Наемник №300 (СИ)

Еще более тяжелыми были слова Билла. Сергей не справлялся, это было очевидно даже ему. Да, он собрал неплохой отряд. Но облажался еще до начала первого задания. И во многом — просто из-за того, что оказался не готов. Его задача — оперативное управление, переговоры, общение. Зачем ему эти тренировки с пилотами? Ну, проверил ты, что эскадрилья не так плоха, как кажется, и не лезь, парни не первый день летают. Нет, стоило увидеть свободную пару сисек, и все, поплыл. Ведь реально, не боевые навыки же он с ними улучшал — это можно было на любом тренажере летать. И так везде. Вместо нормального командира космопехоты — месть за позор на Испытаниях. Вместо подготовки к переговорам с колонистами — погоня за сиськами. Вместо исправления совершенных ошибок — нырок в стакан. Вот и все. Никакой он не Наемник.
С этими грустными мыслями Сергей зашел на гауптвахту и кивнул дежурному сержанту:
— Открой мне камеру с Ван Мэй.
— Пройти с вами, Наемник? — поинтересовался он.
— Не надо. Как-нибудь справлюсь.
Кер едва-едва не сорвался на дежурного, когда тот недоверчиво на него покосился, но каким-то чудом сдержался. Нечего на людей кидаться, и так показал себя во всей красе. Парень и сам сообразил, что за такие гляделки можно словить пару дежурств вне очереди, и коротко доложил:
— Проходите, сэр, готово.
Сергей твердым шагом прошел по коридору, нажал кнопку сигнала, дождался, пока Мэй на мониторе займет необходимую позицию, и открыл входную панель.
Девушка, когда-то занимавшая его мечты, смотрела на него в упор. В горле внезапно пересохло, а мысли куда-то попрятались, но, собравшись с мужеством, он все же сказал:
— Э-э-э… Привет.
Губы Мэй сурово сжались, а взгляд скользнул влево вверх, туда, где стояла бластерно-станнерная турель с камерой слежения. Потом выражение лица смягчилось, и она ответила:
— Здравствуй.
Сергей, недолго думая, тоже сел на пол и выдавил:
— Извини меня. Я… был безобразно пьян и вел себя неподобающе.
Ван Мэй чуть прищурилась, но ничего не ответила. Сергей поймал себя на мысли, что жадно ловит ее взгляд, но девушка на него не смотрит.
— Я пришел выпустить тебя отсюда. Ты свободна.
На скулах Мэй заиграли желваки:
— Я должна двести тысяч кредитов Рыжему и его банде. У них мой личный комм. Его надо вернуть. Пока вы это не сделаете, я никуда отсюда не выйду.
Сергей вздохнул. Торговля — это ему было знакомо. Любая телочка, узнав, что у тебя есть бабки, напрягается, чтобы вытащить их максимальное количество. С чего бы Ван Мэй выросла другой?
— Это неприемлемо, Мэй, — сказал он. — Во-первых, мы задержали этого твоего рыжего, комма у него не было. Во-вторых, это слишком большая сумма, чтобы я просто так взял, и подарил их тебе за красивые глаза. В-третьих, ты не в том положении…
— То есть это просто вопрос цены? — голос Мэй потеплел. — Я понимаю, красивые глаза — это уже не интересно. А что, если ежедневный минет? Или может быть, ежечасный?.. — она чуть наклонила голову и улыбнулась, слегка показав великолепные зубки.
Сергей почувствовал, как против воли у него кое-что шевельнулось, а взгляд скользнул с ее губ на грудь…
— Я так и думала. Так что, начнем прямо сейчас? — ее рука легла ему на коленку…
— М-м-м… — протянул Сергей, мысли которого почему-то снова попрятались.
— Минет-т-т, — прошептала Мэй и протянула к нему вторую руку…
— А-а-а!!!!! — заорал Кер, когда ее пальцы безжалостно впились в его напряженную плоть. — Ты что творишь?! — он отскочил к дверной панели и с трудом сдержался, чтобы не заскулить.
Мэй сделала удивленное лицо:
— Ну что ты, милый? — она мягко улыбнулась. — Я всего лишь хотела с ним немного поиграть!
Она осталась сидеть, смиренно смотря на него.
— Ты… — волна боли, ярости и брезгливости захлестнули Наемника. — Ты… Ты! Продажная шлюха!
Мэй улыбнулась откровеннее:
— О, да! Благодаря тебе я продала все, что у меня была ради того, чтобы остаться живой. Честь, любовь, стыд, гордость… Я десять раз прокляла, себя за то, что сделала это, но нельзя останавливаться на полпути. Иначе все это было бессмысленно. Я готова на все, чтобы ты дал мне деньги. Ты ведь не дашь их своей подруге детства. Она же стала шлюхой. Шлюхам дают только за работу. Ок, я готова. Отработаю, не проблема.
 
