Туманный горизонт (СИ)
— И не факт, что лучшим из них окажется тот, что легче.
— Почему?
— Потому что чем лучшего результата хочешь, тем больше придётся вынести.
Дед не дал ответа на вопрос о способностях, но юноша внезапно ощутил, что в голове проясняется. Да, способности могут принести немало вреда, но ведь это он, Первый, должен их контролировать. И если справится, то сможет принести пользу!
— Круто… — произнёс Огонёк, с восхищением глядя на Деда. — Только я ничего не понял.
— Мелкий ещё, — хмыкнул военный и глянул на Первого. — А ты?
— Кажется, немного понимаю, — кивнул юноша, просветлев лицом.
— Тогда чего телишься тут? Бегом марш завершать подготовку! Или ждёшь торжественного залпа? — вояка хлопнул по рукояти револьвера.
— Есть! — отозвался Первый.
Он резко встал по стойке смирно и приставил ладонь козырьком ко лбу. А затем рванул в сторону кафе.
— Эй, погоди! — крикнул Огонёк и бросился следом.
Первый оглянулся на бегу и посмотрел на Деда. На лице солдата мелькнула тёплая улыбка. Сейчас он совсем не похож на того придурковатого дядьку, каким казался всё это время.
Они забежали в комнату отдыха. Первый с разбегу запрыгнул на диван и поелозил задом, устраиваясь поудобнее. Он вздохнул, успокаивая ритмично стучащее сердце.
— Скажешь, когда тебе руку на плечо положить, — обратился Огонёк, усаживаясь рядом.
— Не надо, в этот раз попробую сам.
— Да? А сможешь?
— Вот и узнаем.
Первый улыбнулся, а затем прикрыл глаза и откинулся на спинку дивана.
«Спокойно».
Он хорошо знает, куда надо попасть и кого встретить. Надо расслабиться и вспомнить, как там хорошо. Это приятное и безопасное место
А ещё там будет Воин, он поможет разобраться со способностями. Точно! С таким учителем Первый обязательно всё поймёт и сможет контролировать свои силы.
Пора отправиться туда. Медленно. Уверенно. Легко.
***— Хорошо справился, — произнёс Воин.
Первый открыл глаза и увидел его на том же самом месте, где и раньше, освещённого оранжевым солнцем, подобно бронзовой статуе великого героя.
— Кажется, я понял, как работает эта способность, — радостно заявил Первый.
— Ты освоил базовый принцип, — кивнул спецназовец. — Но это было рискованно. Пока ты не разобрался на сто процентов, следует помнить о последствиях использования способности.
— А какие могут быть последствия?
— Помнишь, что произошло, когда ты ехал в метро?
Юноша поднял вверх хмурый взгляд и напряг память.
— Это когда напала визжащая тварь с длинными когтями?
— Нет, раньше.
Немного поразмышляв, Первый вспомнил о той странной тётке, что требовала билет и подняла его на смех перед деревянной публикой. От этих воспоминаний он сразу скис.
— Именно это, — кивнул Воин. — Стоит тебе ослабить самоконтроль и поддаться сильному душевному переживанию, как могут начаться такие вот приключения.
Первый задумчиво потёр висок.
— Значит, расслабляться мне запрещено?
— Нет, просто держи себя в руках и не ведись на обманчивые эмоции. Особенно негативные.
— Понял, я постараюсь, — Первый решительно взглянул на бойца.
Воин осмотрел его с интересом.
— Ты изменился. — он кивнул. — Хороший взгляд.
— Теперь я готов к тому, чтобы всё выяснить. Но перед этим мне нужно ещё раз поговорить с Умником.
— Зачем?
— У меня остались к нему вопросы. Важные вопросы. Они постоянно лезут мне в голову и мешают сосредоточиться.
Оперативник отвёл в сторону задумчивый взгляд.
— Ладно. Делай, как считаешь нужным.
Первый немедленно закрыл глаза и сконцентрировался. Он отбросил все посторонние мысли, успокоил разум и создал в сознании образ Умника. Чётче. Живее. Реальнее.
«Сейчас!»
Повеяло свежим горным ветерком. Тишина, покой и безмятежность. И ни следа Умника.
— Почему он не появился? — Первый озадаченно глянул по сторонам. — Похоже, без помощи Огонька я ещё не способен вызвать больше одного человека.
— Умник не появится, — коротко и уверенно произнёс Воин.
