8 дней, 9 ночей (СИ)

Выйдя из ванной, завернутая в мягкое махровое полотенце, я почувствовала себя полной сил и как будто бы заново родившейся… Все-таки как же классно было этой ночью! Ужасно хотелось продолжения… Быть может прямо сейчас…
 Запретив себе раньше времени думать обо всяком интиме, я отправилась варить чудесный утренний кофе. Настя присоединилась ко мне лишь спустя час или полтора.
  
Я сидела на кухне с планшетом в руках и пролистывала новостные ленты. Услышав доносившийся из коридора шорох и легкие шаги, я подняла глаза от экрана и увидела ее. Все еще сонная и растрепанная, Настя появилась на пороге кухни и прислонилась плечом к обрамлению арки. Она даже не оделась – просто встала с кровати вместе с одеялом и небрежно завернулась в него, отчего вид имела еще более заспанный и нелепый, но очень уютный.
- Доброе утро, Ксюньчик, – проговорила она, улыбнувшись мне. – О мой бог, я никак не могу проснуться…
- Неудивительно, – я тоже улыбнулась ей и поднялась, отложив планшет. – Ты вчера меня так оттрахала, что я сейчас с трудом могу ходить… Хочешь кофе или чай?
- Кофе, – отозвалась она, оторвавшись от арки и проходя к столу. – Сделай покрепче, пожалуйста.
- Конечно, – кивнула я, отходя к шкафчику и вынимая из него баночку с молотыми зернами.
Она молча наблюдала, как я засыпаю кофе в турку, наливаю воду и ставлю на огонь. Потом она вдруг проговорила с оттенком подозрительности в голосе:
- Кстати… а почему это ты свободна?.. Ты стянула ключи?
- Нет! – я с напускным возмущением повернулась к ней. – Ты же сама разрешила мне!
- Это когда, интересно, такое было? – спросила она недовольным тоном.
- Полтора часа назад! Когда я проснулась и просила тебя позволить мне сходить в душ! Ты просто была очень сонная…
- Хм… А не врешь?.. – она пристально глянула мне в глаза.
- Насть! – я всплеснула руками уже вполне искренне.
- Ладно, – улыбнулась она и добавила: – Ты тоже во сне делаешь забавные вещи.
- Это какие же? – теперь настала моя очередь выразить некоторое недоверие.
Я поставила на стол блюдце, налила кофе в чашку и подала Насте. А она с лукавством посмотрела на меня и сказала:
- Ну, к примеру, этой ночью, после того как мы улеглись, ты уже во сне все тянулась ко мне и пыталась приставать.
- Что?! – воскликнула я, краснея от смущения. – Ты это серьезно?!
- Правда, – подтвердила Настя, кивнув. Мой ошеломленный вид ее позабавил. – И это после всего, что было… Да ты просто ненасытная! – и приподняв чашку, она сделала глоток кофе. – О, как вкусно… Ты моя волшебница!
А я все еще пребывала в легком замешательстве и, приложив ладонь ко лбу, проговорила тихо:
- Ох, ну ничего себе…
Похоже, что вчера произошла сильнейшая психологическая и физическая разрядка от всего, что накопилось за последние нелегкие дни. И это испытала не только я одна.
- Садись же, что ты стоишь! – произнесла Настя, и я опустилась на стул напротив нее.
- Ты сегодня никуда не поедешь? – спросила я после недолго молчания.
- Нет, я никуда не собираюсь, – ответила она. – Это не отменяет твоего домашнего ареста. Буду присматривать за тобой лично.
Я улыбнулась и скромно отозвалась:
- Ну а прогулка под присмотром надзирательницы предусмотрена? Сегодня вполне тепло и, кажется, никакого дождя не предвидится…
- Ты хочешь немного погулять? – сказала она, поглядев на меня. – Ну что же, прогулку ты вполне заслужила. Вчера ты была очень милой и покорной, даже почти не дерзила вопреки обыкновению.
- Я очень старалась! И рада, что тебе понравилось!
- Хорошо, тогда мы с тобой погуляем. Я и сама хочу, чтобы ты немного отдохнула и расслабилась перед сегодняшним вечером.
Ее слова прозвучали с каким-то легким оттенком интриги, и я подняла на нее глаза.
- Значит сегодня продолжение?.. О, я буду ждать этого с нетерпением!
- Непременно будет, – ответила она, улыбнувшись краешком губ. – Это я тебе обещаю, дорогая.
