Ягор Дайч (СИ)
В первую очередь на нее думаю, потому что: во-первых, Дашка со своей старшей подруги пример во многом берет, во-вторых, насмотрелась, как многие, та же Алтана и другие женщины у дауров в штанах, особенно управляясь по хозяйству, ходят. Да и корейцы, живущие по соседству с нами, их некоторые женщины, работая в полях, тоже в штанах щеголяют.
Вот и ей прям неймется.
Но то неруси, моим сестренкам бабушка так одеться никогда не разрешит. Хотя, кроме Дарьи, остальные и не стремятся штаны на себя напяливать.
Вот так, из-за Дашки встреча с гостями оказалась слегка скомкана. Приехавшие парни, да и я с братьями давили улыбки, чтобы бабушка не заметила, а то и нам достанется.
Тугал, именно он стучал в калитку, еще раз поздоровался теперь уже с подошедшим на шум дедом, и мы шустро увели всех прибывших в дальнюю часть двора к конюшне, подальше от продолжавшей ругаться бабушки.
— Как у вас тут дела, Егор?
— Разрешилось все, — понял я, о чем спрашивает Тугал.
Пришлось в темпе рассказывать обступившим меня парням, что в эти дни происходило.
— Петь? — рассказав все новости, я на своего младшего брата вопросительно посмотрел.
— Сделал, — расплылся тот в довольной улыбке.
— Отлично, — настроение у меня резко вверх скакнуло, и я, улыбаясь, кивнул на тюки, спросил: — Что вы тут такого привезли?
— Так заказ твой, — тут же отозвался Тугал. — Оюун нас тканью нагрузила, велела тебе ее доставить. А таже муку, барбус вам на пробу привезли, авчихи молочной чуть, последняя уже, ну и уже созревшую, калпаны ягод и сок из ее колючек. Ну и так, еще несколько гостинцев вам и вашим родным наши передали. Там орехи, ягоды, мед, деду твоему табак, ну и еще кое-что, потом посмотришь. Куда это сгружать все?
— Степ, — кивнул я брату, он знает куда все деть, сам же Арата и Тугала в сторонку отвел. — Ты с Гардасом в поиск ходил? — обратился я к первому. — Нашли?
— Нашли одного мертвого, — подтвердил Арат. — Потом еще следы двоих чужаков нашли, но откуда они пришли, — мотнул он головой, — уже не понять. Время упущено, тайга дальние следы скрыла. Вы же тоже мертвого нашли? Мы следы ваши видели.
— Да, мы его тоже нашли, — не стал я из этого секрета делать. — Тугал, — перевел я взгляд на здоровяка. — Эти чужаки где-то рядом с вами россыпь золота обнаружили. У этого мертвеца с собой золотые самородки были, видимо из-за них его и подстрелили. Так что вы бы там побереглись, патрули по округе пустили, надо осмотреться и поискать откуда может опасность исходить.
Теперь уже озадачился Тугал, не обрадовали его такие новости. Из-за этого парни ночевать у нас и не остались, быстренько перекусили, иначе бабушка их со двора бы не выпустила, забрали мои трофейные стволы с лошадкой, дед подсуетился и сплавил ее им, отправились обратно.
Ну а мы, проводив гостей и надеясь, что сегодня уже больше никого не будет, начали распаковывать привезенные подарки. Только предварительно сестер, в том числе и Дарью, а также бабушку с дедушкой позвали, при них мешки начали вскрывать.
Стоило только всем нам собраться в амбаре, куда Степан с парнями все гостинцы сложили, я сразу же сеструху вперед вытолкнул.
— Дашь, давай показывай и рассказывай, что здесь и где находится, — отдал я ей первенство, пусть командует.
Она уже успела переодеться в домашние вещи, но окончательно еще не успокоилась, глаза красные от пролитых слез, да носом продолжает шмыгать и на бабушку искоса поглядывает. Бабушка же молчала, хотя взгляды на непутевую внучку бросала многообещающие, но не ругалась, еле уговорил ее отложить воспитание на потом. С этим она согласилась, самой было интересно, что там такое привезли. Ну а потом, в этом я уверен, ей уже не до воспитательных процедур будет.
— Тут ткань, — Дарья, в очередной раз шмыгнув носом, по очереди ткнула пальцем в два мешка, в которые та была упакована.
— Это потом посмотрим, — торопливо я отложил мешки в сторону, а то весь остальной показ на этом и закончится.
