Проклятая (не)везением, или наследство для Изи

Выглядел он так, что по меткому земному выражению «краше в гроб кладут».
Волосы всклоченные, глаза красные, точно с похмелья, губы дрожат, к тому же и его самого здорово потряхивало, будто в ознобе.
– Изи… – пробормотал он и совершенно неожиданно заключил меня в объятия.
Малость опешив, я стояла столбом, потом похлопала его по спине и пробубнила:
– Ну, чего ты…
Он отлепился от меня, маятно вздохнул и заявил:
  
– Я тебе сейчас все объясню… то есть я сам ничего понять не могу и совершенно не знаю, что делать. Может, ты знаешь?
– Что я могу знать, если ты мне ничего не рассказываешь? – возмутилась я.
– Так сейчас расскажу. Ты проходи. Чаю хочешь? Демоны! заварки нет, я и забыл…
– Не надо мне чаю, я паспорт хочу…
– Что ты пристала со своим паспортом? Меня, может, не сегодня завтра в тюрьму посадят, а ты про паспорт.
– Посадят и за дело. И нечего на меня так смотреть. С какой стати ты решил грабить кафе? Как тебе такое в голову пришло, скажи на милость? Грабитель выискался… – я так разошлась, что совершенно не обратила внимания на одну вещь: Кэл стоял рядом и плакал. Даже всхлипывал. Совсем как в детстве, когда свалился с брусьев и подвернул ногу. Мальчишки принялись его дразнить, а мне его было жалко. Теперь вместо упитанного карапуза передо мной стоял взрослый орк, но плакал он точно так же. Это произвело впечатление: паспорт показался мне сущей безделицей, а сердце сжалось так, что я сама заревела от сострадания к своему непутевому приятелю, а еще стало стыдно, точно это не он, а я кафе ограбила. – Давай, рассказывай, – нахмурилась я и плюхнулась на диван. – И не расстраивайся раньше времени, что-нибудь придумаем.
– Чего тут придумаешь, – пожаловался он, но понемногу успокоился и начал рассказывать.
Сосед оказался прав: жизнь у Кэла складывалась не очень удачно. И с работы его увольняли с завидной регулярностью, и бедность замучила. Вот от этой самой бедности он и решился на крайние меры. Ограбить кафе ему предложил Грег, и Кэл согласился, как я подозреваю, в пьяном угаре. Познакомились они в пивнушке неделю назад, там же и составили план ограбления, то есть план составили позднее, если быть точной, позавчера. Ранее в пивнушке Кэлу дружка встречать не приходилось. Мой одноклассник по обыкновению проводил там свой досуг, грустил и вдруг обнаружил рядом с собой этого типа. Тип представился, предложил с пива перейти на водку (тоже дар нашему миру от попадпнцев), и вскоре Кэл понял, что обрел друга (это не я так решила, а он, у меня-то было совершенно другое мнение на сей счет, но его никто не спрашивал). Друг тоже бедствовал и был сильно обижен на тех, кто, по его мнению, с жиру бесится. К данной категории граждан он относил банкиров, бизнесменов, богачей всех мастей и со знанием дела заявил, что их добро самое время экспроприировать.
Идея нашла отклик в душе у Кэла, и он согласился экспроприировать немедленно, тем более, что на вторую бутылку дружкам не хватало, а выпить и, соответственно, поговорить по-человечески очень хотелось. В общем, ближе к ночи они твердо вознамерились присвоить чужую собственность, правда, на банк не замахивались, решили для начала опробовать кафе. В этом месте я с тоской взглянула на Кэла, а он опять захлюпал носом.
– Ты идиот, – мрачно заявила я, и он согласно кивнул.
– Я знаю. Понимаешь, ведь не думал, что он всерьез, ну… поговорим и все.
– Зато теперь думаешь.
– Теперь, конечно.
В общем, парни поклялись друг другу в дружбе, а еще в том, что «дело сделают». Не знаю, сколько они к тому моменту выпили, но денег точно где-то нашли, не с одной же бутылки их так понесло.
Чем закончился вечер, Кэл вспомнить не мог, очнулся в своей квартире с головной болью, пустыми карманами и, как следствие, невозможностью похмелиться.
Последнее обстоятельство его сильно расстроило, если верить его словам, он был близок к самоубийству. Я не верила, но на всякий случай кивнула.
