Ягор Дайч (СИ)

Решение принято!
* * *
Порядок навела пришедшая бабушка, шум как по волшебству стих и с ней я уже вполне нормально пообщался с помощью Хрисана, который дирижировал разговором, давая мне возможность ответить на ее многочисленные вопросы о моем самочувствии.
— Что дальше-то будет, Егорушка? — убедившись, что со здоровьем у меня все в порядке, задала вопрос бабушка.
— Прием, — раздался из разговорника веселый голос Маши, опередивший Хрисана.
— Ай, — прежде чем они успели отключиться, донесся до меня звук шлепка по мягкому.
Я на это только улыбнулся, бросив взгляд на замерших словно истуканы китайцев, старающихся ни слова не пропустить из моей беседы. Но тут же улыбку согнал с губ, начинается серьезный разговор.
— Нормально все будет! До весны у дауров пересидим, а потом… — снова бросив взгляд на китайцев, я обтекаемо уведомил своих об успехе переговоров с немцами: — Нам помогут. Но об этом мы позже поговорим, при встрече. Сейчас же вам надо уходить. У вас все готово? Прием.
— Прямо сейчас уходить? — взволновано уточнила бабушка.
— Прием, — Машку отогнали, Хрисан снова дирижировать разговором принялся.
— Да, прямо сейчас! — твердо ответил я ей, слабину показывать никак нельзя. — Иначе, когда меня примутся дома искать и не найдут, могут кого из братьев, а то и всех разом, забрать. Или вообще — деда, обвинят его в пособничестве и… не будем рисковать. Прием.
— Бабушка расстроилась, — после продолжительной паузы ответил Хрисан. — Но велела всем собираться, выходим где-то через час.
Ох как я удивился этому, но уточнить ничего не успел, Хрисан сам все объяснил:
— Пока ты в сарае в Никольском сидел, мы готовились, животину, какую не забили, к даурам перегнали, самые ценные вещи тоже в мастерскую перевезли. Тут «комоды» наши очень помогли, на одних телегах за раз бы столько не переправили. Так что старики давно уже смирились, что покидать дом придется, но сам понимаешь…
Понимаю, и понимаю очень хорошо, но по-другому просто нельзя. Не дадут нам тут жизни. И то, что уже происходит — это сущие мелочи, по сравнению с тем, что в будущем будет происходить, если все пойдет так, как в мире Георгия Ковача происходило. Тут теперь главное не ошибиться, чтобы это был последний переезд у бабушки с дедушкой и остаток жизни они в тишине, спокойствии и достатке прожили. И самое главное, нужно очень постараться всех сберечь, чтобы не случилось так, как раньше при переезде у стариков случалось, когда они кого-то из близких теряли.
— Понимаю, но… ладно, что впустую воздух сотрясать. Вы там телеги сильно не перегружайте, сейчас главное всех наших переправить, за оставшимися вещами, будет возможность, потом вернемся.
Час пролетел незаметно, связь на какое-то время прервалась, но тут даже у меня на душе тяжело было, хоть давно и настроился на переезд. Старикам же, я даже не представляю, каково им, уже в который раз в их жизни дома лишаться.
— Мы выехали, — вскоре отозвался Хрисан.
И так периодически он продолжал меня информировать об обстановке и на каком участке дороги они в данный момент находятся. Пока мы с китайцами, стараясь никому на глаза не попадаться, осторожно шли в сторону Никольского. Туда же, к броду через Суйфун, ехали мои родные. И чем ближе они были к реке, тем больше меня мандраж бил, очень уж я опасался, что их на броде перехватят. Но…
— Мы переправились, — отчитался брат.
Окончательно же меня отпустило, когда…
— Все, Егор, мы на тропу встали, — проинформировал меня Хрисан.
Дурные предчувствия не сбылись, все удачно прошло, так что, обговорив с братом, где пересечемся — практически у поселения дауров. Но если кто-то сильно задержится, решили не ждать друг друга, уже в самом поселении встретимся. Тут просто не угадаешь по времени, мы тут хоть и налегке, но по незнакомому маршруту пойдем. В то время, как мои родичи верхом и на телегах, по уже не раз хоженой дороге.
— Конец связи, — закончил я разговор. — Вот такие дела.
