Третий Год (ЛП)

Но, эй, разве не все мы были такими?
Пение становилось громче, и это определенно был голос Джессы. В конце ее слов была красивая хрипотца, которая звучала сексуально и нахально одновременно. Я узнала бы ее где угодно.
Я не могла ее видеть, но по мере того, как пение становилось громче, поняла, что двигаюсь в правильном направлении. Когда певица взяла особенно высокую ноту, на моем лице появилась улыбка, и я подпевала. Когда песня закончилась, она больше не начиналась. Тишина беспокоила меня, и поскольку Джесса, возможно, тоже искала меня, я продолжала петь.
  
Время шло, я слабела и уставала, прошли часы… дни? с тех пор, как я отдыхала или ела в последний раз. Во рту у меня пересохло, я бы убила за глоток воды, но не переставала бежать и петь. Я не могла остановиться, пока не дойду до конца пути, пока не попаду в подземный мир.
Я должна быть достаточно сильной.
Откуда ни возьмись, вдалеке появилась Джесса, ее лицо было искажено ужасом, когда она бросилась ко мне. Я остановилась, сердце бешено колотилось в груди. Откуда она взялась? И что за ней гналось?
Джесса не показалась мне человеком, который чего-то боится, так что это больше всего нервировало.
Только не Джесса.
Я моргнула, обдумывая эту мысль.
Может, это была не она?..
Джесса, бегущая ко мне, была уже совсем близко, она раскинула руки, словно собиралась меня обнять. Я приготовилась к драке.
— Мэддисон! — пропищала фальшивая Джесса дрожащим голосом и… пустым. — Наконец-то я нашла тебя.
Да, это так, самозванка.
— Где ты была? — спросила она, бросаясь ко мне.
Я ни на секунду не теряла бдительности, даже когда она крепко обняла меня и пахла в точности как Джесса. Только не она.
— От чего ты убегала? — спросила я.
— Следуй за мной, — быстро сказала она, не отвечая на мой вопрос.
Я покачала головой.
— Нет, думаю, мы должны продолжать двигаться вперед по этому пути.
Джесса склонила голову набок, изучая меня своими голубыми глазами, которые были такими же, как у настоящей Джессы, но такими пустыми, какими не были у нее. Я чувствовала, что не должна была знать о ней этого… что ее имитация обычно обманывала всех.
Я знала подруг лучше, чем они, на самом деле.
— Ты мне не доверяешь, — внезапно сказала Джесса, ее настроение было таким же переменчивым, как здешний пейзаж.
Когда я открыла рот, чтобы ответить, по телу «Джессы» промелькнуло мерцание света, и на долю секунды я увидела, как на нее наложилось другое существо.
Это исчезло в тот же миг, но я определенно увидела другую женщину, неестественную как по красоте, так и по внешнему виду. У нее были волосы, ниспадавшие до пят, белее самого чистого снега, который я когда-либо видела, и расстилавшиеся по земле позади нее. Ее глаза тоже были огромными и белыми, холодными и пустыми.
Это была… Гепташия?
— Кто ты? — прорычала я, протягивая руки и обхватывая ее запястья. Здесь я была в невыгодном положении, не имея доступа ни к каким силам, но я была достаточно зла, чтобы не обращать на это внимания. — Где Джесса? Если ты причинила ей боль…
Был момент, когда наши взгляды встретились… она изучала меня на более глубоком уровне. Я так и знала. Я чувствовала, как она копается под поверхностью, ищет…
Я не могла ответить ей тем же, но, как бы мне ни было неловко, я не сдавалась.
Облик Джессы вспыхнул снова, еще раз, а затем растаял.
Передо мной стояла светящаяся серебристо-белая женщина. Она улыбнулась, показав зубы, которые, как ни странно, были цвета слоновой кости больше, чем все остальное в ее теле.
— Следуй за мной, — сказала она, повернулась и пошла прочь.
Еще один трудный выбор.
Это была ловушка?
На данном этапе это почти не имело значения. Я просто была готова к тому, что произойдет что-то еще, даже если это означало, что в конечном итоге мне придется бороться за свою жизнь.
Поэтому я последовала за ней.
