8 дней, 9 ночей (СИ)

Вот она какая хитрая! От того, как хлестко прозвучали эти ее слова, я, поумерив немного свой пыл и присмирев, нащупала позади себя стул и скромно опустилась на него, сложив руки на коленях и с ироничной опаской глядя на Настю, пригвоздившую меня к месту ястребиным взглядом.
- Я передумала! – заявила я, подумав. – Твой наряд просто прекрасен и отлично тебе идет… Мне вполне достаточно того, что ты сегодня носишь мое белье!..
  
Она быстренько выключает строгость на своем лице, сменяя ее некоторым смущением, тоже, правда, немного наигранным.
- Я его не ношу обычно… Обычно я в нем сплю…
- Какое совпадение… – пробормотала я в ответ и сразу поспешила встрепенуться. – Ну и что же это мы? Пора приступать к ужину!
- То есть мне переодеваться не нужно? – уточнила она, забавляясь моим замешательством.
- Я побаиваюсь мести! – немедленно подыграла я ей. – Ты, как мне кажется, вообще непредсказуема!
- Ой, ну ты загнула! Как раз в непредсказуемости мне с тобой точно не тягаться! – ответствует она в том же стиле.
- А еще ты слишком любишь распускать руки! – обвинила я ее, но грозный голос сделать при этом не получилось, наоборот – прозвучало даже как-то жалобно.
- А ты любишь угрожать тем, что распускаешь руки! – она пожала плечами. – Дерзишь частенько, храбришься! Хотя на практике…
Я вспыхнула, возмущенная! Но возмущена я не тем, что она откровенно провоцировала меня, а тем, что я сама собиралась легонько дразнить ее весь вечер в надежде как раз на то, что она распустит руки… Свои ловкие и сильные, но нежные ручки… Очень, ну очень мне этого хотелось! А она все делает так, чтобы спровоцировать меня, чтобы я первой потеряла терпение!.. И вот тогда ей, как бы придется защищаться… Ох, а ведь это тоже так соблазнительно выглядит!
- Ты что, совсем не хочешь есть? – робко спросила я, стремясь сменить тему, потому как у меня уже сводило животик. Правда, совсем не от голода.
- Хочу, – ответила она с улыбкой, по-видимому, тоже спешно переключаясь. – Где можно руки помыть и немножко привести себя в порядок?
- Ванная по коридору направо и до конца, – говорю я с облегчением и вдруг вспоминаю: – Ах, да забыла совсем! Что ты хотела бы выпить? Я думала приготовить коктейли, но может быть тебе хочется вина или шампанского?
- Если ты приготовишь коктейли своими руками, то о большем я не могла бы и мечтать, – сказала она, лукаво поглядывая на меня. – Только помни, что рано утром нам с тобой ехать! Поэтому пожалуйста, не дай нам сегодня напиться, хорошо?
Я кивнула в ответ, и на лице моем заиграла скромная улыбка. Одно ее присутствие пьянит сильнее любого самого крепкого коктейля, от ее взгляда, ее запаха, от звука ее голоса начинает кружиться голова. О прикосновениях я вообще молчу – они выключают сознание мгновенно!
Настя ушла, а я, всеми силами стараясь взять себя в руки и преодолеть остатки своего неловкого смущения, вернулась на кухню и достала бокалы, виски, яблочный сок, и корицу. Хорошо бы успеть, пока Настя занимается собой!
Я торопливо помыла зеленые яблочки и порезала их тонкими ломтиками, которые вместе с кубиками льда положила в высокие хайболы. Налив немного виски и добавив яблочный сок, я присыпала поднявшиеся к поверхности дольки яблок молотой корицей и принялась отыскивать в шкафчике трубочки.
- Ксюша?.. – доносится из коридора Настин голос.
- Да-да, через минутку приду! – ответила я ей. – Присядь пока, я сейчас!
Вскоре я вошла в гостиную с двумя бокалами в руках, и заметила, что Настя уже зажгла свечи в подсвечниках.
- Как мило! – сказала я, ставя бокалы на стол.
Я задернула шторы, потому как на улице уже стемнело, и включила пару настенных светильников и торшер, погасив при этом люстру под потолком. Погрузив, таким образом, все помещение в уютный полумрак, я жестом приглашаю Настю за стол:
- Обойдемся без верхнего света? – произнесла я, посмотрев на Настю. – Так именно мы делали в твоем замке во время царских пиршеств, неправда ли?
