Change the World’s Colour!! (СИ)

– «Свининка Ямамото»? Ты серьезно?..
– Лучшего якинику нет нигде! – отмахнулся от него парень и, подойдя к штендеру, пальцем ткнул в яркую, пышущую огненными буквами надпись. Агацума и младший Узуи, не сговариваясь, непонимающе склонили головы набок. – К тому же сегодня действует специальное предложение.
– Что за предложение? – наконец-то подал голос Тенма, которого заинтересовала перспектива поесть горячего мяса после длительной прогулки по городу.
– Всего лишь очередной маркетинговый ход, – пояснил Агацума. – Ты заказываешь у них жареную свинину на три килограмма, и тебе предоставляют возможность бесплатно заказать из меню четыре любых блюда на выбор.
– Да, но съесть мясо ты должен меньше, чем за полчаса, – со знанием дела добавил Кайгаку. – Весь подвох в том, что даже если ты каким-то чудом съешь все это, то после трех килограмм жареной свинины желание смотреть на еду на некоторое время отпадет само собой. Да и цена за такую порцию…
– Честно сказать, я не горю желанием спускать деньги на мясо, которое мне придется съесть в один раз, – Зенитсу скромно отвернулся от вывески и потупил взгляд, а стоявший рядом Кайгаку задумчиво покивал на эту реплику.
– Соглашусь.
– Мы закажем эту свинину, – вдруг решительно выдал младший Узуи и уверенно двинулся в сторону входа в заведение, вынуждая Кайгаку и Зенитсу разразиться возгласами непонимания, но последовать за ним. – Я оплачу наш чек, – двое парней на его словах изумленно переглянулись между собой, и широкие брови Кайгаку поползли вверх.
– Кто этот иностранец? – стараясь говорить как можно тише и прикрыв рот рукой, спросил он у Агацумы. – Он что, мажор?
– Ну… можно и так сказать…
– Хватит ходить взад и вперед! Меня уже тошнит от тебя! Поправка: от твоих метаний! – не выдержал Санеми, привычно развалившийся на диване в гостиной Тенгена. Кёджуро сидел в кресле, что-то увлеченно смотря в телефоне, глупо по-счастливому улыбаясь при этом. «Опять переписывается со своим Камадо!» – с раздражением отметил про себя Тенген, видя, что лицо друга не покидает улыбка.
– Ренгоку! Включись в обсуждение моей блестящей проблемы! – резко остановившись, перестав мерить гостиную шагами, крикнул хозяин дома. – Вы с Камадо что, даже на час расстаться не можете?!
– Так, Узуи, ты со своим блондинчиком не лучше! – ответил Шинадзугава за не успевшего понять, что к чему, Кёджуро. – Что мы, по-твоему, здесь делаем? Сидим и слушаем, как ты выносишь нам мозги, потому что твой парнишка куда-то умотал.
– Он не просто умотал! Он ушел вместе с унылым Тенмой! Не слышит свой телефон и даже не отвечает на сообщения! Что я должен блестяще думать?!
– Что они смотрят долбанные достопримечательности?!
– Ты сам-то блестяще слышишь себя?! Если Тенма смотрит достопримечательности, то я в детстве занимался балетом!
– Оказывается, я многого о тебе не знал! Не веди себя, как баба, Узуи! Твое нытье меня уже достало! Парнишка пошел развеяться и прихватил твоего братца с собой. Сядь у двери и карауль его, пока не вернется, раз так бесишься!
– Тенма – чертов иностранец из чертовой Америки! У него даже есть чертов акцент! Блестящие мышцы и мозги! И чертовы деньги! У него есть все, а ты мне говоришь спокойно сидеть и ждать, пока Зенитсу гуляет с ним по городу?! – с каждым словом Узуи распалял себя все больше, начиная волноваться сильнее – это понимали и Кёджуро, и Санеми, а потому лишь обреченно вздыхали, в безнадежности качая головами.
– Узуи, ты что, сомневаешься в Зенитсу? – вдруг выдал Ренгоку, а Тенген, хотевший уже с ходу ответить ему, застыл с открытым ртом. Вопрос был поставлен ребром. Нет, в Зенитсу он не сомневался, просто… Просто его пугала привлекательность собственного брата. Ведь мог же Агацума ее оценить?..
– Нет, но я с таким блестящим трудом добился его, что не собираюсь уныло терять!
