8 дней, 9 ночей (СИ)

Опасливо поглядев на Настю, я снова попыталась проглотить комочек, застрявший в горле, но безуспешно. Кабина лифта вроде бы хорошо вентилировалась, но мне показалось, что здесь все равно очень жарко. Или может мы просто приближались к жерлу бушующего вулкана?.. Через несколько мгновений я поняла, что не ошиблась.
32-й этаж. Кабина остановилась с мелодичным звонком, который был едва различим из-за доносившегося сквозь двери мощного, вибрирующего гула. А затем двери открылись, и бушующий вулкан распахнул перед нами свои огненные недра! В прямом смысле!
  
У меня возникла иллюзия, что звуковой волной, налетевшей стремительно и почти мгновенно, меня сейчас отбросит к дальней стенке кабины лифта, с силой приложит об нее, и зеркало покроется паутиной трещин… Но кроме звука в глаза ударили мощные вспышки света, от которых я вынуждена была на некоторое время зажмуриться. Красные, розовые, желтые огни мерцали и тускло и ярко, медленно и часто одновременно. Если там и было постоянное освещение, то оно полностью перебивалось множеством мерцающих источников.
Настя потянула меня за собой и мы покинули лифт, оказавшись в небольшой прямоугольной зоне, имевшей подобие холла, но с очень низким потолком. Мне почему-то представилось, будто это помещение для гладиаторов, ожидавших выхода на арену, только ворот никаких не было.
Ощущение это возникло, вероятно, потому, что зал, в который мы с Настей ступили, был весьма просторным и имел по площади форму большого круга или скорее даже эллипса. Стены, или конструкции имитирующие их, выложенные будто бы массивными стальными листами с заклепками, располагались под углом к полу и создавали то самое ощущение присутствия внутри некой арены. В стенах были устроены ниши с диванчиками, креслами и столами. Большинство мест было занято гостями…
Но полностью свободным пространство этой футуристической «арены» вовсе не было. Посередине зала располагалась немаленьких размеров круговая барная стойка, внутри которой возвышалось нечто вроде башни, имевшей на высоте нескольких метров окружную площадку, нависавшую почти что над самым баром. Там извивались у пилонов девушки-стриптизерши. Повыше них башня продолжалась в виде нескольких соединенных неоновых экранов, которые ярко мерцали розовыми огнями во все стороны, и на которые каким-то образом транслировались силуэты этих самых девушек… Над секцией бара, видной нам от входа, на горизонтальном светодиодном экране в языках оранжевого пламени «тлело» колеблющееся изображение греческой буквы «Ω».
Настя приостановилась, окинув взглядом зал. Я тоже замерла, совершенно остолбенев и рассматривая все это вокруг себя с немым удивлением и недоумением, не понимая, где и как могли спланировать подобное место со всеми этими конструкциями, акустикой и прочими спецэффектами! На ум пришел лишь Булгаков с его балом у сатаны и всякими там пятыми измерениями… Я подняла голову – сверху что-то нависало, и это отнюдь не было потолком. Зал, похоже имел второй, верхний уровень, будто обширным кольцевым балконом опоясывающий все это немаленькое помещение.
Ну ничего же себе! И правда, будто жерло вулкана… Лифт точно поднимался наверх?.. Все вокруг было залито красновато-розовым светом, неоновые ленты на стенах, играющие оранжевыми и желтыми языками пламени, светильники над нишами и возле бара, имитирующее объятые огнем факелы… Где же предупреждение для эпилептиков?! Может висело еще при въезде на парковку?
Пораженная увиденным, я позабыла обо всем. И о своем откровенном наряде, и о беспокойных шариках внутри меня и том, что я безвольная, скованная по рукам и ногам пленница, которую Настя держит на крепком поводке.
Кошмар какой-то! Мне такое даже не приснилось бы никогда!
Настя сделала мне знак следовать за ней, но, видя, что я нахожусь, мягко говоря, в легком шоке, потянула меня за поводок. Лишь тогда я немного очнулась и, ступая с осторожностью, чтобы сохранять равновесие, пошла за ней, стараясь не отставать.
