Запасной аэродром (СИ)
- Не говорила.
- Но не раз думала – как ты про него вспомнишь, обязательно хорошее. Жаль, что женат. Вот такого надо мужика искать – умный, ответственный, внимательный и верный! Так, а какая следующая новость?
- Забрать уплаченные за кафе деньги не получится – это задаток, а он не возвращается, - вздохнула Ярослава. – Не последние, конечно, но и не лишние. И мне надо обзвонить гостей – сообщить, что бракосочетание отменяется. А ещё попробовать вернуть в салон платье.
- Звони этому... неблаговерному – вы же напополам договаривались? Вот, пусть тебе пятьдесят процентов за кафе отдаёт. И платье... Слушай, а предложи ему же – пусть для Адки купит? Только уже за полную стоимость!
- Адель? Но...
- Ты сама говорила, что она однажды с тобой на примерку напросилась, и там слюни на него пускала. Подумай – Адка сама замуж лыжи навострила. И чтоб Вовка не опомнился и не сбежал, - Света снова фыркнула, - она постарается его поскорее окрутить. Может, в вашу дату – нет, а что? Запись есть, дадут на лапу в ЗАГСе, и там впишут другую невесту, делов-то? Но за оставшееся время она сшить платье не успеет, а готовое покупать твоя сестричка не захочет. Она же любимая доча, привыкла, что ей только лучшее! Размер у вас один. А хочешь, я сама Вовке позвоню и предложу?
- Ну...
Ярослава колебалась.
С одной стороны – платье выкуплено и назад его портниха вряд ли заберёт. И даже если, гипотетически, Слава ещё когда-нибудь решится сказать «да», то выходить замуж в платье, которое шилось, чтобы поразить другого – такое себе. В любом случае этот свадебный наряд ей ни к чему!
- Ну попробуй. Но я думаю, что Дерюгин откажется...
- Попытка – не пытка. Не выйдет – продадим через авито или соцсети. Так, я уже у школы, вижу Лену. Позвоню Вовке и отчитаюсь, - торопливо произнесла Светлана и радостно завопила навстречу подбежавшей девочке:
- Ленок, у нас с тобой на сегодня потрясающая программа!
Телефон пикнул, обрывая связь, и Слава вздохнула – судьба наказала её родственниками и, как выяснилось, безнадёжной, неразделённой любовью. Но взамен подарила ей самую замечательную на свете дочку и лучшую в мире подругу!
Она не одна, она справится!
И тугая пружина боли, со вчерашнего дня огненным остриём засевшая в груди, чуть-чуть ослабила нажим.
*Известная фраза из фильма «Семнадцать мгновений весны»
Глава 7
Он не хотел, чтобы вышло так, как вышло.
Даже в страшном сне не предполагал, что Слава однажды придёт домой и застанет их с Адель!
Собственно, он и шуры-муры в доме Ярославы не собирался заводить, но кто знал, что ему настолько снесёт крышу?!
Ада...
При одной мысли о ней в груди становится тепло, в брюках тесно и губы сами по себе расплываются в улыбке.
Удивительная, нежная, чистая – и только его!
Пока Адель не переселилась в квартиру Ярославы, он относился к ней, как к младшей сестрёнке, которую смутно помнил ребёнком – с уважением и довольно отстранённо. Ну да – хорошенькая выросла, как куколка, но она вдвое его моложе! А у него есть Ярослава.
Но потом...
Потом, каждое утро натыкаясь на едва прикрытую крошечными пижамными шортиками и топиком ладную фигурку, он почувствовал совсем не родственный интерес.
Поначалу гнал предательские мысли, старательно отводил взгляд, но Ада, как на грех, продолжала слоняться по квартире в нарядах, которые почти не оставляли простора для воображения. И ещё, стоило им столкнуться, девочка неизменно заливалась ярким румянцем, и это ему ужасно нравилось. Такая милая и невинная непосредственность!
А сталкивались они частенько – и это в просторной квартире, где четыре немаленькие, раздельные комнаты, широкий коридор и большая кухня! Словно какой-то рок или судьба сводила их вместе и толкала живое искушение прямо ему в руки.
От ощущения девичьего тела в объятиях, от её запаха, сбившегося дыхания малышки у Влада едва не отключалась способность здраво мыслить и внятно говорить.