По мере того, как она говорила, улыбка и голос Мэй становилась все холоднее. Сергей почувствовал себя последним говнюком. Помирился, называется. Извинился.
— Так… — сказал он. — Слушай меня внимательно, Мэй Ван. Сейчас ты выходишь отсюда. Мы идем к моему начальнику службы безопасности…
— О, групповушка?! Это будет стоить…
— Молчать! Никакой групповухи! — рявкнул Кер. — Ты говоришь ему, что мы помирились! Потом я отвожу тебя в нормальную каюту, и ты ждешь, пока мы решим проблему с твоим личным коммом и Рыжим!
— Ну, даже не знаю… — протянула Мэй, сделав недовольное лицо. — Групповушка звучала поинтереснее, твой начальник Службы безопасности — интересный мужчинка…
* * *
Оставшись одна в новой каюте, Мэй медленно разделась и пошла в душ. Нормальный, человеческий душ. После этих липких взглядов на транспорте. После отвратительной сцены у ресторана. После этого блядского выступления на гауптвахте…
«Господи, — подумала девушка, — во что же я превратилась. Четыре года меня унижали, и я ни разу не заплакала. А тут лью слезы из-за какого-то душа. Ладно, не из-за душа, но все равно, чего киснуть? Надо было, конечно, не хер его щупать, а шею сломать… Но тогда… Все, хватит ныть, ну сколько можно?»
В кровать Мэй легла свежая, отдохнувшая и даже немного возбужденная. Пощупать у Сергея действительно было что. Весь вопрос был в том, что делать с мыслями об этом.
* * *
Сергей хмуро сидел в каюте Иванова и изучал досье Ван Мэй. Конечно, то, что с ней сделал отец, было чудовищно. Чудовищно несправедливо. Не только по отношению к девушке, но и к нему самому тоже. В голове у Керра просто не укладывалось, как можно было так поступить.
— Зачем, Билл? — спросил он и безопасника. — Зачем отец так над ней издевался?
— Что именно тебе непонятно? — поинтересовался тот. — То, что из нее изначально планировали сделать постельного агента, который держал бы тебя в рамках, необходимых отцу? Или почему ее не аннигилировали?
Сергей заткнулся и стал смотреть дальше.
— Вот эту голограмму запусти, — предложил Билл.
— Не буду, — ответил Сергей, подумав, что там наверняка трахаются.
— Я сказал, запусти. Это не секс.
Наемник вывел изображение на голостол. В кабинете отца стояла Мэй и еще одна девушка. На диване сидел генерал Лю, за столом — отец.
— Та из вас, кто победит, получит приз — свою жизнь, — сказал Верховный лидер. — И кое-что еще.
Мэй нахмурилась:
— Я не буду… — но тут атаковала вторая девчонка, и ей пришлось защищаться.
Если на стороне незнакомой девицы были только природные данные (она была покрупнее) и отсутствие тормозов, то Мэй уже в пятнадцать занималась рукопашным боем и ушу вместе с Сергеем. Несмотря на это, Мэй лишилась несколько клоков волос, вырванных с корнем, чуть не лишилась глаза, ей прокусили правое предплечье и шею, это помимо исцарапанного лица и чуть не оторванного уха. А когда она все-таки придушила соперницу, отец взял ее за волосы, оттащил в угол, с трудом шевелящуюся, истекающую кровью, и со словами:
— А теперь награда! — спустил штаны.
 
Генерал Лю тем временем раздевал отрубившуюся служанку…
— Да-а-а, — протянул Сергей, свернув изображение.
— Ну как? — с ожиданием спросил Билл.
— Нахрена мы оставили там Пэй? — глухо спросил Сергей. — Если ты знал, что там творится?
— Так я не знал! Эти данные пришли уже после запроса, когда мы улетели.