Я умолкла в каком-то странном замешательстве. Что-то было не так в ее словах! Слишком уж многозначительно она их произнесла. Да еще эти тонкие губы… Ой как часто мне доставалось после такой вот ее улыбки! Но что она задумала на сегодня? В багажнике снова прокатит? О, только бы не это!..
- Насть… – протянула я с беспокойством. – Что-то мне страшновато…
Она же только рассмеялась:
- Успокойся, Ксюшик! Все будет очень круто! Вчера была лишь легкая разминка. Сегодня я хочу встряхнуть тебя как следует!
Отчасти это меня и правда немножко успокоило, но какие-то смутные сомнения все же остались. А Настя допила свой кофе и встала из-за стола. Одеяло сползло с нее и упало на пол. Под ним обнаружилась легкая и короткая розовая ночнушка, почти прозрачная, не скрывавшая Настиных прелестей.
Сладко потянувшись, Настя подняла оделяло, повесила его на спинку стула, повернулась и неторопливо, с легкостью и грацией направилась к выходу в коридор.
- Спасибо за чудесный кофе! – сказала она, не оборачиваясь. – Я пойду в душ, а затем мы с тобой решим, что делать дальше.
- Хорошо… – тихо проговорила я, провожая ее восхищенным взглядом и опасаясь, как бы не потекли слюнки – Настя с утра всегда была просто восхитительна!
Через пару часов, когда мы окончательно привели себя в порядок и позавтракали, настало время спокойной и приятной прогулки. Намеренно оставив мобильники дома, мы довольно долго гуляли с ней за пределами поселка вдоль леса, который понемногу уже начинал желтеть, напоминая о том, что осень уже вступила в свои права. Через пару недель здесь наверное все будет в золоте! И в этом была своя волшебная прелесть и очарование. Здесь, вдали от города наступление осени вовсе не угнетало – наоборот дарило чувство умиротворения и уюта.
Было очень приятно погулять вот так, только лишь вдвоем, держась за руки и почти ни о чем не говоря. Наслаждаться свежим воздухом, слушать шум ветра в редеющей листве и, подняв голову, любоваться голубым небом среди серовато-белых кучевых облаков… Покой и тишина. Не шуршат бумаги, не пиликают электронные приборы и телефоны, нет рева моторов и не падают с этого прекрасного неба никакие самолеты… И Настя здесь, рядышком, близко-близко, и рука ее такая теплая! Что может быть более успокаивающим? Почаще бы так гулять. Для нервной системы это значительно более полезно нежели всякие успокоительные средства. В этом я сейчас ни капельки не сомневалась.
Нагулявшись, мы вернулись домой, и Настя, сказав, что ей необходимо уладить некоторые свои дела, удалилась в кабинет. Я тоже подумала о делах и, сходив за своим телефоном, довольно долго вертела его в руках, глядя на сохранившийся в журнале номер заместителя председателя авиационного комитета.
В общем-то сомнения отпали еще вчера, после разговора за ужином, и оставалось только позвонить. Но сразу это сделать у меня почему-то не получилось. В конце концов, так и не сумев понять, что меня тревожит и удерживает, я собралась с духом и нажала на кнопку вызова.
- Брагин слушает, – донеслось из динамика после двух или трех гудков.
- Здравствуйте, Евгений Сергеевич, – сказала я. – Это Ксения. Мы говорили с вами вчера…
- Ах, да. Добрый день, Ксения. Полагаю, вы позвонили, чтобы сообщить о принятом решении?
Как и прежде, он был прямолинеен. Видимо давняя привычка говорить исключительно по делу. С такими людьми вполне удобно работать, хотя, временами, и бывает скучновато.
- Да, это так, – ответила я. – Если возможно, то я хотела бы попробовать свои силы в той области, о которой вы говорили, и попытаться быть полезной федеральному агентству.
  
- Превосходно! Я почему-то почти не сомневался, что вы согласитесь. Таким образом, я могу уведомить коллег из Эн Ти Эс Би, что вы поступаете к нам, не так ли? Боюсь, они расстроятся.
- Да, все верно, – улыбнулась я. – Как я уже говорила, постоянная работа за пределами России мне никак не подходит. Буду очень благодарна, если вы извинитесь за меня.