8 дней, 9 ночей (СИ)

Когда самолет начал разбег по полосе, я отметила, что Макс слегка напрягся, и немедленно подстегнула его:
- Что, летать боишься?
Он усмехнулся и поглядел на меня, с презрением выпятив подбородок:
- Вовсе нет! С чего ты взяла?!
- Да у тебя коленки трясутся!
- Что?! Ты чего тут выдумываешь, а?! – воскликнул он, поворачиваясь ко мне. – Я тебя сейчас выкину из самолета без тачки, вот тогда поглядим, как ты полетаешь!..
  
Я с улыбкой пропустила мимо ушей эти его угрозы и все последующие фразы, последовавшие в мой адрес. Самолет оторвался от полосы, и начал стремительно набирать высоту, даже дух захватило. Я поглядела в иллюминатор слева от себя.
- Сколько нам лететь? – спросила я, и Макс оборвал выражение своего негодования.
- Минут десять… – буркнул он в ответ.
Надеюсь, что Настя все еще сладко спит. Поспала бы она подольше, тогда может и не узнает о моем участии в этой затее. Впрочем, рано или поздно оно конечно всплывет.
Набор высоты прекратился очень скоро. Я снова поглядела в иллюминатор. Сколько набрал самолет? Полторы, две тысячи? Впрочем, оно и понятно. Если лететь всего ничего, наверное нам и выделили самый низкий эшелон.
В грузовом отсеке было гулко и шумно, поскрипывали и дребезжали элементы креплений, изредка самолет покачивало. Я чувствовала, как тяжелая крылатая машина маневрирует, следую по своему курсу.
Я постаралась сосредоточиться, выбросить из головы всяческие лишние мысли, сомнения и тревоги. Необъяснимое беспокойство отпускать мен никак не хотело, и подавить его пришлось немалым усилием воли. Это обычная гонка! Ну да, не вполне законная, опасная… Но ведь я уже не раз участвовала в таких заездах! От меня требовалось лишь то, что я умею, и потому усиленно переживать было глупо. Я понимала это, но успокоиться до конца все же никак не могла. Не умею я держать себя под контролем!
Уже несколько минут самолет летел вполне ровно, без каких-либо отклонений от курса, но при этом я ощущала плавное снижение. Мы подлетаем?
Будто в ответ на еще не заданный вопрос под потолком замигали красные сигнальные лампы, прозвучал протяжный сигнал. Макс поднялся и сказал:
- Ну все, Ксю, садись в машину и пристегнись покрепче! Скоро сброс!
Мне показалось, что я ослышалась. В самом деле, ведь здесь весьма шумно!.. Стараясь не поддаться панике, я поднялась, непослушными пальцами цепляясь за транспортировочную сеть, растянутую по борту. В ногах мгновенно появилась ужасная слабость, а по спине молнией пронеслась морозная и колкая волна.
- Прости, еще раз?.. – проговорила я, подбираясь к Максу вплотную и глядя ему прямо в глаза.
Ответил он не сразу. За его спиной я увидела, как открывается металлический люк и в отсек по лестнице поспешно спускаются два человека в бежевых летных комбинезонах. Они торопливо прошли к нашим машинам и принялись что-то проделывать с креплениями платформ, на которых те были установлены.
Я снова сфокусировала взгляд на лице Макса, и он немного удивленно нахмурился:
- В чем дело, Ксю?
- Ты сказал – сброс?! – я почувствовала, как мой собственный голос дрогнул несколько истерическими нотками.
- А что не так-то? – Макс будто и правда, на полном серьезе недоумевал над моим поведением.
- Какой к черту сброс?! – почти вскричала я, теряя остатки самообладания.
- Ксюха, ты чем слушала брифинг?! – воскликнул он наконец. – Тебе меньше, чем полчаса назад сказали, что машины сбрасываются с самолетов и приземляются на аэродром при помощи десантных парашютных систем!
Пару мгновений мы глядели друг на друга, после чего я подобралась совсем уж близко и проговорила:
- Ты издеваешься надо мной?..
У меня было сильное желание вцепиться в его шею острыми ногтями за такую подставу!
- Ксю, ты вообще что ли?! – Макс не стебался и говорил вполне серьезно, что меня слегка покоробило и насторожило. – Ведь реально было сказано при всех! Как ты могла прослушать?
