Наемник №300 (СИ)
— Начальник!!! Иди сюда, выпьем за свободу!!!
Михайлова подошла, отказываться от вызовов она не умела:
— Да ты уже еле стоишь, Морган, — сказала она. — Двигай в каюту, обнимись с белым другом, и спать. Завтра тренироваться. Или тебе на губе понравилось?
Вместо ответа, чуть живой пилот, помахал у нее перед носом указательным пальцам:
— Нет! Никогда я больше не пойду на губу, начальник! — после чего подхватил стакан и сунул ей. — Пей!
Светлана презрительно глянула на едва прикрывавшую дно жидкость и поморщилась:
— Себе налил что ли? Я такими мелкими дозами не пью.
— Уважаю! — Морган развел руками и начал лить в стакан виски. Бутылка быстро опустела.
Пилот даже не успел вздохнуть от разочарования, как Светлана опрокинула стакан в себя, поморщилась, и выдавила:
— Ну и херня… Лучше бы водку жрал, — после чего двинулась на мостик.
Возможно, в любой другой ситуации это привело бы к коллапсу повстанческих настроений. Но Морган и сам умел пить мимо горла, поэтому лошадиными дозами спиртного, не приводящими к потере сознания, его было не удивить. Пробормотав:
- @баная сучка, допила все! — он потопал в каюту, где вскрыл багаж и вытащил еще бутылку виски.
Возвращаясь с мостика, Светлана опять услышала вопль:
— Начальник, иди сюда, еще выпьем, факиндотер!
И тут, она, конечно, не выдержала. У нее и натрезвую-то планка падала, стоило кому-то произнести слово «дочь», а после стакана 43 % «Вайт девила», она и вовсе психанула.
- @бало завали! — ответил Светлана, и отправила его в нокаут ударом в место, которым он пьет.
А потом вызвала Кимми и отнесла пилота на губу еще на две недели.
* * *
Сержант Беорд смутился, когда его пригласили на неофициальное офицерское собрание.
— Господа… — произнес он, когда увидел присутствующих, собравшихся в каюте Маттера. — Чем обязан?
Капитан корабля, Дэн Варгас, ответил:
— Собрались поговорить насчет Наемницы.
— Хм… — безопасник смутился. — Вы же в курсе, что я обязан буду об это доложить?
— Конечно. Вот, как пойдешь докладывать, так и сообщишь, послушай, что парни сказать хотят, — он кивнул на угрюмого командира звезды роботов, лейтенанта Мартиса.
Тот встал, и, с трудом подбирая слова, сказал:
— Я понимаю, мы не… ангелы. Но она… Наемница позволяет себе очень много… лишнего. Я не первый раз на контракте, но ничего подобного еще не видел. Если она… не исправится и не станет вести себя более… м-м-м… вменяемо, мы разорвем контракт сразу после прибытия на Льоренте.
— И я, — добавил второй пилот-истребитель.
Ну, хоть Маттера промолчал, облегченно подумал Кимми.
— У меня уйдет третье отделение, — сказал командир космопехотинцев Дэонтэ Трэвис. — Сам я не против командира, но люди… излишне напряжены.
— У меня половина офицеров отказывается общаться с Наемником, — добавил Варгас. — Я понимаю, что я уйти не могу, корабль-носитель пока принадлежит Земле, но многие уволятся, и нужны будут новые люди.
Безопасник обвел взглядом собравшихся, сидевших и стоящих в напряженных позах. Главный медик прятал взгляд, но в большинстве своем все смотрели в ответ без страха.
— Вы в курсе, чья она дочь, наемники? — спросил он, наконец. — Генерал Михайлов, член Совета наемников. Наемник № 7.
— И что теперь? — набычился Мартис. — Мы что, ее личные рабы? Половина посаженных на гауптвахту не нарушали ни устава, ни правил межличностных отношений отряда! Между прочим, это твоя работа — объяснять Наемнику, что у него не только права есть, но и обязанности!
— Да?! А кто должен своему пилоту объяснить, что распорядок дня на корабле придуман не для того, чтобы им подтереться! — бросил претензию в ответ Кимми.
— А она дала возможность мне это сделать?! — взорвался лейтенант. — Я его даже увидеть не успел! Она и меня чуть к нему не отправила — просто за то, что я начал тренировку без него!
