Третий Год (ЛП)

Я надеялась, что Рейдж знает, о чем говорит, потому что я понятия не имела, как ему удалось что-то увидеть.
— Ты должна смотреть с помощью своей силы, а не только глазами, — сказал Ашер, угадав мои мысли. — Посмотри за пределы очевидного.
Я сморщила нос, глядя на него.
— Сейчас ты говоришь прямо как Гепташия, а поскольку она действительно на сто процентов сумасшедшая, это не комплимент.
  
Его губы дрогнули, и впервые с тех пор, как он ворвался ко мне, в его глазах снова появилась искорка зеленого.
Золотистый цвет мне нравился все больше, но зеленый всегда был моим любимым.
25
Несмотря на скорость драконов, мы быстро их догнали. Я не была уверена, когда это произошло — вероятно, после Сонариса, — но Ашер был сильнее, чем когда-либо. Он легко нес нас обоих; ни на его лице, ни в нашей связи не было заметно напряжения.
— Я вижу завесу, — сказал он, глядя вперед.
Я была слишком занята наблюдением за Ашером, чтобы попробовать «посмотреть с помощью силы», и, честно говоря, мне это было не нужно. Я доверяла Ашеру. Я позволила себе положиться на него в этот единственный раз.
Он повернулся и посмотрел в мою сторону, в его глазах светились эмоции, которые были одновременно темными и светлыми. Противоречие. Совершенная загадка, как всегда.
«Мы — команда, Мэддисон Джеймс». Его голос звучал твердо. «Я всегда буду тем, кем тебе нужно. Если тебе понадобится сила в руках, я подниму тебя. Если твои ноги не смогут идти дальше, я понесу тебя. Если твое сердце устанет, я найду надежду в своем. А если твой разум устанет, я возьму на себя часть твоего бремени. Так работают партнеры и команды. Все мы временами переносим жизненные трудности, и ты больше, чем кто-либо другой, но, когда есть команда, ты знаешь, что тебе никогда не придется справляться с проблемами в одиночку».
Блядь.
Чертов ублюдок.
Он уничтожил меня.
Огонь прожег мою грудь и проник в душу. Боль, беспокойство и агония от пребывания в этой стране исчезли, будто Ашер забрал часть их, как и обещал. Волнение в груди было сильным и жестоким, как волна, разбивающаяся о неумолимые скалы, сила моих эмоций была разрушительной, но в то же время это было прекрасное проявление природы.
Я говорила от всего сердца, как и он:
«Я люблю тебя больше, чем когда-либо могла себе представить. Вы — команда, о которой я мечтала и на которую надеялась. Семья, о которой я молилась богам. Я никогда не буду воспринимать тебя как должное, но и всегда буду облегчать твое бремя. Тебе будет достаточно меня».
Он так крепко обнял меня, что я не могла дышать, и это было прекрасно.
«Ты выше всяких похвал, Мэддисон. Ты — настоящий подарок судьбы, и я никогда тебя не отпущу».
Какая-то часть меня боялась таких фаталистских разговоров. Обычно они предшествовали тому, что мы оба погибали в огненной катастрофе, и, учитывая, куда мы направлялись, и неизвестность, с которой сталкивались, мои опасения были небезосновательны.
Однако я не жалела об этом. Ашер заставил мою грудь гореть наилучшим образом, и этот момент стоил любого искушения Судьбы уничтожить нас.
Когда мы, наконец, добрались до завесы, даже с моими дерьмовыми глазами, лишенными силы, я могла ясно ее видеть. Непроницаемый занавес тьмы, который невозможно было сдвинуть или проникнуть сквозь него — это продемонстрировал Рейдж, когда надавил на него.
— Как мы пройдем через это? — спросила я.
Ашер и Брекстон о чем-то тихо поговорили, прежде чем огромный дракон несколько раз взмахнул крыльями и вернулся к ночным кошмарам.
— Он собирается проверить, невосприимчив ли барьер к драконьему огню, — быстро сказал Ашер, — поскольку он способен пробиваться сквозь большую часть магии.
Он отодвинул нас подальше, и мы оба наблюдали, как вспышка пламени опалила воздух над темной простыней. К нему присоединились два других дракона, и я покачала головой, глядя на яркое иссиня-черное пламя.