Ее волосы струились длинной белой рекой, прорезая зелень, словно шлейф, следующий за ней. Казалось, они становились все длиннее, пока она шла, и, в конце концов, мне пришлось отойти в сторону, иначе я бы наступила на них.
Она ни разу не оглянулась.
У меня возникло искушение протянуть руку и подергать ее за эти великолепные волосы, в основном потому, что она меня раздражала. Сучке лучше начать говорить, иначе мы устроим настоящую драку на детской площадке.
— Эй! — наконец сказала я, когда прогулка продолжалась дольше, чем я могла выдержать. — Куда ты меня ведешь?
Она не обернулась, но сказала:
— Ты продержалась гораздо дольше, когда горела.
У меня зачесались пальцы, и я потянулась к ее волосам, когда она хихикнула. Я резко остановилась, уставившись на сумасшедшую цыпочку.
— Я могу читать твои мысли, — размышляла она. — Это интригует. Ты полна мыслей и силы.
В этот момент я была почти уверена, что она и есть та сумасшедшая богиня, которая руководит этим дерьмовым шоу.
— Ты — Гепташия, не так ли?
— Да, — просто ответила она.
— Я прошла твои тесты?
Она остановилась и, наконец, повернулась ко мне лицом. Я не шевелилась с тех пор, как она рассмеялась, и не пошевелюсь, пока она не объяснит, в чем дело. Я не чувствовала исходящей от нее силы, только холодную пустоту.
Холод напугал меня больше, чем что-либо еще, что я испытывала до сих пор.
— Ты многое доказала мне. Что ты заботишься о других больше, чем о собственной безопасности. У тебя четкое представление о том, что правильно, а что нет. Ты решительна. Ты сильна. Ты выстояла, несмотря на боль. — Снова малейшая пауза. — Знаешь ли ты, что когда испытываешь изнуряющую боль, а затем тебе приходится испытывать ее снова, во второй раз все становится еще хуже. Видишь ли, мозг уже понимает, что произойдет, если ты снова выберешь эту боль, и он пытается избавить тебя от мучений. Чтобы сделать это, ты почувствуешь боль еще сильнее, в качестве сдерживающего фактора.
Ее губы дрогнули.
— Твой мозг сделал это, и все же ты решила сделать шаг вперед. Ты снова выбрала эту боль, какой бы сильной она ни была. Очень немногие выдерживают эту часть испытания. Что еще важнее, ты увидела правду под маской. Ты знала своего настоящего друга, и тебя никогда не обманывало то, что я скрываю ее сущность. Только сильные духом могут это сделать. Во всех отношениях ты прошла мое испытание…
Но…
Я знала, что за этим последует «но».
— Но на этом пути есть последний шаг, и никто не может его обойти. Ты должна пройти его, чтобы стать частью целого.
Что? Нет, серьезно. Что?
Она пошла, и зеленая трава превратилась в снег, ее белые волосы больше не выделялись на общем фоне, а идеально сливались с ним.
— Где мои друзья? — спросила я со вздохом, снова двигаясь, и снег под моими ботинками захрустел. — С ними все в порядке?
Нет ответа.
— Этот мир меняется по твоей прихоти или по собственному желанию?
Это заставило ее на мгновение замереть.
Ее глаза встретились с моими, их светлая глубина была почти прозрачной. На самом деле в них был фиолетовый оттенок.
— Какой интересный вопрос.
Я почувствовала, как мое лицо сморщилось. Она была такой раздражающей.
— Какой интересный ответ, — ответила я.
Ее звонкий смех наполнил воздух, и я почувствовала глупое, неконтролируемое желание рассмеяться вместе с ней. Возможно, эта сучка была наполовину кентавром.
Ее смех оборвался, и впервые она посмотрела на меня так, словно действительно увидела. В ней не было ничего скучного, холодного и опустошенного, вместо этого в глубине ее души горел огонь, а цвет ее глаз стал ярким, почти ослепительным, фиолетовым.
  
— Мы могли бы стать друзьями, — заявила она. — Не думала, что такое возможно. Но, возможно, многие из невозможных вещей тебе еще только предстоит увидеть.
— Мы формируем девчачью банду, — сказала я ей сухо, полушутя. — Если тебе нужна больше, чем одна подруга.
В смысле, почему бы, черт возьми, и нет? Остальные из нас были странноватыми по-своему. Эта цыпочка, наверное, отлично вписалась бы в нашу компанию.