Слабость в ногах и головокружение заставляли меня контролировать каждый свой шаг, а гул акустики и мерцающий свет совсем поглотили мое сознание, и я с трудом могла сконцентрировать внимание на чем-либо. Сердце колотилось все сильнее, и я ощущала, что мне становится душно и жарко, что щеки и уши у меня стыдливо пылают, а в глазах, вероятно, лишь полнейшая растерянность и страх.
Когда мы обходили бар по левой стороне, я все же сумела пересилить себя и немного приглядеться к посетителям этого клуба. И убедилась, что Настя была права – разглядеть кого-нибудь среди них в более или менее привычном, повседневном обличии почти не удалось. Более того – многие здесь попросту пренебрегали ношением хотя бы чего-то, что можно было бы считать одеждой! И это касалось не только стройных танцовщиц и официанток.
Мимо нас прошла симпатичная девушка, тело которой обвивало некое подобие ременной упряжи, которая вообще ничего не скрывала! Я невольно проводила ее взглядом, а она без стеснения или неловкости заняла место перед барной стойкой рядом с каким-то молодым человеком в блестящих кожаных брюках и с красивым обнаженным торсом… И практически все, кого мне удалось увидеть, не стеснялись подобных стилей и образов! Жесть! Адская жесть! Куда я попала?! Спасите меня! Я хочу проснуться!!!
Но кошмар не прекращался, хотя я и сделала попытку вырваться из него, больно ущипнув свою руку, впиваясь в кожу острыми ногтями.
Повернув голову налево, я увидела за одним из столиков двух молодых людей, сидевших рядом и также одетых во что-то мало вразумительное. Они целовались. По другую сторону стола, удобно растянувшись в кресле, полулежала какая-то девушка в почти что прозрачном подобии платья и наблюдала за происходящим напротив нее.
Я поспешно отвернулась в сильнейшем смущении… Мне уже довелось перехватить несколько заинтересованных взглядов, направленных к нам с разных сторон. И я затылком ощущала, как эти взгляды провожают нас с Настей! Мне стало совсем не по себе.
Мы уже практически пересекли этот огненный котел бушующих пороков и страстей, и я опасливо оглянулась назад. По другую сторону бара я заметила небольшой танцпол, на котором правда почти никого не было. Ох, ну и местечко!
Настя правильно поступила, не рассказав мне особых подробностей «маленького приключения». Узнав о том, что меня здесь ожидает, я заперлась бы в ванной на пару суток, и пришлось бы звонить в МЧС, чтобы извлечь меня оттуда! Пусть она недоумевала бы над моим стеснением и стыдливостью, пусть считала бы меня трусихой и даже ничтожеством, но вряд ли я когда-нибудь осмелилась бы приехать сюда полностью добровольно! Я пересилила себя и согласилась лишь для нее, потому что ей так хотелось… Надеюсь, она останется довольна моей покорностью, которая сегодня прошла очень и очень серьезное испытание. Впрочем, еще не прошла.
Мы оказались возле дверей из непрозрачного матово-белого стекла, и они открылись перед нами, мягко отъехав в стороны. Когда мы с Настей прошли в небольшой коридорчик, двери так же плавно закрылись за нашими спинами. Гулкая музыка сразу стала тише. Здесь никого не было. В конце прохода, с плавным поворотом направо, вверх уходила пологая лестница с широкими и низкими ступенями, подсвеченными изнутри красными лампами.
Когда мы стали подниматься, я почувствовала, что мне всерьез не хватает воздуха, и каждый шаг дается с немалым усилием. Очень хотелось сесть или даже прилечь. Голова кружилась все сильнее.
- Что за место такое?.. – пробормотала я, овладев наконец своим голосом. – Где мы находимся, Насть? Что это за здание?..
  
- Это реконструированный пентхаус одного жилого комплекса, – ответила Настя, немного замедляя шаги. – Кстати, не так уж далеко от твоей собственной квартиры.
- Весь разврат происходит исключительно на севере столицы?.. – отозвалась я. – Но какой еще жилой комплекс? Как можно жить, когда над головой творится такое!
- Здесь очень хорошая звукоизоляция, – улыбнулась Настя. – К тому же под клубом два технических этажа. Потому никто ничего не услышит.