— А меня она напоила и отправила… — начал было доктор, но на него цыкнул капитан: «Заткнись!»
На некоторое время все замолчали, обдумывая ситуацию. Маттера негромко сказал:
— А по мне, Света ответственный и очень мягкий командир. Я лично ни разу не слышал от нее грубого слова.
Кимми скрипнул зубами, глядя на то, с какой ненавистью на пилота покосились некоторые присутствующие. «Ну почему ты не мог помолчать?! — подумал безопасник. — Специально влез что ли?»
Второй истребитель демонстративно покачал головой, а Варгас одними губами ругнулся.
— Таких, как ты здесь больше нет, — ответил Мартис.
— Что вы хотите конкретно? — вздохнул Беорд, понимая, что это сражение не выиграть.
И дело даже не в количестве бойцов, а в том, что если контракты с пилотами роботов будут разорваны, отряд перестанет существовать. Возвращаться назад и пытаться протолкнуть новых контрактников или набирать на месте новых людей проблемно. Да и… он ведь должен будет доложить об этом Совету. Михайлов его порвет в клочья. А совет отзовет его дочь и лишит номера. Позор похуже, чем ее смерть. За это, по крайней мере, ему отвечать не придется.
* * *
Начальник службы безопасности Наемника № 300 поправил парадную форму, водрузил фуражку на штатное место, перекрестился и сказал:
— С Богом!
— С Богом — подхватили сидевшие в его каюте офицеры.
Кимми повернулся к двери, но Мартис, командир звезды роботов, добавил:
— Ты особо не дави! Нам лишние трупы не нужны!
— Она еще никого не убила! — зло ответил сержант.
Прошагав до дверей каюты напротив, Беорд коротко постучался, дверная панель довольно быстро отъехала, и он шагнул в логово дракона. Наемник сидела на поперечном шпагате в специально оборудованном по ее требованию спортивном угле, и смотрела головидео.
— Ничего себе, ты вырядился, сержант! — удивилась Светлана. — В увольнение собрался что ли? До Льоренте даже не надейся!
— Нет, мэм, — отрицательно мотнул головой Кимми. — Меня направили к вам офицеры отряда.
Михайлова подскочила (вместе с пульсом Беорда), взяла со стола стакан и, плеснув себе в рот какую-то прозрачную жидкость, поморщилась:
— Что-то новенькое, сержант. Им что-то не нравится?
— Помните, мы с вами обсуждали? — вкрадчиво начал Кимми.
— Ивана Балтова? — нахмурилась Светлана. За тот псих она на себя тоже злилась, но что случилось, то случилось. — Я не отпущу его.
— Нет, я про начальников и подчиненных, — забросил он пробный камень.
— А-а-а, лекция про стили руководства, — улыбнулась Михайлова. — Помню, помню, я еще ржала потом пару часов, — она снова пригубила из стакана.
— Ну, ничего смешного там особо не было…
— Это для вас, сержант. А я слушаю эту лекцию лет пятнадцать, от отца. Думаете, можете что-то добавить?
Кимми занервничал:
— Я не хочу сказать ничего плохого про вашего отца…
— Ты и не сказал, не паникуй так явно, — Михайлова вздохнула. — Садись! Ты не виноват в том, что он знает гораздо больше тебя. И тем более, в том, что у меня уже есть свой собственный стиль руководства!
— Так вот, — сев на краешек предложенного стула, Беорд продолжил. — Понимаете, мэм, все мы — заложники ситуации, в которой оказались…
— Какой такой ситуации? — нахмурилась Светлана, инстинктивно отставив стакан. Привычка бросаться в бой требовала освободить перед этим руки.
— М-м-м… — Кимми облизнул губы, нервничая все больше. Прослужив восемь лет на Совет Наемников, он похоронил уже четырех Наемников и еще трех отправил на понижение после дуэлей, но ни один их них не вызывал у него такой реакции, как Михайлова. Пожалуй, худшего начальника было сложно придумать: взрывной темперамент, неуемная энергия, острый язык, тяжелые кулаки, неуместная и необоснованная жестокость при наказаниях и взысканиях, жесточайшая требовательность и — полное отсутствие положительного подкрепления. Единственное положительное качество, что у нее было — она не требовала ничего сверх меры и не покушалась на свободное время.