- Простите, я такая неловкая! Опять споткнулась, - лепетала Аделаида. – Я вас не ушибла?
И глазищами своими – в самую душу. А потом – контрольным выстрелом – ладошкой по груди:
- Спасибо, что не позволили мне упасть! Разрешите, я пойду? А то в институт опоздаю...
И он мог только хриплым голосом заверять, что его ушибить надо ещё постараться и уж точно не такой тростинке. А затем, нечеловеческим усилием воли убирая от девушки руки, мягко советовать быть осторожнее, ведь он не всегда рядом. Не всегда успеет или сможет подхватить, поддержать.
- А жаль, что не всегда, - вздыхала Аделаида, грустно улыбалась и так смотрела на Дерюгина, что у него начинало сбоить сердце...
Он держался, как мог. Потому что уже сделал предложение Ярославе, потому что впереди его ждала упорядоченная и не лишённая приятностей семейная жизнь в своё удовольствие – приятная, любящая женщина, тихие совместные вечера, выходы в ресторан, поездки на отдых.
У них с Шанской для этого были все условия!
Во-первых, никаких жилищных и материальных проблем – у каждого по квартире. Одну можно сдавать, в другой жить. У него почти новая машина, оба работают и очень хорошо даже по московским меркам зарабатывают.
С Леной, дочерью Славы, он давно поладил, а там, глядишь, и свой родится. Он недавно понял, что хочет сына или дочку – то ли общение с Леной спровоцировало пробуждение отцовского инстинкта, то ли просто возраст подошёл. Да и все друзья давно обзавелись наследниками.
Главное, Славка была не против второго, они обсуждали это.
В общем, от добра добра не ищут!
И пусть между женихом и невестой не было фейерверков и огня, но это даже лучше. Жена будет его любить, заботиться о нём и не станет выедать мозг чайной ложечкой. В этом Владимир не сомневался, он Славку, как облупленную знает! Она домашняя, терпеливая и нескандальная, а что ещё мужику надо? Огонь и прочие спецэффекты хороши, когда тебе двадцать, а если сорокет на горизонте, то уже хочется стабильности и порядка.
И надо же было такому случиться? Влюбился...
Как восемнадцатилетний пацан – по уши. До звёздочек в глазах, до полного опупения, когда ради благосклонной улыбки девушки готов не то что Луну с неба – весь Млечный путь бросить к её ногам.
Но он бы справился с чувствами, затолкал их поглубже, переболел и выздоровел.
Чай, не пацан со спермотоксикозом!
И даже нашёл способ, как избавиться от постоянного раздражителя, но Слава не согласилась на предложенный им вариант – отселить младшую сестру в его двушку.
- Что ей с нами сидеть? Я квартирантам договор не продлю, пусть Аделаида занимает квартиру. В её возрасте хочется свободы, а здесь она под постоянным контролем. Ну вспомни себя в восемнадцать? – убеждал он будущую жену.
- Вот и хорошо, что под контролем, - отказывалась Ярослава. – Здесь не Петушки, это Москва! Оглянуться не успеет, как её куда-нибудь втянут, ведь Адель у нас такая наивная, всем верит! Нет-нет, мне спокойнее, если она останется у нас. Или тебя напрягает её присутствие? Но чем, ведь Адочку не видно, не слышно?
- Не то что напрягает, но как-то неправильно это, - бухтел Дерюгин. – Она молодая, что ей делать с нами рядом? Да и мы... молодожёны же, а тут в своём доме ни в трусах на кухню не выйти, ни пошалить.
- Кроме Адель здесь ещё Лена живёт, - напомнила Слава. – При ней тоже не походишь в трусах, тем более, без. И не пошалишь. Или ты предлагаешь и её выселить в твою двушку?
- Нет, что ты! Лена мне совершенно не мешает!
- Значит, и Адель не помешает, - отрезала Ярослава. – Мама поручила мне присматривать за сестрой, а как это сделать, если та будет жить на другом конце Москвы?
К этой теме они больше не возвращались. Он по-прежнему натыкался на полуодетую Аделаиду и старался абстрагироваться от присутствия в квартире желанной, но недоступной девушки. Погрузился в работу и даже стал брать проекты домой. Сидел вечерами безвылазно в спальне, сократив до минимума вероятность встреч с голубоглазым и длинноногим искушением.