В самый разгар душевных мук у него появился Грег и не с пустыми руками, а с бутылкой. Глотнув целительной жидкости, Кэл кинулся в объятия нового друга с выражением признательности и клятвой в вечной дружбе. Дружок тут же напомнил о вчерашнем соглашении. Кэл хоть и маялся с перепоя, но кое-какие мысли в голове имел, и поначалу решил, что Грег шутит. Но Грег не шутил. К тому моменту у него был готов план ограбления. Выбрал он то самое кафе, потому что, по его словам, в кафе народу немного, так как зал небольшой, зато идут сплошным потоком, из персонала повар, посудомойка и официантка, так что особых хлопот не предвидится, а выручка должна быть приличной.
Кэл выслушал все это и затосковал, потому что в роли грабителя себя не видел. Однако перед Грегом ему было совестно, в том смысле, что не хотелось нарушать данное слово и идти на попятный, и он решил вразумить товарища и задал первый наводящий вопрос. «Грабить положено с оружием, так где его взять?» Грег тут же выложил на стол два пистолета, и Кэл с перепугу попятился. Дружок схватил один из них, приставил к виску и вроде бы выстрелил, правда выстрела не прозвучало.
– Ты что, спятил? – спросил позеленевший Кэл, а Грег засмеялся:
– Поверил? Поверил, – повторил он весьма довольный собой. – И они поверят.
Тут выяснилось, что оба пистолета игрушечные и приобрел их Грег сегодня на местном рынке, по словам Кэла, от настоящих они ничем не отличались и как средство устрашения вполне годились. К пистолетам прибавились шапки-маски и Кэл почувствовал, что исчерпал все аргументы против, надо либо соглашаться, либо отказываться, но как откажешься, если вчера дал слово? На столе появилась еще бутылка и, выпив самую малость, Кэл понял, что изменить слову для него ниже собственного достоинства, и согласно кивнул, после чего был коротко проинструктирован дружком, и через час они отправились грабить кафе.
Кэл ждал на углу, Грег подкатил на машине, которую позаимствовал неподалеку. Другую машину, тоже позаимствованную, оставили в подворотне и вскоре входили в кафе. Кэл утверждал, что двигался на автопилоте и толком рассказать об этих моментах ничего не может. Лично я ему верю. Думаю, он отчаянно боялся, хоть и не решался в этом признаться. Однако, несмотря на страх, действовал Кэл строго по сценарию, орал «всем на пол» и прочее, исправно размахивал пистолетом. Все вроде бы складывалось удачно, но тут… тут Рыжий наотрез отказался подчиниться. Конечно, моего одноклассника это здорово смутило, Рыжий производил впечатление весьма уверенного в себе типа, к тому же злобного, и Кэл уже предвидел возможные неприятности, но того, что произошло, он не ожидал: Грег выстрелил из игрушечного пистолета, а дядька взял да и умер. По крайней мере, об этом сказали в новостях.
– Может, врут? – вздохнул Кэл, глядя на меня с надеждой и отчаянием. – Может, он того?
– Чего «того»? – передразнила я.
– Ну… может они нарочно пугают?
– Кого? Дядька на полу лежал, ты кровь видел?
– Видел, – кивнул он. – Может, это не кровь? Может, он притворился?
Я закатила глаза в крайнем возмущении.
– Зачем ему притворяться? – спросила я сурово.
– Ну, не знаю. Может полиция чего придумала?
От его «может» меня уже била нервная дрожь.
– Дядьку убили, – отрезала я.
– Из игрушечного пистолета? – не поверил Кэл.
– Значит, пистолет игрушечным не был, – сделала я вывод.
– Да он его на рынке купил, – возмутился Кэл. – По-твоему…
– Слушай, – перебила я, – дело обстоит так: дядька погиб. Это совершенно очевидно. Из игрушечного пистолета застрелить человека невозможно, следовательно, у твоего Грега был настоящий пистолет. Кстати, а где твоя игрушка?
  
– Я ее выбросил, – понизив голос, сообщил Кэл.
– Зачем?
– Но это же вещественное доказательство.
– Так он игрушечный, – удивилась я.
– Ну и что? В общем, выбросил я его. Но он и вправду был игрушечный. Ты мне не веришь? – спросил он.
– Не знаю, – пожала я плечами. – Из игрушечного никого убить невозможно, а дядька погиб.