Сага о пурпурном зелье (СИ)
Прошло еще два дня. Элиана по-прежнему много спала, сидела у открытого окна, вышивала или смотрела на облака. Все чаще думалось об Обители Пресветлых Сестер. Уехать в мирок добрых и спокойных женщин, учить сирот, заботиться о больных — такая жизнь привлекала ее все больше и больше.
Отец проводил время за работой, а под вечер приехал поверенный, и они просидели вместе допоздна. Утром отец уехал в Соррент, предупредив, что может не вернуться до следующего полудня.
Назавтра в полдень матушка начала волноваться. Верный Бертран выглядел встревоженным, но причин не называл. Когда начало темнеть, обе леди и Берт выскочили на стук копыт, но увидели лишь незнакомого господина. Он нервно перекладывал хлыст из рук в руки и сообщил, что ему нужно поговорить с леди Элмус.
Никто не подумал попросить Бертрана выйти вон, и страшную новость встретили втроем: лорд Элмус стал жертвой несчастного случая — его собственный конь убил лорда ударом копыта в конюшне постоялого двора.
***
Матушка слегла. Загнав собственное несчастье глубоко внутрь и заперев дверку в памяти на засов, Элиана отписала младшему брату отца, который жил рядом с Капси, и распорядилась съездить за той же знахаркой, ей девушка доверяла больше, чем лекарям. Вызвав поверенного, она получила обещание, что он уладит все срочные дела сам, а об остальном поговорит с лордом Корвином, когда тот приедет. На прощание поверенный протянул ей письмо, которое отец оставил на случай непредвиденных обстоятельств.
"Милая моя девочка, — писал отец. — Я не могу простить себе, что не уберег тебя от несчастья. Надеюсь, после того, как я встречусь с известной нам личностью, тебе станет легче. Но на случай, если наша встреча пройдет не так, как я задумал, пишу это письмо.
Милая моя, я привел в порядок дела, и я уверен, что дядюшка Корвин сумеет должным образом позаботиться о тебе и о матушке. Надеюсь, они вместе смогут устроить твою жизнь наилучшим образом. Но, девочка моя, я оставил наказ ни в коем случае не давать тебе разрешения уходить в Обитель. Я знаю, ты можешь распорядиться своей судьбой сама через три года, когда тебе исполнится двадцать, но я надеюсь, что к тому времени ты поймешь — это не лучшее решение.
С любовью,
твой отец, Линдон Элмус."
Элиана утерла слезы. Отец любил ее, но… как же он мог не понять, что Обитель — это лучшее, что она может найти в жизни? Обитель — место, где страждующие души находят утешение и защиту от бед. Место, где не страшны ни пересуды света, ни подлости власть предержащих, ни недостойное поведение ближних. Целых три года… "Что ж, будь по-твоему, папа, я уеду в Обитель через три года".
***
Лорд Корвин Элмус приехал через две недели. Дядю Корвина в последний раз видели лет пять назад. Отец встречался с ним и позже, выбираясь по делам в столицу, но сама Элиана помнила его как веселого холостяка, который не очень знал, как обращаться с детьми. Теперь Элиана встречала его на правах взрослой. Поручив Бертрану проводить дядю в гостинную, она распорядилась вызывать поверенного.
Вернувшись, она заметила, что Бертран о чем-то шепчется с дядей и удивилась их секретам. Двое тут же прервали разговор. Дядя задал несколько вопросов про состояние матушки и хозяйство.
— Матушке становится лучше, и лекарь обещает, что матушка вскоре встанет, но потрясение было столь велико, что ей лучше не утруждаться ближайшее время. — Элиана решила не смущать дядю словами о знахарке. — Я вызвала поверенного, он должен прибыть завтра утром.
— Благодарю тебя, Элиана. Ты не против, если Бертран покажет мне кабинет Линдона? Так или иначе мне нужно заниматься делами.
Двое удалились, и Элиана задумалась, что же их связывает.
***
Корвин занял кресло, показал Бертрану на софу.
— Ну, рассказывай. Не верю я в конское копыто. Зачем Линдон поехал в Соррент?
Бертран замялся.
— Брось, — продолжал Корвин, — мы с тобой еще не такие тайны делили.
— Это касается юной леди, — выдавил из себя Бертран.
— Берт, ты же понимаешь, что я не сделаю ничего, что повредит семье моего брата? Выкладывай.
И Бертран все рассказал.
