Ягор Дайч (СИ)

— Петя, будь на связи, — уже на ходу крикнул тому Хрисан.
…и они, особо не спеша, но и не медля, направились к тому месту, где стрелок в тайге скрылся.
— Есть след.
Довольно быстро они обнаружили оный, спасибо дождям, что почти неделю чуть ли не непрерывно лили. Теперь точно никуда враг от них не денется, сутки, двое или месяц им понадобится, но они нагонят его и тогда уже спросят… за все спросят.
— Я по следу иду, — рассмотрев внимательнейшим образом отпечатки сапог, выпрямился Гриша, — ты правее, меня подстраховываешь.
Благодаря Егору им теперь даже не обязательно в пределах видимости друг от друга находиться, с помощью разговорников они всегда на связи друг с другом будут.
— Хорошо, — без возражений согласился Хрисан.
Гриша следы и вправду лучше него читает, так что и возражать нечего.
Больше ничего не говоря, перехватив поудобней оружие, они направились в погоню, постепенно входя в привычный темп. С такой скоростью они сутки напролет идти могут, при этом не уставая и не теряя бдительности, в отличие от того, кого они преследуют. По следам видно, что бежит он очень быстро, значит скоро устанет, начнет замедляться, в отличие от них, только-только набравших привычный темп.
* * *
— Живой?
На пороге дома их встретили бабушка с дедушкой, бабушка внешне спокойная, но лицом очень бледная, дедушка же, краще в гроб кладут, как бы не помер от переживаний.
— Живой, — обогнав братьев, подскочила к бабушке Дарья. И выпалила скороговоркой: — Я раны от пули на нем не нашла, только голова сильно разбита.
Бабушка еле заметно выдохнула облегченно, но успокаиваться пока и не подумала.
— В горницу его несите, на стол кладите.
Скомандовав, она первой скрылась внутри дома, и когда они донесли брата, она там уже во всю готовилась. Испуганные сестры рядом суетились, мгновенно выполняя все ее команды.
Уложив брата на так и не накрытый стол, бабушка сама его внимательнейшим образом осмотрела, но на теле тоже никаких ран не обнаружила.
— Руки помой, помогать будешь, — закончив осмотр, уже совсем спокойно велела она замершей рядом Дарье. — Шить надо.
Пока младшие сестры поливали ей теплой водой на руки над ведром, бабушка, с помощью братьев уже перевернула Егора на живот, и принялась ножницами щелкать, выстригая волосы вокруг раны. Потом они уже отца покойного бритвой, что бороду не отпускал, только усы носил, выбрили что осталось и…
— А обезболивающее? — вытаращила глаза на бабушку Дарья, когда та велела ей шить рваную рану на голове брата.
— Не нужнó оно ему сейчас, он и так ничего не почувствует, — успокоила она ее. — Вот когда очнется, тогда да, голова у него сильно болеть будет, тогда и уколем.
Рана на голове у Егора внешне страшная была, даже череп видно, но хоть не пробитый, целый, это уже радовало. Ну а до красивостей, так она с ниткой и иголкой умеет обращаться, сделает все красиво, благо опыт людей шить у нее уже есть.
В это время в сторонке на лавке сел дедушка, братья, замкнув ворота и калитку на засов, двери в дом тоже изнутри заперли, оружие привычное взяли, и рядом с дедом на лавке сели, внимательно за женщинами наблюдая и одновременно слушая, как по разговорнику Хрисан с Гришей переговариваются.
Петя на своем разговорнике нужный канал включил и звук достаточно громкий сделал, так что все семейство было в курсе, как там у них дела продвигаются.
— Никого нет, Гриша, — раздался из разговорника голос Хрисана, после продолжительной паузы. — Он тут потоптался, видимо проверял, преследуют его или нет, теперь бежать и петлять перестал и шагом прямо в направлении границы пошел.
Дальше из переговоров ясно стало, что Гриша по следу идет и Хрисану направление указывает. Если, где впереди он что подозрительное замечает, то сам замирает, а брат продолжая движение, со стороны это самое подозрительное место осматривает.
— Правильно действуют, — шептал себе под нос дед. — Ведь ворог может и засаду устроить, но парни ему на это шансов не дают. Грамотно действуют, в ловушки голову дурняком не суют.
 
