Лекарка для врага (СИ)

Это было обидно, унизительно и оскорбительно.
Я действительно наклонилась и собрала выпавшие монеты. Клавдия начала торжествующе постукивать каблучком по полу.
Но, собрав все деньги, я туго затянула шнурок кошелька и бросила его обратно. От неожиданности Клавдия едва успела поймать его. Ее глаза округлились от изумления.
— Пошла вон со своими деньгами, — ледяным тоном сказала я.
  
— Ах ты… — начала было она.
Но Тео тут же ринулся на Клавдию с оглушительным карканьем. Вреда он причинять не собирался, но этого хватило, чтобы женщина вскрикнула и пулей вылетела за дверь.
На полу все еще валялся скинутый шерстяной платок. Хорошо хоть кошель свой забрала.
— Хоть бы не простудилась… — невольно вырвалось у меня.
— За всех ты переживаешь. Каррр…
— За нее — нет. Но вот за ребенка… Ему-то достанется такая мать.
Я вздохнула, подняла платок и аккуратно положила его на стол. Я все сделала правильно, но тревога за малыша не отпускала.
Начала вспоминать, что знаю о пекаре. Несмотря на то что я не бывала в селе, знала обо всех я удивительно много. Тео был еще тем соглядатаем…
Пекарь, вроде, человек не злой. По крайней мере, злых слухов о нем не ходило. В драки не лез, бранными словами не кидался. Он даже хлеб в долг давал. Правда, не мне…
Может, простит жену? Или просто отпустит ее с миром. А она уйдет к брату.
Правда, брат у него — Петька, непутевый… Вечно по кабакам шляется, ремесла за ним никакого не водится.
Ну, раз выбрала себе такого, пусть теперь с ним и живет. Может, Петька когда-нибудь в «Петра» перерастет, и вместе ребенка поднимут.
В любом случае, мне хотелось верить в лучшее.
За дверью раздался тихий скрип.
Я замерла.
Вот тебе и лучшее.
Значит, подслушивал? Хотя Клавдия так кричала, что в этом не было и необходимости…
Вот только как мне теперь объяснить Кайлу все, что здесь произошло?
  
Глава 27
 
Яся 
Когда я вошла в дом, Кайл стоял у печи. По его напряженной спине было видно, что он слышал если не все, то очень многое. 
— С тобой все в порядке? — спросил он, обернувшись. Я молчала, тщетно пытаясь придумать, что ответить. — Будь на ее месте мужчина, я бы уже вмешался. Почему эта женщина так с тобой разговаривала? 
Я потупила взгляд, глядя на свежие половицы, которые он уже успел уложить. 
— Она называла тебя… ведьмой? — его голос был спокоен, но в нем слышалась стальная нотка, от которой по спине пробежал холодок. 
Я подняла глаза, стараясь прочитать на его лице хоть что-то — отвращение, страх, недоверие. Это было опасно. Очень опасно. Даже Тео сидел, затаившись под столом, не привлекая внимание. Я облизала пересохшие губы. 
Нужно было что-то говорить, ведь просто так он не отстанет. Нужно было что-то врать… 
— Кайл, у меня нет магии. Я не лекарка, я… я лечу с помощью знаний, которые передавались в нашей семье. Я знахарка. — Я смотрела на него, все еще пытаясь понять его мысли, но он молчал, давая мне договорить. — Я делаю отвары. Стараюсь помогать людям, — голос мой дрожал, выдавая нервозность. — Но люди… они выдумывают сказки. Из-за того, что я живу здесь одна, на отшибе… Из-за того, что у меня нет магии… Они ко мне идут, но боятся. Потому что говорят всякое: что я ведьма, что в крови купаюсь, что детей ворую… Вот и Клавдия, она пришла, чтобы я… Чтобы… 
— Скрыла ее измену, — тихо, но твердо договорил Кайл. 
Я вздохнула. Значит, он действительно все слышал. 
Я лишь кивнула, инстинктивно обхватив себя руками. В комнате воцарилась тишина, в которой был слышен вой ветра из разбитых окон. 
Я устала. Ужасно устала от всего этого. Этот день и так был невыносимо сложным! А теперь еще эти дырявые полы, дракон, который может меня убить, и Клавдия… Почему все это обрушилось на меня? 
Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Глаза предательски застилали слезы, но я сжала зубы. Я никогда не стану плакать перед драконом. 
Внезапно мои плечи коснулось что-то тяжелое и теплое. Я открыла глаза и увидела, что Кайл накинул на меня тулуп. 
— Ты дрожишь, Яся. 
Я подняла на него глаза, и наши взгляды столкнулись. 
Его глаза были серыми, как зимнее небо, но взгляд — теплым, добрым. В нем не было ни осуждения, ни страха. 
— Тебе не стоит расстраиваться из-за этой женщины. Она этого не заслуживает. Все, что она здесь устроила, — лишь отражение ее собственной грязи и злобы. А ты добрая и чистая. Это ее и злит. Ее слова не должны тебя ранить, ведь они не стоят и ломаного гроша. 
Никто и никогда не был так добр ко мне. Никто не жалел меня. Никто не смотрел на меня так, как смотрел этот дракон — с такой… теплотой. 
— Тебе нужно поспать, — Кайл аккуратно поправил воротник тулупа на моих плечах. От его легкого прикосновения по коже побежали мурашки. Но в этом не было ничего пошлого — лишь забота, к которой я успела отвыкнуть. — Завтра нам нужно на рынок. 
— На какой рынок? — я выпала из своих мыслей, словно из кокона. 
— Одного дерева на пол не хватит. Нужно еще много чего… Тут же есть рынок? Я все докуплю сам. Должен же исправить то, что натворил. 
Мое воображение тут же нарисовало самые худшие картины того, как это может пройти. 
— Мне нельзя на рынок, — тут же выпалила я. 
— Нельзя на рынок? — удивленно хмыкнул Кайл. 
— Я же говорю, люди меня боятся, из-за слухов. Меня… Меня прогонят! 
Кайл снова хмыкнул, но на этот раз в его звуке слышалось не удивление, а что-то другое. 
— Значит, они тебя настолько не любят? 
Я молча кивнула. 
— Но за помощью приходят? 
— Просто наш лекарь берет очень дорого… А им больше некуда идти, — попыталась я объяснить. – А я не беру деньги за лечение. Вот они и идут… 
— Но лекаря с рынка не прогоняют? – тут же задал вопрос Кайл. 
— Нет, не прогоняют. 
Это был странный вопрос. С чего бы его прогонять? Он там — самый желанный гость. Ему всегда продают самый свежий хлеб, самый лучший кусочек мяса.
А меня… Меня там просто не хотят видеть. 
— Интересно получается, — усмехнулся дракон. В его усмешке появилась хищная нотка. — Яся, я не знаю, где здесь рынок. А значит, завтра нам придется пойти туда вместе. 
— Но меня… 
— Не прогонят, — отрезал он, и в его голосе зазвучала такая твердая уверенность, что я невольно замолчала. — Ты будешь не одна. Со мной. Поверь, со мной тебя никто не тронет. Обещаю. 
  
Он сказал это так искренне, что у меня снова побежали мурашки по коже. 
— Это плохая идея… 
— Другой нет, — пожал плечами Кайл. — Ведь мне нужно доделать пол. Так что здесь выбор стоит между пойти на рынок или жить с дырами в полу. А ты ведь хочешь, чтобы я скорее доделал все это?