Корвин громко хлопнул по подлокотникам, вскочил с кресла и начал мерить кабинет шагами.
— Дрянд… Дрянд… Смутно помню этого поганца, нужно узнать побольше. Его затхлое баронство где-то здесь, на юге? Вот что, Берт. Я напишу письмо в Соррент одному человеку. Если тебя с этим письмом перехватят, уничтожь как хочешь, хоть съешь.
— Не волнуйтесь, лей(*), искры все еще при мне. Вы считаете, что кэпу помогли умереть?
— Не знаю. Честно скажу тебе, Берт, не знаю. Но мы с тобой это выясним.
Бертран вернулся через два дня, и ответ, который он привез, поставил перед дядюшкой сложный вопрос. Сообщить ли Элиане? Волновать старшую леди он не станет, да и толку… Он уважал выбор брата и видел леди Элмус как нежную и преданную супругу, но о ее способностях к умственному труду был не лучшего мнения. Элиана же пошла в отца, хоть и была еще очень юна. Нет, пожалуй, пока не время. Слишком свежи еще душевные раны, и девушка может посчитать себя виноватой в смерти папы.
— Садись, Берт. Пока больше никому об этом знать не надо.
— Все-таки не конь?
— Нет. Мой приятель что-то узнал через дознавателей, что-то сам. Конюх пришел в зал таверны, когда Линдон заканчивал обедать, и сообщил, что его конь беснуется. Линдон оставил еду и отправился в конюшню. Вскоре тот же конюх вбежал и закричал, что конь стукнул лорда по голове, и лорд теперь лежит и не двигается. Дознаватели увидели на шкуре коня колючку и закрыли дело.
— Конюха, полагаю, не нашли?
— Нет, — кивнул дядюшка. — Как в воду канул. Впрочем, почему как, через Соррент протекает довольно глубокая река. А колючки такие — редкая штука в городе, они водятся в зарослях у болот.
Дядюшка сделал паузу, вытащил из стола бутыль и два бокала, разлил. Все стояло в том же ящике, что и много лет назад, Линдон был верен себе.
— Мой приятель встретился с трактирщиком. Тот оказался из наших и Линдона помнил. Видно, поэтому Линдон там остановился. Узнав, что дело нечисто, трактирщик припомнил, что утром, когда ходил в погреб, видел на конюшне молодого лорда, а среди посетителей его не было.
— Узнает, если увидит снова?
— Кто ж его знает. Но я в тот трактир на всякий случай загляну. Ты вот что скажи. Пойдешь ко мне? Линдон тебе прилично денег отписал, понимаю, но ты подумай.
— Благодарю, но нет, я привык к этим местам.
— Зазноба, небось, имеется?
Бертран неопределенно пожал плечами.
— Тогда вот что. Я тут ненадолго. Скажу трактирщику, если что про того молодого лорда узнает, чтоб тебе сообщил. Добро?
Берт кивнул.
_______________________________
(*) лейтенант
Глава 3. Мимо Трех Дубов
Леди Корделия Корнус хмурилась. Ее не отпускало ощущение подвоха, хотя, казалось бы, все идет замечательно.
Несколько лет назад ей досталось опекунство над дочерью умершего дяди. Бурая лихорадка не пощадила их семью, выжила только девочка, которую как раз отослали посетить Обитель. Там она и осталась на долгие годы. Корделия собиралась устроить ее судьбу, когда кузина подрастет и покинет Пресветлых сестер. В год смерти дяди самой Корделии было восемнадцать, и управлять деньгами и землями она еще не могла. На этот случай в бумагах были указаны доверенные лица, в число коих отец Корделии не входил. Весьма раздосадованный, он пытался перехватить наследство, но дядя постарался, составляя документы.
Когда Корделия вошла в возраст взрослости, она взялась за дела самостоятельно и спросила у поверенных совета, в какое прибыльное дело ей вложиться. Те подсказали ей использовать пустующие земли, пока никто из власть имущих не обратил внимания на участок недалеко от разъезженного тракта и небольшого городка. Земля оказалась непригодной для выращивания чего бы то ни было помимо редких сорняков, но лес и озеро рядом навели Корделию на мысль построить доходные дома для тех, у кого хорошо набиты кошельки. У жителей столицы стало модным выезжать на лето в провинцию к родным или знакомым. Многие задумывались, а не провести ли им в тиши природы сезон-другой, но далеко не все могли позволить себе купить и обставить второй дом на такой срок. Другое дело — арендовать.