Наемник №300 (СИ)

— Чем ты занимаешься во время рабочей смены?
— По распорядку — при прибытии, вместе со сдающим смену проверяю все ли в порядке, после чего занимаюсь профилактикой по графику. После… обычно — проверяю логи входящих сообщений.
— Зачем?
Инвиз очень не хотелось этого говорить, но она радостно выпалила:
— Просто так! — и недоуменно захлопала глазами. Она попыталась еще раз. — Чтобы убить время! — и засмеялась.
Сержант нахмурился, а Мексиканец внимательно посмотрел на нее:
— Просто так? Разве не интереснее было бы посмотреть… Скажем, новости?
— А, — отмахнулась Инвиз. — Кому они интересны? Моя жизнь совершенно никак с новостями не связана.
— Почему же не связана? — ехидно поинтересовался он. — Если бы вы смотрели новости, то знали, что за уклонение от уплаты налогов на незарегистрированные доходы, по новой трактовке ст. 102344, часть 184, пункт 73, вам грозит от восьми до десяти лет тюрьмы.
Инвиз презрительно поморщилась:
— Эта трактовка вступит только через полгода после публикации, а я к тому времени уже буду на Новых Гаваях, где всем будет абсолютно все равно, уплатила я налоги на деньги, которые там потратила, или нет.
— То есть вы не отрицаете уклонение от уплаты налогов?
— Отчего же? Я все налоги плачу вовремя. До подачи налоговой декларации у меня есть еще полтора месяца.
— Вы же сказали, что собираетесь уехать?
— Но я же еще здесь, — мило улыбнулась Инвиз.
Мексиканец достал сигарету. Долговязый раскупорил упаковку сока.
— Хотите попить? — поинтересовался он.
— Спасибо, мне хватит того, чем вы уже меня накачали.
— Тогда расскажите, каким образом вы читаете логи и что в них ищите.
Инвиз тяжело вздохнула, но радостно продолжила выкладывать информацию:
— Читать логи можно только имея большую практику. На МСС практически нечего делать, это хоть как-то развлекает. Каждое входящее сообщение имеет специальный голокод. Состоит он из нескольких композиций: структуры отправителя, метки станции отправки, метки звездной системы отправки, меток кораблей-переносчиков, меток станций дублирования, а также структуры адресата. Вам это объяснять бесполезно, но имея большую практику, можно с практически стопроцентной точностью определить, сообщение это с личного комма или корпоративная запись, а так же в какую систему и кому оно направляется (условно говоря, опять же, не личность, а принадлежность к какой структуре). Всего имеется сто сорок семь видов структур, из которых сорок восемь относятся к физическим лицам, семьдесят два — к юридическим, остальные — к прочим. Структура каждого отправителя/адресата уникальна, как и метки кораблей, звездных систем и станций связи. За семь лет я научилась практически мгновенно читать логи, выстраивать логическую цепочку приема-передачи. Чем и развлекалась, — Инвиз удивленно поняла, что так ничего и не выболтала.
— С какой целью вы этому обучались? — упрямо гнул свое Мексиканец.
— Ни с какой. Я могла это сделать и сделала, — все еще удивленно ответила Инвиз и снова шикарно улыбнулась.
— Перестань скалить свои щербатые кусалки, — зло сказал майор Планетарной Службы Безопасности Карен Жемалединов. — Или я из все же выгну в обратную сторону! Ты что, думаешь, мы не понимаем, в чем дело, дуреха? Или думаем, что ты не понимаешь? Сто сорок восемь вариантов структур и больше семидесяти тысяч меток ты училась различать с первого взгляда для того, чтобы от скуки избавиться? Кому ты врешь? Ты знаешь, из кого я информацию вытягивал?
Карен вскочил и, прежде чем кто-либо успел что-то сделать, приставил дуло бластера к правой груди Инвиз:
— Знаешь, что сделает выстрел на половине мощности? — спросил он.
— Нет, — ответила девушка, мгновенно испугавшись.
— Сейчас покажу. Сержант, заводи второго!
— Шеф, может…
— Быстро, я сказал! — рявкнул мексиканец, и побледневший юноша выскочил за дверь и через пять секунд вернулся с лысым инспектором, устранявшим проблемы вентиляции.
Он толкнул его к майору, и тот посадил его на свое место, напротив Инвиз.
 
