8 дней, 9 ночей (СИ)

 Тьма рассеялась очень неохотно. Но туманная пелена на моих глазах не позволяла мне что-либо разглядеть вокруг себя. Пошевелиться я не могла, но зато, кажется, снова могла дышать. Сквозь серую мутную дымку я вроде бы даже видела холодный свет множества каких-то лам, а в окружающем пространстве раздавались какие-то звуки, но различить их в точности у меня не получалось. – Как у вас там? – вдруг послушался где-то возле меня негромкий мужской голос. – Заканчиваем. – Хорошо. Тогда оправляйте на рентген, а потом сразу обратно. Мне нужны эти снимки. Что со мной?.. Я уже в больнице? Все так плохо? Что они со мной делают?.. Никакой боли я не чувствую, я вообще не чувствую ничего. Свое тело контролировать я не в состоянии, да и мысли совсем спутаны. Как же спросить о том, что происходит? Как? Ведь мой голос не подчиняется мне… Свет где-то надо мной выключился или просто исчез из поля зрения. Мне показалось, что я начала перемещаться в этом своем призрачном пространстве. И я испытываю страх от этого! Да, мне страшно… Страшно, холодно и одиноко. Только выразить это никак невозможно! Густой сумрак вновь поглотил меня, и я закричала… Мысленно.
  
 Вокруг меня очень много шума. Шум этот в основном состоял из множества голосов! Ведь только что было тихо, и разговаривали лишь двое или трое, которых я не могла видеть. А сейчас… Перемена была разительной, и я будто бы пришла в себя. Вернулась чувствительность, мысли перестали быть вялыми и неповоротливыми. Но я по-прежнему ничего не видела, только ощущала, что кто-то держит мое запястье. – Она жива, – сказал кто-то глухим голосом. – Но что с ней?.. Что случилось?! – взволнованно воскликнул еще кто-то. – Пропустите! Дайте пройти! Я врач, – еще чей-то голос вдруг оборвал весь этот шумный поток.
Снова меня взяли за запястье, потом кто-то прикоснулся к моей шее, к губам. А затем мое тяжелое и опущенное веко поднялось, повинуясь движению чьих-то пальцев. Яркий свет на мгновение ослепил меня, и я застонала. Я услышала собственный стон! Значит это уже не галлюцинация?.. Ох нет, все же я соображаю еще слишком медленно…
Пусть они все уйдут, пожалуйста! Я ведь в норме, я все чувствую, слышу и понимаю! Уходите, оставьте меня… И прекратите меня лапать!.. Я очень хочу спать… Очень.
Мое сознание снова начало потихоньку отключаться, но это меня уже не пугало. Сил думать или бояться уже просто не было.
- Легкий обморок, но она в порядке, – услышала я будто бы удаляющийся от меня голос того, кто назвался врачом. – Похоже на сильнейшее переутомление и упадок сил. Нужно на всякий случай вызвать бригаду скорой помощи, а потом отвезти ее домой…
 Я почувствовала, что просыпаюсь и попробовала шевельнуться. Это сразу мне удалось. Проведя рукой по своей груди, талии и бедру, я поняла, что одета… И тогда, я открыла глаза. Обнаружив, что я лежу на большой кровати, укрытая тонким мягким одеялом, я ощутила легкое беспокойство. Надо мной был белый потолок, а откуда-то справа падал неяркий свет клонящегося к вечеру дня. Я повернула голову и увидела широкое окно, почти во всю стену и высотой от потолка до самого пола. Оно было завешено полупрозрачными легкими шторами, сквозь которые и проникал свет. Приподнявшись на локте, я стянула с себя одеяло и огляделась по сторонам. Комната была просторная, обставленная с аскетичным минимализмом, но вполне в современном стиле. Было очень тихо. Ну и куда меня занесло?.. Я села на кровати и еще раз прислушалась к своим ощущениям. Голова, кажется, прошла, только во всем теле ужасная слабость. Но при этом я, судя по всему, немного отдохнула и была способна снова рассуждать, двигаться и жить. Собираясь уже встать, чтобы разузнать наконец, где же я оказалась, я вдруг услышала, как с тихим щелчком повернулась дверная ручка. Нервно сглотнув, я повернулась к двери, и в этот момент она бесшумно открылась. На пороге показался капитан Соколов. От неожиданности, я вскрикнула и поспешила прикрыть свое тело одеялом, лишь через секунду после этого сообразив, что и так была одета.