Потом сами посмотрят, там половина им на обновки пойдет, пару отрезов всего на показ во Владивосток повезу.
— Тут барбус, — ткнула она пальцем в следующий мешок.
— Кхе, — не сдержал любопытства дед. — Это что за зверь такой?
Степан торопливо шагнул вперед, поднял мешок и развязал его горловину, демонстрируя его содержимое.
— Так это же картошка, — опознала ту бабушка. — Крупная какая.
Бросив взгляд на Машутку, егоза мелкая, которая «картошкой» не заинтересовалась, тишком к отложенным мной мешкам с тканью подбиралась.
Погрозив ей пальцем, на что та невинно так глазами хлоп-хлоп, я, сделав вид, что поверил, повернулся к бабушке:
— Это не совсем картошка, совсем другой вид растения, хоть на вкус и внешне плоды на нее очень похожи.
— Ну пусть будет барбус, — не стала спорить бабушка. — Что там дальше?
— Авчиха, — Дашка сама плетеный короб открыла, демонстрируя содержимое. — Здесь в мешочке уже сухая, а вот тут молочная, ее в первую очередь съесть надо, а то она долго не хранится, вянет.
— Бобы… не бобы, а авчиха, — сам себя поправил дед, бросив на меня насмешливый взгляд. — Я понял.
— В этом коробе, — Дашка открыла следующий, чем сразу Машку от ощупывания мешка с тканью отвлекла, — ягоды калпаны. Не помялись, — выдохнула она облегченно. — Для варенья нарвала.
Калпану они уже пробовали в прошлом году, но совсем немного, так как за детворой дауров не успеешь, чуть всю не обнесли, как распробовали. С трудом некоторое количество ягод на специи и на семена удалось сохранить. Так что сейчас бабушка с девчатами взялись за них и, если бы не насмешливое дедовое Кхе, на варенье ничего бы не осталось. А так, услышав его, бабушка быстренько по рукам сестрам надавала и короб закрыла, не обращая внимания на их нытье. С сожалением закрыла, надо сказать, но тут даже дед ничего ей не сказал, из чувства самосохранения, а то еще на голове у него этот короб бы оказался.
— Я там еще обезболивающего привезла, — вытерев руки тряпой, сказала Дашка бабушке. — В сумке у меня, потом отдам.
Чуть подобревшая бабушка кивнула ей, мол услышала, уже не пытаясь ее взглядом испепелить. Вот что значит вкусная сладкая ягода калпаны, успокаивающе на нее подействовала.
— Вот в этих двух мешках мука из думиса…
Степан, развязав горловину одного из них, показал содержимое.
— Желтая? — удивился дед, да и бабушка от него не отставала.
— Тут не цвет важен, а качество…
— Очень хорошая мука, — перебила меня Дашка, вот кто в полном восторге был, ведь она ее уже опробовала. — Хлеб мягкий-мягкий получается, а какой думхняный… ууу.
Закрыв глаза, она, как будто и сейчас запах свежеиспеченного хлеба чувствовала, полной грудью в себя его вдохнула.
— А что ж она каменная-то такая? — Бабушка заинтересованно вытянула кругляш из мешка и постучала по «скорлупе» пальцем.
— Ну это же не пшеничная и не ржаная мука, она из думиса, — в этот раз Дашка бабушке начала объяснять. — Он на вытянутую тыкву похож, здоровый такой, — как заправский рыбак, раскинула она руки в стороны, показывая его размеры. — Как спеет, его на сок давят и отстаиваться оставляют. Мука осадком выпадает и в соке этом начинает защитной коркой покрываться.
— Скорлупой она покрывается только в соке думиса, в других жидкостях мука себя, как и обычная ведет, — добавил я пару слов. — Размеры «головок» еще будем подбирать, тут как хозяйки решат. Ну а скорлупа, в ней она хранится лучше: не отсыреет, и никакой жучок в ней не заведется.
— Ага, — бабушка еще раз заинтересованно осмотрела приплюснутый кругляш муки, на сырную головку похожий, постучала по скорлупе пальцем, и вернула ее обратно в мешок. — И вот это все вы там выращиваете из тех семян…
Бабушка, шмыгнув носом, замялась, не решаясь вслух произнести то, что я колдовством занимался. Вино то я на их глазах преобразовывал, как и семена, но если вино сразу попробовать можно было, то что из семян получилось, только теперь вот увидели.