— Почему?
— Для меня это было очевидно ещё в тот момент, когда ты о нём заговорил. Но тебе всё равно следовало попытаться, — боец внимательно посмотрел в голубые глаза Первого. — Ты ему больше не доверяешь. Это твоё сокровенное место, и появиться здесь могут только те, кому ты полностью предан и в ком уверен.
Юноша в смятении уставился на собеседника. То есть, Умник ему больше не друг? Тот, кто стал его первым спутником здесь, кто спас его.
«А спас ли?»
Первый вздохнул. Грудь сдавило тягучим чувством вины, а где-то из глубины сознания медленно поднимается ворох подозрений. Такие путанные дурацкие чувства, он их не понимает.
Ему совсем не хочется подозревать в чём-то Умника, да он и не должен, ведь нет никаких доказательств. Но Первый всё равно подозревает. Не злится, но и не доверяет, сам того до конца не осознавая. Что за нелепое состояние?
«Тогда сделаю по-другому!»
— Что ты задумал? — спросил Воин, с подозрением глядя на Первого.
— Хочу кое-что попробовать, — ответил юноша.
— Чего-о?! — воскликнул Огонёк, рухнув на спину.
Рыжий выпучил глаза на Первого, затем на Воина.
— Это как?! Куда?.. — заверещал мальчишка.
Боец с непониманием оглядел новичка, затем шагнул к нему и протянул руку.
— Что с тобой произошло? — спокойно поинтересовался Первый.
Огонёк принял помощь Воина и поднялся на ноги, пугливо озираясь.
— Я сидел рядом с тобой в той комнате. А потом раз! И вот это…
— Зачем ты привёл его сюда? — спросил оперативник.
— Он не умер, — ответил Первый, сосредоточенно вглядываясь в лицо рыжего. — Не я создал его здесь. Это настоящий Огонёк, он перенёсся сюда из реального мира.
— Я что, у тебя в голове? — удивился мальчишка.
— То есть, ты… — растерянно пробубнил Воин.
— Я могу вызывать сюда живых людей. Умник не бредил, когда говорил, что он не погиб, — договорил за него Первый. — Кажется, я начинаю понимать, как это работает. А ещё твои мысли… ты думаешь о чём-то вроде: «Не ожидал, что он продвинется так быстро»?
— Погоди! — резко произнёс боец, выставив перед собой ладонь. — Признаю, ты перепрыгнул через ступень, а то и через две. Но не надо торопиться, ты можешь запутаться и навредить себе. Всё по порядку.
— Да, конечно, — кивнул юноша.
Он вздохнул и попытался расслабиться, переведя взгляд в сторону заката. Мягкий тёплый свет оранжевого солнца утихомиривает раззадоренные мысли. Первый ощутил, как сумбур в голове прояснился. Многое стало понятным и даже очевидным.
И всё же, это солидный объём информации. Перестав об этом думать, он почувствовал, как из его тела плавно уходит напряжение, которого до этого не замечал.
— Так вот, какой у тебя внутренний мир, — произнёс Огонёк, заворожено глядя на закат. — Так ярко и тепло. И ясно.
— Ясно? — спросил Первый, взглянув на мальчишку.
— А ты не замечал? — удивился рыжий. — Смотри, как далеко и ясно всё видно. И вот это.
Огонёк указал обеими руками вперёд.
— Что? — не понял Первый, проследив за его жестами.
— Как «что»? Горизонт! Я только сейчас вспомнил о том, что это такое, и как оно называется. Это же так круто! Там, в реальности, один туман вокруг. Мы как слепые. Ну, наполовину. А оно на самом-то деле вот как. Неужели не понимаешь? Ведь именно так выглядит мир. Правильный мир!
Сначала Первый подумал, что мальчишка просто под сильным впечатлением, но потом всмотрелся в горизонт и удивлённо вскинул брови.
И вправду! Ему вновь вспомнилось то необъяснимое чувство неправильности мира, что преследовало его ещё с пробуждения. Слишком пустой, слишком бесцветный, слишком ограниченный. Глаза должны видеть намного дальше, чем позволяет этот непроглядный туман. И как он раньше этого не понял?
— Не думал, что буду так рад тому, что привёл тебя сюда, — улыбнулся Первый.
— И я рад, — бодро ответил рыжий, воодушевлённо глядя на него яркими изумрудными глазами.