Знал старый, что внуки его много тренируются, теперь вот слушая, как на яву все видел, к чему те тренировки привели. Слушал и гордился, не пропала переданная им еще покойному сыну таежная наука, которую тот уже своему сыну передавал, а тот потом братьев обучил.
— Сильны Овичи, — шептал дед, не ощущая текущих по щекам слез. — И будут еще сильнее, абы бы только выжил.
— Все, бабушка, — закончила с шитьем Дарья.
И тут же из разговорника раздался приглушенный голос Гриши:
— Я его вижу, Хрисан!
— Не стреляй! — тут же отозвался брат. — Он в том же направлении двигается?
— Да.
— Я ускоряюсь, попробую его обогнать и засаду устроить. Будем живым брать, надо его расспросить, зачем он в Егора стрелял.
— Действуй, брат.
Все в комнате, казалось, даже как дышать забыли, замерли и шевелиться боялись, чтобы ни слова не пропустить, которые доносились до них из разговорника.
Одно дело знать, что их родные где-то там в тайге с кем-то пострелялись, потом легкомысленно отмахивались от озвучивания подробностей, мол мелочи все, ничего там такого не было. Тут они все разом перенеслись к внукам и братьям, вместе с ними сейчас преследовали ворога, старались быстро, но в то же время незаметно бежать, чтобы опередить его на пути…
— Вижу его, Гриша, — раздался в тишине комнаты чуть запыхавшийся голос Хрисана. — Шумни там, чтобы он замер хоть на миг, я его стреножу.
— Ща сделаю…
И тут же, спустя несколько ударов сердца из разговорника раздался приглушенный глушителем звук выстрела.
— Ах, — вздрогнули сестры.
И тут же раздался второй выстрел.
— Есть! — радостно озвучил результат своей стрельбы Хрисан.
Пыхтение, шум бега и тут же возня, крик и…
— Уши закройте, — шикнула на сестер бабушка, так как из разговорника донесся шум борьбы и ругательств на двух языках, на русском и на китайском.
— Ага, — так же негромко откликнулись сестры, еще шире растопырив уши и даже вперед подались, чтобы ни звука на пропустить.
— Есть, Хрисан, я взял его.
— Ух, — выдохнули мелкие сестры, и совсем неожиданно, даже для себя, разом заплакали.
— Пятя, ответь Хрисану, — донесся до них голос брата.
— На связи, — тут же отозвался Петр
— Дедушке скажешь, что мы взяли стрелка. — Видимо брат в горячке боя забыл, что разговорники в телефонном режиме на общем канале находятся и они сами все слышали. — Что там Егор?
— Егор живой, бабушка с Дарьей ему голову зашили, но он еще в себя не пришел, — бросил Петр взгляд на продолжавшего лежать на столе брата и замерших рядом с ним бабушку с сестрой.
— Понятно, конец связи, — откликнулся Хрисан, и тут же…
— Ну что, китаеза, пообщаемся? — раздался предвкушающий голос Гриши.
— Разговорник на другой режим переключи, — успели они еще услышать голос Хрисана, видимо только теперь понявшего, что они и до этого все их переговоры слушали.
В разговорнике что-то щелкнуло два раза, и он затих, так они и не узнали, что там братья с китаезой делать собрались.
  
Глава 16
 
— Ба, а Егорка же не умрет? — Маша, крепко прижимая к себе Веську, именно так она свою бесну назвала — Висения, сокращенно Веся, тихонечко спросила у бабушки, сидевшей в закутке рядом с братом.
— Нет конечно, — вынырнув из своих невеселых мыслей, тут же ответила необычно серьезной внучке бабушка, погладив ту по голове. — Как только рана у него на голове окончательно заживет, так сразу же на поправку и пойдет. — После чего подтолкнула ее ниже пояса к выходу: — Иди, а то сейчас Зина придет, мешаться будешь.
Кивнув, Маша, бросив уже не столь обеспокоенный взгляд на брата, ушла, а вот бабушка осталась. Внучку то она чуть успокоила, но вот кто бы ее успокоил. Егор уже двенадцать дней находился на грани жизни и смерти, и она не могла понять, что с ним происходит.