно что-то сушилось.