8 дней, 9 ночей (СИ)

От каждого ее прикосновения, я заводилась все сильнее, хотя это уже казалось невозможным. Перед глазами понемногу начинал плыть сладкий, пленительный туман, из которого вырваться мое сознание уже никак не могло. Разве что только с очень большим трудом.
- Руки можешь опустить, – услышала я Настин голос, в то время как она при помощи длинной цепочки сделала некое подобие пояса вокруг моей талии.
  
Затем она опустилась позади меня на одно колено и соединила цепью браслеты на моих лодыжках. Поднимаясь, она провела ладонями по моим бедрам, и я вся затрепетала… Настенька, что же ты со мной делаешь!!!
Она появилась передо мной, и я уже с готовность предоставила ей свои запястья, безропотно позволяя соединить цепочкой браслеты и на них. Сделав это, Настя последним замком пристегнула эту цепь за серединку к моему импровизированному поясу, так что я могла поднять руки не выше, чем до груди.
- Последний штрих, – произнесла она, прикрепляя карабином к кольцу моего ошейника цепной поводок с продолговатым кожаным ремешком вместо ручки. Этим ремешком мне частенько доставалось по попе в случае неповиновения.
Настя притянула меня к себе поближе, и я осмелилась встретиться с ней взглядом.
- Когда ты в прочных оковах и на поводке, моя душа спокойна, – произнесла она сладким, пленяющим голосом. – Ты никуда не сбежишь, ничего не натворишь, ты вся моя и совершенно беспомощна…
Ее ладонь оказалась у меня между ног, и я инстинктивно сжала бедра и зажмурилась.
- Настя… – мой голос прозвучал едва слышно. – Я сейчас загорюсь… Сжалься же немного, прошу тебя!
Она довольно усмехнулась и отступила от меня, потянув за поводок.
- Идем!
И я осторожно пошла за ней, уже почти не соображая, безвольная и покорная, сгорающая от нетерпения, с трудом сдерживая стоны, когда шарики предательски начали перекатываться при ходьбе.
Мое сознание более менее прояснилось лишь только когда я осознала, что Настя провела меня по коридору, и мы оказались возле лестницы. Поддерживая меня под руку, Настя помогла мне при спуске.
Но ради чего мы идем вниз? Заветная комната осталась наверху! Она хочет устроить все в гостиной? Или заставит меня сначала приготовить ужин в таком вот виде, а сама будет за этим наблюдать?..
Но мы не пошли ни в гостиную, ни на кухню, а пересекли холл и остановились только в прихожей.
Вот здесь я начала забывать и о шариках, и о своем диком по силе возбуждении. Настя сняла с вешалки мое бежевое пальто.
- Прости… – пробормотала я, немного приходя в себя, но все еще ничего не понимая. – Что происходит?.. Для чего это?
А она накинула мне на плечи пальто и сказала совершенно невозмутимо:
 – Мы с тобой прокатимся, дорогая. – Что?.. – выдохнула я, отшатнувшись и едва удержавшись на ногах. – Я обещала тебе адреналин, и ты сейчас его получишь, – ответила Настя и улыбнулась мне, надевая блестящий серый плащ со стальным отливом и завязывая пояс. Вот теперь я задрожала от страха, сильнейшей волной поглотившего меня настолько, что ноги, казалось, сейчас откажутся меня держать! Сердце отчаянно заколотилось в груди, а по спине прошел мороз. – Насть, ты что?! – воскликнула я, когда наконец вновь обрела дар речи. – Я никуда не поеду в таком виде! В ее взгляде блеснул холодок. – Поедешь, – произнесла она, глядя мне прямо в глаза. – Довольно разговоров. Советую тебе не сопротивляться. Учти, если ты сейчас начнешь вопить и метаться… В багажнике моей машины не так просторно и комфортно, но ты там прекрасно разместишься при малейшем ослушании. Поняла? Я нервно сглотнула и сомкнула губы, не зная, что говорить и что делать. Паника стремительно овладевала мной, и страх уже значительно превысил по силе сексуальное возбуждение. Что делать?! Что?! Я не способна оказать сопротивление! Она просто затолкает меня в машину и все… О, боже… Использовать стоп-слова? А это сработает?.. Однажды ведь уже не помогло! Правда сейчас Настя вовсе не выглядела разъяренной. Наоборот, она была в обычном для нее настроении и образе, и вроде бы совсем не злилась. К ее строгости я уже