Его это мое инстинктивное действие улыбнуло. Он был без кителя, галстук слегка распущен, а верхняя пуговица сорочки расстегнута.
Смущенно выпустив из рук одеяло, я убрала с лица растрепавшиеся волосы и проговорила:
 – Что произошло?.. Где я сейчас?.. – Ты потеряла сознание прямо в коридоре комитета, – сказал он, проходя в комнату. – Врачи сказали, что от переутомления и нервного перенапряжения. – Наверное, этого и стоило ожидать, – тихо сказала я, опуская глаза. – За последние несколько суток я почти не спала… Ладно, а что это за место? – Только не подумай ничего такого, – он несколько виновато развел руками. – Я не знал, где ты живешь, и потому привез тебя к себе домой… Это жилой комплекс Триумф Палас, от Ленинградки в двух шагах. Ты наверняка знаешь. Удивленно подняв брови, я уставилась на него. Даже губы мои невольно приоткрылись, но сказать я ничего не смогла. – У тебя с собой было только водительское удостоверение, а там адрес не указан, – он пожал плечами. Я усмехнулась: – Зато в моей сумочке лежал телефон, в записной книжке которого можно найти номера моих родителей. – Да, ты права, – согласился он. – Тогда это как-то не пришло в голову… Но зато ты смогла немного выспаться. Обхватив себя руками, я постаралась преодолеть неловкость, овладевшую мной и, снова подняв на него глаза, сказала: – Спасибо… Я и правда что-то расклеилась совсем. Алексей улыбнулся и присел рядом, на край постели. – Скажи, оно того стоило? – спросил он, посмотрев мне в глаза. – Стоило, чтобы так себя измотать и потратить столько нервов? – Наверное, да, – ответила я, немного подумав. – Ну а если и нет, то разве жизнь может быть полной без разного рода авантюр? Рассмеявшись, он покачал головой: – Ты не перестаешь удивлять… Что ж, может быть ты голодна? Думаю, тебе стоит подкрепить свои силы. Идем? Он предложил мне подняться, и мы вышли из спальни в просторную гостиную, а оттуда прошли на кухню. Алексей усадил меня за стол, а сам направился к холодильнику. – Вот… – произнес он. – Здесь есть роллы. Доставили правда еще утром, но вполне съедобно. Или заказать тебе что-нибудь другое? – Нет, нет, – я покачала головой, – все нормально… Пока я ела, он отошел к кофе-машине и через несколько минут принес к столу две чашки кофе, одну из которых пододвинул ко мне. – Спасибо, – сказала я. Кофе действительно был очень кстати. А он тем временем уселся напротив меня и взял в руки свою чашку. – Что же ты будешь делать теперь? – спросил он, помолчав и сделав пару небольших глотков. – Они тебя выгонят? – Не успеют, – ответила я рассеянно и тоже пригубила горячий напиток. – В каком смысле?.. – Слушай… – я улыбнулась и, поставив чашку на блюдце, посмотрела ему в глаза. – Помнится, что когда ты немного помял новенький «Лайнер мечты», тебе не очень хотелось об этом говорить. Помнишь?.. Ну вот, у меня сейчас похожая ситуация. – Справедливо, – капитан тоже улыбнулся и вдруг сказал: – Что это у тебя? На шее. Я вздрогнула и торопливо прикрыла рукой красноватую полоску. Моего шарфика на мне, разумеется, уже не было. – Повеситься пыталась, – с иронией проговорила я. – Бессонница так замучила, что и жить больше не хотелось. – Если бы ты хотела повеситься, то след был бы не горизонтальным, а под углом, – он качнул головой. – У меня свои запатентованные способы! – невозмутимо заявила я, с трудом сохраняя серьезное выражение лица. – Мм… Похоже, есть, чему можно у тебя поучиться. Воцарилась тишина, но длилась она недолго. Мы в конце концов рассмеялись. И как ни странно, настроение мое поднялось, я смеялась с легкостью и искренне. Наверное скрытая радость от того, что все закончилось, начинала понемногу кружить мне голову. – Скажешь ты, конечно… – произнес наконец Алексей. – Ладно, – отозвалась я, отдышавшись. – Я скажу правду! Всю ночь я просидела на цепи. В стальном ошейнике! – Хах! – воскликнул он, поднимая брови. – Это звучит еще оригинальнее. Хорошо, когда есть чувство юмора! – Не веришь?! – я сделала обиженное личико. – Ну и ладно! Так, стоп! Я мысленно одернула себя, да так сильно, что даже сердце будто остановилось. Я что, флиртую с ним?..