8 дней, 9 ночей (СИ)

Ответив на все «смски» и сделав еще несколько звонков, я потихоньку принялась убирать со стола и размышлять о том, когда лучше навестить родителей. Надеюсь, мне удастся как следует владеть собой и ничем не выдать всего того, что со мной происходит сейчас. Хотя они и так уже слышали мой повеселевший голос и поняли, что в моей жизни что-то если и не поменялось, то по крайней мере наладилось… Как бы избежать самых неудобных вопросов, если таковые будут заданы?.. Я не хотела бы, чтобы они узнали всю правду! Не поймут меня, ох не поймут!..
  
Вдруг меня сзади обхватили за талию, и я тут же завизжала от неожиданности!
- Когда ты поглощена какими-то мыслями, – слышу я Настин голос, – к тебе так легко подкрасться!
- У меня сердце чуть не выскочило! – выдохнув, я обернулась к ней.
- Ну не могла я удержаться!.. Все в порядке? Позвонила всем?
- Да…
- Тогда давай уберем все это отсюда. Я тебе помогу.
Вскоре мы уже пили кофе в столовой. Завтракать как-то не хотелось. Настя, сидя напротив и держа свою чашку обеими руками, неотрывно глядела на меня, так что я внезапно даже засмущалась.
- Что? – спросила я с недоуменной улыбкой и, насколько это было возможно, оглядела себя, пытаясь обнаружить что-нибудь необычное, что могло настолько привлечь ее внимание.
- О чем ты задумалась, Ксюшик? – произнесла она. – Я вижу, что ты о чем-то активно размышляешь!
Никогда мне от нее ничего не утаить! Это невыполнимая для меня задача!
- Ой, да сейчас столько всего в голове крутится… – я с улыбкой сделала неопределенный жест рукой и добавила с ноткой легкого отчаяния: – Как будто ты не представляешь!
- Прекрасно представляю, – отвечает она. – Твои глаза наполняются при этих мыслях неповторимым романтическим блеском, с оттенками отчаяния или радости, безумного возбуждения или умиротворения… В них так много всего!
Ох ничего себе! Вот это да!.. Она права на все сто – противоречия непрерывно переворачивают сейчас мое сознание с ног на голову и обратно в бесконечном цикле!
- Но сейчас ты думаешь еще о чем-то, – продолжает она. – Чувствую, ты переключилась на какие-то жизненные дела. Это правда?..
- Ты видишь меня насквозь… – проговорила я, качая головой. – Да, ты права, есть немного и таких мыслей…
- Я могу тебе помочь? – спросила она как-то совсем просто, будто мы действительно были знакомы очень давно и провели месте уже немало лет.
- Помочь? – я впала в небольшой ступор, сама не понимая, что меня сейчас смущает. – Да ничего такого… Понимаешь… Родителям обещала, что навещу их после праздника… Вот и соображаю, как бы и когда это лучше сделать.
- Наверное ты больше думаешь о том, как теперь показаться им на глаза… – говорит Настя каким-то тихим, немного отчаянным голосом.
Я вздрогнула и внимательно посмотрела на нее. Неужели наши сознания слились настолько, что они полностью стали открыты друг другу?! Ну, по крайней мере, я стала доступна и открыта для нее целиком.
- Настюш, давай об этом сейчас не будем… – робко попросила я.
Но она продолжила, решительно покачав головой:
- Нет, малышка! Я не хочу чтобы это мучило тебя… И тем более чтобы те, кто тебе дорог мучились от каких-либо недопониманий! Ты обнаружила в себе эту проблему, но лучше сразу решить ее для себя.
- Но как?! – я беспомощно подняла на нее глаза.
- Просто будет лучше, если они не будут знать… – ответила она, вопреки своему принципу отводя взгляд в сторону. – Так легче будет и тебе и им… По крайней мере сейчас точно…
Я вздохнула:
- Ты права, конечно…
- Я понимаю, сколько сейчас мыслей кружится в голове, – она протянула мне руку, и я поспешила сжать ее своими пальцами. – Не терзай себя этим, относись ко всему спокойнее. Мы все сможем сделать вместе, если захотим, никого при этом не потревожив и не причинив каких-либо неудобств. Слышишь? Мы сможем!
- Слышу, моя милая! – ответила я и правда ощущая, что немного прихожу в себя.
Ее голос, глаза и протянутая рука, готовая поддержать в любую минуту, способны, наверное, вывести меня из любого неуютного или тяжкого положения.