привыкла. Просто ситуация была несколько иной и непонятной… И потому я не могла подавить в себе так внезапно накативший страх перед чем-то совершенно неизвестным! – Ты все еще доверяешь мне? – спросила она с недовольством, несколько нетерпеливо склоняя голову на бок. – Да, – тихо отозвалась я, повернув голову в сторону и со стыдом опуская глаза. – Да, конечно же… – Тогда почему ты боишься? – спросила она, нежно взявшись пальцами за мой подбородок и снова поворачивая меня к себе, чтобы найти мой взгляд. – Почему в опасных и экстремальных ситуациях ты держишься так стойко, а сейчас дрожишь, будто осиновый лист?.. Ксения, не бойся ничего. Ведь я буду рядом с тобой. О да, эти слова всегда были для меня какими-то магическими. Она знала… Знала, как может вселить в меня уверенность. Я посмотрела ей в глаза и не увидела никакой издевки или лукавства. Она была серьезна и искренна, и сомневаться в ней у меня не было ни малейших причин. Я нащупала ее руку, и она в ответ сжала мои пальцы в своей ладони. – Не бойся, слышишь? – произнесла она, приближаясь совсем вплотную и сладко касаясь своими губами моих губ. – Ты не должна бояться… Эти ее слова и нежный поцелуй стали последним, что позволило мне осознанно отогнать свой страх и не дать ему полностью владеть моим рассудком. Некоторая его часть конечно осталась, но никакой паники я уже не испытывала. – Да, я слышу, – прошептала я в ответ. – И я готова… Готова следовать за тобой. – Хорошо, – произнесла она, подарив мне еще один ободряющий поцелуй. – Тебе понравится, Ксюшик. Идем же… Настя улыбнулась, взяла свою сумочку, ключи от машины и увлекла меня за собой, к входной двери. Не без содрогания я вышла вслед за ней на улицу, где уже сгустились сумерки, но фонари на дороге пока еще не горели. Ладно, может я и выходила уже из дома в таком же примерно наряде под верхней одеждой… Но ведь не с кандалами на ногах! Черт возьми, как бы кто не разглядел этого из какого-нибудь окна какого-нибудь соседнего дома… Но дома эти располагались все же достаточно далеко, деревья в Настином саду мешали прямому обзору, и в конце концов уже темнело. Я немного успокоилась, но при этом по возможности ускорила свои шаги, рискуя споткнуться, и неловко укуталась в свое пальто. Чертовы шарики вновь не давали мне покоя, когда я застучала каблуками по вымощенной гранитными плитками дорожке. Настя подошла к своему «Мерседесу» и открыла передо мной заднюю правую дверцу. Помогая мне усесться, она озорно поглядела на меня и сказала: – Сейчас ты быстро забудешь о своих страхах, Ксюшик, – она подмигнула мне и захлопнула дверцу. А я, похоже, начала догадываться, почему она так сказала. Положив свою сумочку на переднее пассажирское сиденье, Настя заняла место водителя, запустила двигатель и, пролистав плей-листы аудиосистемы, включила что-то очень нежное и релаксирующее. Свет фар автомобиля разогнал сумерки и уперся в створку ворот, которая уже медленно отъезжала в сторону. – Насть… – проговорила я с беспокойством. – Мне этого не вытерпеть… – Можешь стонать совершенно не стесняясь! – отозвалась она, поглядев на меня через зеркало заднего вида. – Вряд ли кто-то услышит тебя. Машина тронулась с места и, разумеется, шарики внутри меня сразу отреагировали на это… Началось! Выехав на улицу, Настя довольно резко притормозила, а затем снова ускорила машину. Сдержав стон, я прикусила губу и закрыла глаза… Спустя несколько минут мне действительно уже было не до моих страхов, а когда еще через четверть часа машина уже летела по трассе в направлении Москвы, я потеряла всяческое ощущение реальности и с трудом понимала, что вообще происходит. Каждая неровность, каждый дорожный шов, который подвеска автомобиля мягко принимала на себя, отдавались во мне гулки стуками, перекатами и вибрацией! Стоны и правда сдерживать не стоило, да и не было возможности пересилить себя и терпеть все это молча! Пару раз я пыталась попросить Настю ехать чуточку помедленнее, но ничего у меня не получилось – мой собственный голос уже отказывался мне повиноваться.