На несколько секунд я подвисла, пытаясь понять, как это действительно могло произойти! Может я и правда умом окончательно тронулась? Как шизофреничка какая-нибудь! Ведь я и в самом деле ничего этого не слышала… Или не слушала, погруженная в свои мысли. Ну не бывает же так! Вот черт…
Отступив на шаг и чувствуя, что ноги меня едва держат, я выставила перед собой ладонь сказала дрогнувшим голосом:
- Я не смогу… Даже и не думай… Я не стану этого делать! – последнюю фразу я уже нервно выкрикнула, и вид у меня при этом был наверное слишком ошарашенный и диковатый, потому что Макс приподнял брови.
- Ксюх, да ты чего? Возьми себя в руки!
Прозвучал еще один протяжный сигнал, после чего раздался металлический гул, а за ним – резкое шипение. Шум ветра и вой моторов заполнили все помещение, и я, повернув голову, с ужасом увидела, как позади открываются створки грузового отсека.
- К черту! – крикнула я, снова поворачиваясь к Максу. – Я не настолько сумасшедшая! Это какое-то изощренное самоубийство!
- Какое еще самоубийство?! Это военное оборудование с высочайшим уровнем надежности! Все автоматизировано, так что полезай в машину и наслаждайся аттракционом!
Он шагнул ко мне, взял за плечи и слегка встряхнул.
- Хватит трусить, Ксю! – добавил он, усмехнувшись. – Или ты летать боишься?
- Да боюсь! – отчаянно воскликнула я, делая попытки высвободиться. – Это совсем не тот полет! Я никогда не прыгала с парашютом! Тем более… Я даже не знаю, как это назвать!..
- Я бы тебя не взял с собой, не будучи уверен, что ты это осилишь! Подобное удается испытать единицам, Ксю. Не думай даже проворонить такой счастливый шанс!
Нервно хихикнув, я снова поглядела назад – туда, где створки грузового отсека уже раскрылись. За ними, сквозь легкую облачную дымку, можно было увидеть сероватое небо, а внизу просторные поля с пожелтевшим растительным покровом.
- Невероятное счастье! – съязвила я, начиная уже задыхаться. – Просто звездный час!.. Макс, Настя убьет меня, если я разобьюсь об землю, ты понимаешь?! Но после этого я все равно приду за тобой! Мой бесплотный дух будет преследовать тебя до конца дней!!!
Один из членов экипажа что-то прокричал нам и указал обеими руками на машины, затем поднял большие пальцы вверх. Я так поняла, что назад пути уже нет.
- Давай, Ксю! Не тормози!
Сопротивляться дальше означало тратить драгоценное время, подставлять команду… И вообще позорить себя таким трусливым поведением. Но ведь мне и правда было страшно! Прежде всего конечно из-за того, что вот сейчас предстоит сесть в эту машину, и через пару минут она камнем ухнет вниз! С высоты не меньше, чем километр! А еще… Еще я никак не могла осознать, что отключилась на брифинге столь основательно, что прослушала самый важный его момент… Как такое могло произойти?
Макс подвел меня к «Ламборгини» и поднял дверцу. Я с отчаянием и чувством полнейшей обреченности забралась внутрь и уселась в кресло. Тогда Макс быстро принес мне мой шлем и подал гарнитуру с устройством связи.
- Пристегнись получше и держись, – сказал он. – Связь включай сразу. Через две три минуты будем уже на земле. Все пройдет отлично! Удачи, Ксю!
- Очень обнадежил… – проговорила я, опуская дверь.
После этого я поторопилась сразу же накрепко пристегнуть себя к креслу ремнями безопасности, вставила в ухо гарнитуру и надела шлем.
- Поверить не могу, что все это на самом деле происходит… – прошептала я, прикладывая ладони к груди. Сердце так и норовило выскочить наружу. Всплеск адреналина был дичайшим!
Сквозь лобовое стекло я видела впереди пропасть, в которую предстояло прыгнуть. Господи, никогда в жизни меня не пугал вид земли из самолета! Никогда!
  
- Слышишь меня? – раздался в наушнике голос Макса. – Ксю, связь проверь!
- Я тебя слышу, чертов засранец! – беззлобно отозвалась я, в очередной раз проверяя ремни и стараясь справиться с дрожащими руками.
- Успокойся и приготовься, – сказал он. – Парашютные системы полностью автоматизированы, перед самым приземлением сработает реактивное тормозное устройство, чтобы смягчить касание…