Она улыбнулась мне с нежностью и спросила уже своим вполне обычным голосом:
- Так когда мы едем? Ты договорилась уже?
- Мы?! – от удивления мои глаза широко раскрылись.
- Конечно – мы, – усмехнулась она, поглядывая на меня с некоторой укоризной. – Или ты не хочешь познакомить меня с родителями?
- Настька! – воскликнула я в замешательстве и негодовании. – Мы же только что…
- Да, именно! – прерывает она меня. – Мы уже решили, как нам лучше действовать, и от этого мы не отступим! Но мне было бы очень интересно пообщаться с ними… Представишь меня как близкую подругу, только и всего! Или они контролируют всех, с кем ты общаешься?
- Нет, – произнесла я обреченно. – И знаешь… Мне бы самой очень хотелось познакомить тебя с моими родителями… Только я… Я боюсь выдать свои чувства к тебе перед ними!
- Не бойся! – она пристально посмотрела мне в глаза. – Не бойся и расслабься, Ксюша! Мы не дадим им повода для беспокойства. Все будет хорошо, я обещаю тебе, мой Ангел.
Сама не знаю почему, но я тут же послушалась ее и, прикрыв глаза, сделала глубокий вдох.
- Хорошо, – сказала я наконец. – Поедем вместе! Я позвоню… Может даже сегодня. Тебя устроило бы?
- Вполне, – улыбнулась она. – С радостью поеду хоть сейчас!
Теперь я в свою очередь укоризненно покачала головой и, встав из-за стола, направилась за своим мобильником.
 …Конечно, сразу мы никуда не поехали. Я договорилась с родителями, что приеду ближе к вечеру, часам к пяти, и сказала, что со мной будет подруга. Они очень обрадовались и были преисполнены гостеприимства, ну а я, ведя этот относительно непринужденный разговор, глядела на себя в зеркало и наблюдала, как краснеют мои щеки. Впрочем, время, чтобы овладеть собой у меня, к счастью, еще было. Когда настало время собираться, мы привели себя в порядок и оделись не слишком броско, будто и правда встречали Новый год где-то загородом, может даже на природе. Я не хотела, чтобы Настя, по крайней мере вот так сразу, засветилась на этой тихой семейной встрече в своем обычном образе высокородной Леди, а она не стала против этого возражать. Заметив, что Настя с некоторым сожалением натягивает джинсы, я решила немного подразнить ее. Скоро уже было нужно выезжать, и потому я не особо опасалась какой-нибудь возни. – Хорошо, что ты не ездишь на чем-то вроде «Бентли»… – сказала я, обойдя на всякий случай кровать и произнося эти слова почти с другого конца спальни. – Кстати! А и правда, почему? Ваше королевское величество обитает в таком роскошном особняке, возле которого стоит всего лишь «Мерседес» С-класса. Какое-то упущение… Настя слушала все это поразительно бесстрастно, лишь только легкая улыбка тронула ее губы, но на меня она при этом не смотрела, сосредоточившись на выборе ремня для джинсов. – Если честно, я этого не понимаю, – продолжала я, не теряя надежды немного вывести ее из равновесия. – Ты ведь так неторопливо и аккуратно ездишь… Тебе бы подошел какой-нибудь шикарный седан-тихоход, может даже с водителем… Или нет! Лучше огромный «паркетник», вроде «Кадиллак» Эскалэйд, разве не так? Выбрав ремень, Настя не торопилась продевать его в петельки на поясе джинсов и, задумчиво повертев его в руках, подняла на меня глаза. – Я не считаю, что автомобиль существует для того, чтобы выделяться в обществе с его помощью, – сказала она несколько сухо, поучительным тоном. – Моя машина надежна, комфортна и безопасна. При этом она достаточно престижна, если для тебя это является главным! – О нет, что ты! – возразила я. – Стоимость и престиж автомобиля – вопрос особого раздела книги «Эстетика для извращенцев»! Ты, кстати, ее не читала?.. Я лишь пыталась понять, какой автомобиль больше соответствует твоему образу… Насть! Ты чего? Погоди, эй! Не надо!!! Последние слова я пропищала жалобно и выставила перед собой руки для защиты, потому что Настя, сжимая ремень в руке, медленно двинулась в мою сторону. Глаза у нее как-то потемнели, вернее теперь в них преобладал карий, а не зеленый цвет. В ее взгляде была холодная угроза и что-то еще, не совсем понятное. Какое-то дьявольское удовольствие и решительный блеск сузившихся зрачков в сочетании с грозной и надменной улыбкой краешком губ!