Лекарка для врага (СИ)

— Каррр! Мази-то нет! — впервые прокаркал Тео. 
Тихон вздрогнул так сильно, что аж подпрыгнул. 
— Пусть утром приходит, как дракон говорил! — продолжал ворон. — Ишь, шляются по ночам! 
Я застыла. А ведь и правда... 
Глупости такие! Это все Кайл придумал… Можно ведь сейчас быстро все намешать, а Тихон подождет. Зачем человека-то гонять? И все же… 
  
А вдруг дракон прав? Вдруг меня поэтому и боялись, что я ночами всех принимаю… 
Но ведь если мазь настоится, то лучше будет! 
— Мазь закончилась, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Будет готова завтра к обеду. Нужно будет прийти… в обед! 
Я с вызовом посмотрела на Тихона. Испугается? Скажет, что не придет? 
— Ох... А рука точно не отвалится до обеда-то? А то снова перестанет работать, а потом и плечо, и все тело, и умру… 
— Точно, — успокоила я. — Это вывих, не смертельно. Ничего… не умрет. Но если не лечить — будет болеть еще сильнее. 
Тихон тяжело вздохнул, потом полез в сумку и вытащил что-то, завернутое в грубую тряпицу. А после положил на лавку. 
— Спасибо за помощь, — сказал он, бережно проводя пальцами по свертку. — Я тогда в обед приду, за мазью? 
— Все верно, в обед, — ответила я, стараясь скрыть удивление. Неужели правда послушается и придет днем, как положено? 
Когда дверь закрылась за ним, я так и стояла, не веря, что он не стал спорить. 
— Яся, ты разверни, что кузнец принес! Кузнец-то не бедный, может, деньги! По звуку я слышал, что-то звякало. Как монетки! 
Деньги? Но деньги я ведь не беру. 
Я взяла в руки сверток, развернула его и застыла. 
— Каррр… Что там, Яся? Деньги? — поинтересовался Тео, склонив голову набок. 
— Ложки, — прошептала я, доставая три железные ложки с тончайшей гравировкой. Ручки были украшены извивающимися побегами папоротника, а на черпаках были изображены луна и солнце. Это было потрясающе красиво! Руки дрожали, будто я держала не железо, а хрусталь, что вот-вот может разбиться. 
— Ни съесть, ни продать! Только силы на них трать! — возмущенно каркал ворон, но резко умолк. 
Я была слишком занята ложками, чтобы обращать внимание на ворчание Тео. Ну что он мог понимать? 
— Яся, ты чего не заходишь? — раздался спокойный голос Кайла, а я чуть не выронила драгоценный подарок. 
Я подняла глаза и встретилась взглядом с Кайлом. 
— Ложки красивые, я… любовалась, — смущенно выдохнула я. 
— Ложки? — переспросил Кайл, подходя ближе. 
— Они… железные, с узорами. Такие только на рынке видела, но никогда не держала, — призналась я, чувствуя, как по телу разливается теплая волна непонятного счастья. 
Кайл взял ложку у меня из рук. В этот момент внутри все сжалось, казалось, вот-вот дракон рассмеется надо мной. 
— И правда красивые ложки, — по-доброму отметил он, и в груди стало теплее от его похвалы. 
— Я сказала, чтобы в обед приходил… — призналась я. Кайл одобрительно кивнул. — Надеюсь, придет. 
— Придет, куда денется, — уверенно сказал он, а потом мягко добавил: — Пойдем домой, Яся. Я переживаю, что ты простудишься. 
  
Глава 50
 
Кайл 
Сегодняшнее утро выдалось каким-то... холодным. В прямом и переносном смысле. Кошки не облепили меня, как обычно. Большая часть ушла на охоту из-за оттепели, но даже оставшиеся почему-то дремали на своих лежанках, не обращая на меня внимания. Впрочем, кошки — существа свободолюбивые. Как и их хозяйка.
Яся спала.
Впервые за долгое время я застал ее спящей спокойно. Она мирно посапывала, укутавшись в одеяло по самый нос. В таком положении она еще больше напоминала маленького ежика, свернувшегося в клубочек. Я просидел несколько минут в полной тишине, просто глядя на нее. То, что она позволяла себе так спать в моем присутствии, было важным знаком. Ярослава начала мне доверять.
Несмотря на всю свою колючесть, она постепенно ко мне привыкала. Ночью она даже послушалась моего совета — пусть и проявив при этом уже привычную упертость. 
С Ясей нельзя было действовать напролом: чем сильнее давишь, тем больше она выпускает иголки. С ней нужно было... говорить. Именно так. 
Могло показаться, что с ней сложно, но это было не так. Она умела слышать и слушать, даже если сначала воспринимала все в штыки. А потом она признавала свою неправоту, ее зеленые глаза смотрели так искренне и благодарно, что я готов был на все, чтобы видеть этот взгляд снова и снова.
Столичные красавицы уже давно не удивлялись ни дорогим украшениям, ни нарядам. Они морщили носы, если оказывались в платьях из одной ткани, или с отвращением ковыряли еду на балах. А Ясе... Ясе было достаточно простых железных ложек, чтобы прийти в восторг. Чтобы ее глаза засияли восхищением, а руки слегка задрожали, будто она держала невиданную драгоценность.
Всего лишь ложки... Но даже то, как она о них говорила, вызывало чувство, что хочется подарить ей целую кучу таких вот ложек… Да что там ложек. Мне хотелось подарить ей целый мир.
Я с огромным усилием оторвал взгляд от спящей девушки. Так хотелось сделать шаг, прикоснуться к ней, поправить выбившиеся из-под одеяла вьющиеся пряди... Но я сдержался, поднялся и только тогда заметил пристальный взгляд ворона. Он сидел на своей жердочке, словно страж, несущий свою важную службу.
Я знал, что вороны — умные птицы, но впервые столкнулся с таким проявлением интеллекта.
Яся спасла его еще птенцом от кошек, когда он был несмышленышем. Теперь он вырос в умную, взрослую птицу с настоящим характером. Частенько громко каркал и смотрел так осмысленно, будто понимал больше, чем иной человек. И он явно очень любил свою хозяйку.
— И тебе доброго утра, умная птица, — прошептал я с улыбкой. Ворон, конечно, не ответил.
Я постарался собраться как можно тише, взял заранее подготовленную стопку вещей и вынес в сени. Там уже можно было двигаться свободнее. С досадой обнаружил, что приготовленная с вечера рубаха оказалась мокрой. Это открытие заставило меня устало вздохнуть.
Крыша...
Сейчас, когда снег сошел и не шли дожди, она напоминала о себе не так активно. Но какая-то накопившаяся влага все же просачивалась, оставляя мокрые следы то на полу, то на одежде. Придется идти как есть. Я — дракон, мне холод совсем не страшен, как человеку. Но если бы увидела это Яся... Она бы точно забеспокоилась. И это была еще одна причина поскорее выдвигаться в путь.
  
Выйдя на улицу, я с удивлением отметил непривычную тишину. Обычно кошки тут же обступали меня, требуя внимания. Но сегодня они лежали. Грели бока на утреннем солнце?
Мои мысли прервал хруст веток. Я мгновенно насторожился, но напрасно — из леса, запыхавшийся и с красными щеками, вывалился Михаил.
— Рано еще для работ, — заметил я, когда парень оперся о ствол дерева, пытаясь перевести дыхание.