- Да, дорогая, – ответила она, и мы наконец уселись на свои места – друг напротив друга. – Здесь у тебя не меньшая атмосфера домашнего уюта! Но на самом деле не имеет значения, где и как! Самое главное – видеть тебя рядом… Больше и не нужно ничего для приятного вечера!
Ох… Этими словами она как-то издалека, а может и не очень издалека, коснулась того, что меня сейчас волновало больше всего на свете, и о чем я все же до сих пор боюсь даже думать… Я в некотором смущении подняла свой бокал, запотевший от льда, и негромко проговорила, глядя в Настины очаровательные глазки:
- Их величество столь неприхотливы! Это делает честь их величеству! – но видя, что ее глаза прищуриваются а губы забавно кривятся, я добавила уже с гораздо меньшей долей иронии, если она вообще осталась в моем голосе: – За мою прекрасную царственную особу, равной которой не сыщется на всем свете.
Она что-то хотела сказать в ответ, но я легким жестом остановила ее.
- Постой… – проговариваю я, чувствуя, что снова начала сбиваться с мысли. – Погоди, пожалуйста… Я не закончила… Сейчас…
Настя с терпеливой улыбкой послушно ожидает, пока я подбираю растерянные слова.
- Ты странная, – вымолвила я наконец. – Вернее влияешь на меня странно… Мы с тобой знакомы всего-то ничего, а у меня такое ощущение, будто я знаю тебя очень давно. В тебе столько всего загадочного и непонятного для меня, но это и привлекает в тебе! Ты чему-то научила меня… И сейчас я, кажется, понимаю чему именно… Может это и странно звучит, но раньше, когда я жила, как мне казалось, полной жизнью, у меня была своя философия что ли… Простая очень – ты двигаешься, значит ты живая. Двигаешься к каким-то своим целям и желаниям… Но эти цели были обычно ясными и определенными. А ты… Ты научила меня не бояться неизвестности и не бояться движения, если цель сейчас вдруг непонятна или в какой-то степени размыта. С тобой мне и неловко временами до невозможности и в то же время почему-то очень легко! И ты вернула меня к жизни, вытянув из бездны, возможности возврата из которой я попросту не видела… –
Я умолкла, ненадолго, сама поражаясь себе, что произнесла сейчас что-то подобное, но решилась все же закончить:
- И такое, как мне кажется, было под силу только очень решительной, величественной, могущественной и бесконечно доброй душе… Такой, как твоя!.. Потому прошу тебя – не обижайся на что-то вроде «Ваше Величество» и «царственная особа»! Ну такой вот сложился у меня образ в сознании! Вот как-то так…
Настя сидела, внимательно слушая, иногда поднимая на меня глаза, в которых мелькали самые разнообразные чувства – от печальной задумчивости до какой-то несмелой радости. Сейчас она, будто очнувшись, мгновенно оживила свой взгляд и в ответ приподняла свой бокал в мою сторону.
Мне подумалось, что с хорошим вином в бокальчиках из тонкого богемского стекла все это было бы символичнее. Но Настя, не смущаясь, делает пару глотков коктейля через трубочку, глядя на меня поверх бокала очень нежным и теплым взглядом.
Я тоже сделала пару глотков, но очень больших, как мне показалось. У меня пересохло во рту! Поставив бокал на стол, я почувствовала себя выдохшейся после своей длительной тирады.
Может я зря все это сказала? Как оно прозвучало? Поняла ли она меня правильно?.. Уфф, ну не молчи же ты! Только не молчи!
- Ксюшка… – произнесла Настя после томительной паузы. – Твои слова такие чувственные… Спасибо тебе за откровенность, хоть ты и смутила меня, что редко кому вообще когда-либо удавалось. Видишь, я покраснела? Видишь?
Она чуть подалась вперед, давая мне убедиться в правдивости своих слов и, дождавшись моей улыбки, продолжила:
  
- Ты самое нежное и чувственное создание на этом свете, я просто уверена! Неземное какое-то, воздушное, доброе, бесхитростное, наивное!.. Я счастлива, что знакома с тобой. И прошу тебя – не преувеличивай… Я пыталась тебе помочь, но ты все сделала и сама. И я счастлива видеть, что ты вновь расцветаешь, что твое сияние возвращается к тебе и что оно, надеюсь, вскоре обретет свою полную силу!.. И еще… Видеть, что ты живешь, двигаешься и стремишься к чему-то впереди – это прекрасно!