— Смотри, — коротко сказал он, и выстрелил в колено.
Дикий вопль мужчины огласил комнату, а от вида брызнувшей, но тут же запекшейся крови и обугленной плоти Инвиз вырвало. Инспектор схватился за коленку и, упав на пол, орал и корчился от боли, а Карен повернулся к девушке, взял ее за волосы, поднимая из скрюченного положения, в котором ее тошнило, и повернул к раненому:
— Ну как, будешь говорить, или поджарим твою сиську?
— Буду! — взвизгнула она. — Я все расскажу!!!
— Ну, так рассказывай!!!
Девушка открыла рот, и произнесла:
— Я люблю работать. На работе я много времени просматриваю логи. Это мне очень нравится.
Инне больше не было смешно. Она была готова сказать все, что знала, она хотела это сказать, но стоило открыть рот, и из него вылетали ничего не значащие фразы.
Карен прищурился:
— Дальше… — рука его сжалась на рукоятке бластера. — И убери этого скулящего ублюдка! — он пнул лысого.
Сержант поспешно схватил инспектора и потащил по полу к двери.
— Я… — она попыталась выговорить "Я должна была передавать данные о пришедших сообщениях от семи специальных типов сообщений особенным образом, а инспектор по ремонту каким-то образом забирал их из банка данных", но вместо этого произнесла… — так отдыхаю. глаза скользят по голограммам, и я получаю эстетическое удовольствие от увиденного…
По щекам девушки пролегли дорожки слез.
— Издеваешься, сука… — зло выпалил майор и упер ствол бластера ей в правую грудь. — Хочешь, чтобы я тебя поджарил?!
Инна забилась в панике:
— Нет! Не хочу! Не надо! Я все, все расскажу!!! — испуг просто затопил ее мозг, отключив все инстинкты, и, впервые после занятий с психологом, она обмочилась от страха. — Не надо! Не надо!
Карен внимательно посмотрел на жидкость, потекшую с кресла на пол, на девчонку с остекленевшим взглядом и перекошенным лицом, произносящую, как заведенная: "Не надо! Не надо!" — и вернул оружие в кобуру.
— Прибери тут! — бросил он, проходя мимо сержанта, спавшего с лица, в коридоре, и устремился на улицу. — Кэп, что у тебя? Были инциденты?
— Все спокойно, шэф. Раскидали жучки всем, кто побывал поблизости, но никаких проблем не было.
— Что по прослушке?
— У семи объектов были глушилки, остальные ничего не дали.
— Коммы?
— Исходящие и входящие сообщения в радиусе трехсот метров не несли никакой оперативной нагрузки.
Карен хмуро буркнул:
— Забирай оба объекта и переезжаем в Оперативный штаб. По жучкам продолжай отработку. Уровень опасности не снижаем, — и достал сигару.
— Понял, шеф, — ответил капитан.
Специальный агент Жемалединов, мелко дрожащей рукой, вытащил зажигалку и разжег кончик сигары, затянулся и выпустил облако дыма, дожидаясь спецназ, поднимающийся по лестнице. Раньше, в возрасте сержанта, такие сцены ему были неприятны, но это быстро прошло. Сейчас его интересовал только результат, и грубая угроза здоровью часто помогала сломать женщин. В случае с Земановой они столкнулись с глубокой психической блокировкой. Сервисный инспектор просто ничего не знал, кроме того, что должен был поставить средство дистанционного взлома сервера, вделанное в ящик с инструментом, в строго определенное место внутри МСС.
Это было тяжелым ударом: после такой блестящей операции, когда им удалось живыми взять сразу двух фигурантов, — получить нулевой выхлоп. Но пусть даже расследование по горячим следам не дало никого результата, Карен был готов копать дальше хоть месяц, хоть год. Коротко кивнув лейтенанту и семи бойцам, он бросил сигару и пошел за ними в комнату. Земанова все так же дрожала на стуле, теперь с кляпом во рту. Красный, как вареный рак, сержант обвиняюще посмотрел на него, но майор хмуро бросил:
 
— Забирай, лейтенант, чего вылупился?
— Она мокрая, — буркнул тот.
— И что? Скажи спасибо, что целая и может идти. Первого придется тащить.