— Напомни мне, чтобы я не злила драконов, — пробормотала я, и Ашер одарил меня медленной улыбкой.
— Ты можешь сразиться с драконом в любой день, и, если хочешь знать мое мнение, тебе стоит начать с Рейджа.
Я прищурилась, глядя на него.
— Что у тебя за проблемы с Рейджем? Серьезно. Пришло время, наконец, сказать мне.
Ашер глубоко вздохнул, в его взгляде читалось противоречие. Благодаря нашей связи я могла сказать, что он собирался с мыслями, поэтому не стала допытываться дальше.
— Наши родители были друзьями, — начал он тихо. — Мы с Рейджем не очень хорошо знали друг друга, он был уже намного старше, когда наши семьи встретились, и его никогда по-настоящему не было рядом. — Он снова набрал в легкие воздуха, и в его следующих словах прозвучал гнев. — Впервые я по-настоящему увидел его, когда его судили за убийство своих родителей. Я пошел, потому что моих родителей уже не было в живых, и я чувствовал, что они хотели бы пойти. Рейдж сидел в той комнате, и выражение его лица ни разу не изменилось, и всякий раз, когда я подходил к нему, мои гребаные волосы вставали дыбом. Было что-то в его взгляде, Мэддисон… Он опасен. — Его взгляд оторвался от моего и остановился на бронзовом драконе.
— Он убил своих родителей, — выдохнула я, поворачивая голову, чтобы тоже увидеть Рейджа. — Он сидел в тюрьме?
Ашер покачал головой.
— Нет. Он был признан виновным в их убийстве, но не понес наказания. По сей день я понятия не имею, что произошло между ним и его семьей, и того факта, что его не отправили в тюрьму для сверхов, должно быть достаточно, чтобы успокоить мои опасения… но моя первоначальная оценка не изменилась. Он опасен. Просто… может быть, не для тебя.
Рейдж повернул голову, драконий огонь погас, когда он встретился со мной взглядом. Без сомнения, с его сверхъестественными чувствами он все слышал.
— Он не опасен для меня, — сказала я Ашеру. — Я довольно хорошо разбираюсь в людях, и это не тот случай, когда суперсила может обернуться против тебя. Если ты заслуживаешь его доверия и преданности, то это на всю жизнь.
Глаза Рейджа затуманились, когда он кивнул. Прежде чем я успела сказать что-нибудь еще, он повернулся обратно к завесе, извергая драконий огонь из своей пасти.
Ашер наблюдал за нами обоими.
— Я доверяю тебе в этом. Без сомнения, мое прошлое повлияло на мое мнение о нем.
Ашер потерял свою семью. Он считал, что они были убиты, но никакой информации об этом так и не появилось. Кто-то, решивший убить своих родителей, вероятно, был для него хорошим толчком.
— Драконий огонь не работает, — прорычал Ашер, отвлекая меня от моих мыслей.
Он придвинул нас ближе, и волна жара отбросила мои волосы назад, а щеки словно натянулись и одеревенели.
— Мы должны помочь им, — решила я. — Я снова контролирую свою энергию… Я готова бросить ее на завесу.
Ашер повел нас дальше, чтобы мы не рисковали обжечься, и я протянула руку, чтобы коснуться завесы тьмы.
— Огонь разрывал узы, просто недостаточно быстро, — отметила я. — По крайней мере, мы знаем, что завесу можно раздвинуть, все, что нам нужно, — это найти нужную силу, чтобы это сделать.
Ашер тоже потянулся, и когда моя рука, наконец, коснулась темной простыни, я ожидала, что на ощупь она будет похожа на толстую, тяжелую занавеску. Вместо этого моя рука прошла насквозь с другой стороны, и я дернулась вперед вместе с ней.
— Мэддисон! — Ашер выругался, протягивая руку, чтобы схватить меня, и мы оба провалились внутрь.
Другая сторона была совсем не похожа на сторону тьмы и тайн.
Кристально чистое голубое небо, чистый воздух, пахнущий солнцем и флорой, и ручей, небрежно пробивающийся сквозь зеленую траву внизу. Какое-то животное защебетало у меня над ухом, и я подумала, что это маленькая птичка, пока не обратила свой, без сомнения, удивленный взгляд на крошечную порхающую… фейри. Я имею в виду, вот на что это было похоже. Как будто Мэб скрестили с ярко сияющей лампочкой.