— Мастер, это что такое? — тут же отмер Шэнли, указывая на разговорник.
 
Долго же они терпели, молча шли рядом, зато теперь прорвало.
— Средство связи, — ответил я ему обыденным тоном, как будто это мелочь, не стоящая внимания. — Как и говорил, у моей семьи много секретов, и если вы твердо решите с нами остаться, то и у вас такие разговорники появятся. Но это дело будущего, — съехал я с этой темы, так как настроения разговаривать не было.
Да и вообще, не до разговоров стало, так как я резко сменил направление движения, сошел с дороги в тайгу. Ну а там, дойдя до знакомой поляны, я осмотрелся по сторонам и кивнул удовлетворенно, здесь нас посторонние точно не увидят, повернулся к шедшим за мной китайцам.
— Фенг, давай сюда баул, — Сюли ему его вручила, тот всю дорогу и тащил ее «сумочку», сейчас же безропотно мне ее отдал. — Теперь отвернитесь, и не оборачивайтесь, пока я вам не разрешу.
Не стал уходить от них в сторону, убедился, что они действительно не подсматривают, только Сюли ушами активно шевелит, любопытство ее гложет, что же я там делаю… активировал «комод» и принялся переодеваться, полностью меняя одежду, вплоть до исподнего. Натянул на себя «таежные» вещи, плюс экипировку. Даже бронежилетом решил не пренебрегать, еще бы каску — удар по голове хорошо мозги прочищает — но чего нет, того нет. Ее изготовление я в будущем планировал, все же тут в голову мало кто стреляет, в основном в туловище целятся. Так что на голову гарнитуру связи нацепил, да шапкой ее прикрыл.
Достал Винчестер, к нему боеприпасы в подсумки и в рюкзак запас. Аптечку, сестрой для каждого из братьев персонально собранную, также, что-то в подсумки, что-то в рюкзак пошло. Ну вроде и все, ничего лишнего, сейчас ненужного, цеплять на себя не стал.
Баул Сюли спрятал в «комод», деактивировал его, и только тогда разрешил китайцам обернуться. Что они тут же и сделали, да так и замерли, снова пародию на широкоглазых европейцев из себя изображая.
Такого они еще не видели: жадно пожирали взглядами все на меня надетое, не обошли вниманием и оружие в моих руках. И такое у парней в глазах предвкушение разгорелось… я так понял, теперь если даже отбиваться начну, никуда китайцы от меня не денутся. Проще будет убить… но с этим мы спешить не будем, а вот насчет другого надо поспешить.
— Все вопросы потом, — опередил я их.
Раньше все эти вещи я на себя надевать не спешил, даже оружие не доставал, так как воевать ни с кем не собирался, при малейшей опасности под «покровом» бы спрятался. Но до этого мы шли по хоженой дороге, и я даже слухов не припомню, чтобы какое-то зверье на ней на кого-то напало. Но сейчас мы пойдем по тайге, а там всякое случиться может, а я не с братьями, в которых уверен, с чужими людьми иду. И кто его знает, как они себя в стрессовой ситуации поведут. Поэтому и оружие им не выдал, чтобы они в спину мне случайно или намеренно не стрельнули, хотя в последнее я особо и не верю, но поберечься не лишним будет.
— Сейчас запоминаем крепко-накрепко: все мои команды выполнять сразу же, не обдумывая их и не обсуждая. Сказал замерли — вы замерли и стараетесь даже не дышать; сказал упали — будь там даже грязь, лужа или животное какое кучу навалило — не раздумывая падаете, не выбирая место почище, и опять же замираете. Запомнили?
Братья тут же кивнули, а вот Сюли… ну никак ей не хотелось в грязь, в лужу, и особенно в кучу из-под животного падать.
— Это важно! — вперил в нее я свой взгляд. — Тайга — место опасное и непредсказуемое, и от своевременного выполнения моих команд будет зависеть твоя и твоих братьев жизнь. Замешкаешься, тебя могут ранить, братья к тебе на выручку поспешат и их в этот момент могут убить…
— Холосо, я готова, — услышав, что братьев из-за нее могут убить, она тут же с готовностью закивала согласно.
С сомнением посмотрев на нее, решил поверить, что она действительно прониклась.
— Тогда все, отправляемся в дорогу.