– Знаешь, друг, от Камадо я слышал другую историю, – задумчиво протянул Кёджуро, разглядывая потолок гостиной. Санеми на его слова понятливо усмехнулся – по-видимому, тоже был в курсе событий, а Тенген непонимающе нахмурился, сурово зыркнув на каждого из них.
 
– Вы помогать блестяще собираетесь?
– Какое помогать? Сиди на своей накаченной заднице ровно и жди. Мы по домам, – устало поднявшийся с кровати Шинадзугава небрежно махнул ему рукой, явно демонстрируя, что до этой проблемы ему нет дела. Кёджуро, хоть и не сказал другу ничего подобного, но тоже поднялся, начиная продвигаться в сторону выхода.
– Совсем охренели?
– Давай, Узуи! Меня Камадо ждет – нет времени на посиделки.
– Идите блестяще к черту, друзья.
– А ты молись, чтоб Зенитсу не пропах «аксом» твоего брата.
– Да пошел ты, Шинадзугава!
И даже не потрудившийся проводить друзей до двери Тенген, оставшийся один в доме, напряженным взглядом уставился в черный экран плазмы, висевшей на стене. Однако уже через минуту он стремительно рванулся к телефону, лежащему на кресле, сразу же набирая первый номер в своих контактах. Каждый новый гудок раздражал все больше и больше, и лицо Узуи постепенно мрачнело. Зенитсу не брал трубку. Более того: он даже не перезванивал ему на все пропущенные вызовы и полученные гневные сообщения. «Чем таким можно заниматься, чтобы не слышать своего телефона? – негодовал про себя мужчина, не в состоянии усидеть на месте и снова начиная ходить по комнате туда-сюда. – Куда они пошли? Куда этого Тенму можно водить? Что ему может быть интересно? Гулять с ним по городу? Д-да это же блестящее свидание чистой воды!»
– Только попробуй покуситься на моего Зенитсу – я блестящим пинком отправлю тебя обратно в твою унылую Америку!
– Друг, да у тебя просто зверский аппетит! Аппетит настоящего гризли! Чую, мы сможем сегодня сделать это заведение – я закажу себе их фирменное блюдо! – громко смеясь и хлопая в ладоши, Кайгаку во все глаза восторженно смотрел на габаритного нового знакомого, который уминал уже которую порцию жареной свинины, все еще не собираясь останавливаться. Тоже глядевший на младшего Узуи Зенитсу, подперев щеку кулаком, лишь иронично улыбался, иногда качая головой – свинину юноша уплетал за обе щеки, без каких-либо претензий. Двум своим сопровождающим, которые заказали себе только напитки, Тенма предложил подождать обещанных в качестве приза блюд. Агацума идее участия в этой акции был не рад, беспокоясь за состояние их едока, а Кайгаку наоборот – грезил поесть за чужой счет и на время ожидания взял себе для разогрева две кружки пива.
Надо сказать, к удивлению Агацумы, эти двое сумели найти между собой общий язык: любопытный Кайгаку спрашивал у Тенмы обо всяких повседневных пустяках в жизни американцев, а тот спокойно отвечал без какого-либо намека на раздражительность. Оказалось, что семпай Зенитсу был сведущ в спорте и легко поддержал разговор о том самом американском футболе, в котором Агацума не понимал ровным счетом ничего. Непонятные слова ссыпались мимо его ушей, и он в какой-то момент даже почувствовал себя лишним в их тройке.
– Теперь у нас есть четыре блюда на выбор: заказывайте, что хотите, – небрежно кинул Тенма, безжалостно расправившись с последним куском мяса, скворчавшем на гриле, под изумленные, но и одновременно с тем восхищенные взгляды своих новых знакомых. Конечно, хоть в голосе и была эта небрежность, внутри он был горд собой, видя чужой восторг – эти ребята относились к нему по-дружески, как будто каждый из них знал его очень давно. И Зенитсу, и Кайгаку были абсолютно открытыми, спрашивали обо всем подряд, безмерно удивлялись каким-то повседневным моментам из его жизни. С ними Тенма заметил, что он не чувствует напряженности, которая присутствовала в нем обычно при общении с людьми: было легко, парень ощущал себя самим собой и откровенно наслаждался времяпрепровождением в этой новой компании.
Дважды повторять про возможность заказать все, что угодно, для Кайгаку было не нужно: он быстро схватил меню, раскрывая его посередине, и сразу же спустился глазами к названиям дорогих блюд.