Проклятая (не)везением, или наследство для Изи

Денег было жалко до слез, но эмоции неожиданно покинули меня, на смену им пришло тупое равнодушие. «Если так пойдет дальше, – с грустью решила я, – я стану совершенно бесчувственной». Следующие пятнадцать минут молодой человек, так неожиданно свалившийся мне на голову, усиленно развлекал меня.
– Кстати, меня зовут Ройс, – радостно сообщил он. – Оборотень. Волк. Двадцать восемь лет, не женат, рост метр девяносто, вес… не помню точно, но не мешало бы скинуть несколько килограммов, и не надо так смотреть, я сказал несколько, но для тебя могу лишний раз отжаться и сбросить ещё пару, брюнет, глаза карие, но ясные, нос прямой, рот чувственный, подбородок мужественный, в целом, выгляжу на редкость привлекательно.
  
– Это кто сказал? – усмехнулась я.
– Все знакомые девушки так считают.
– Они близоруки или косоглазы. В любом случае, им надо всерьез обеспокоиться своим зрением.
– По-твоему, я не симпатичный?
– Ну… сейчас ты выглядишь несколько лучше, нежели в тот момент, когда выскочил из своей машины.
– Еще бы… а я был готов тебе голову оторвать. Думал, вытащу сейчас этого придурка и с удовольствием шлепну мордой прямо об асфальт. И что я вижу: вместо гнусной похмельной рожи – девушка моей мечты, с самыми красивыми на свете глазами. Дай рассмотрю как следует, какого они цвета? – с этими словами он нахально ухватил меня за подбородок и уставился в мои глаза. – Так и есть, – заявил он удовлетворенно, – медовые. Мне цыганка нагадала: меня полюбит девушка с медовыми глазами, и я на ней женюсь. Ты готова меня полюбить?
– А ты готов жениться?
– Еще бы, прямо сейчас.
– Должна заметить, это не очень хорошая идея, и ты сам очень скоро это поймешь.
– Ты нарочно меня запугиваешь… А вот и Тим, – сообщил он и покинул кабину.
В этот момент я заметила грузовичок бело-синего цвета, он остановился по соседству и из него вышел молодой мужчина, длинный и худощавый, в рабочем комбинезоне. Я сочла своим долгом тоже выйти. Мужчины обменялись рукопожатием, Тим подошел ближе и, серьезно глядя на меня, заявил:
– Он сделал это нарочно. Можете подавать в суд, я пойду свидетелем. Одно не пойму, как он вас высмотрел, раз на вашей машине тонированные стекла.
Тут до меня дошло, что он имеет ввиду, и я тоже исключительно серьезно ответила:
– Ничего подобного, это я в него врезалась.
– Выходит, ему просто повезло, – вздохнул он и повернулся к приятелю. – Чего ты от меня хочешь?
– Видишь ли, эта машинка вовсе не ее, Изи… как бы это выразиться… взяла ее на время…
– Прошу прощения, – перебил Тим, – Изи – это ваше имя?
– Да.
– Идет вам невероятно.
– Спасибо. Вы еще долго будете надо мной издеваться?
– В самом деле, Тим, не приставай к девушке, это мое везение, а не твое. Короче, ты забираешь ее машину и как можно скорее приводишь в нормальный вид. Тем самым спасешь красивую девушку и окажешь большую услугу мне.
– А твоя? – кивнул Тим.
– Моя перебьется.
– Еще бы, – фыркнул дружок, косясь на меня. – Что ж, летите, голуби, а я буду совершать ежедневный трудовой подвиг.
– Вот-вот, постарайся завершить его как можно скорее… желательно, к утру.
– Ясно. К утру и не раньше. Девушка, я бы на вашем месте не стал доверять этому типу. Вот я – человек положительный и надежный.
– И я положительный, надежный и к тому же красавец… Машину сам загонишь или помочь?
– Да уж обойдусь.
– Тогда держи ключи, – с этими словами Ройс взял меня за руку и повел к джипу.
Ходить босиком по асфальту мне ранее не приходилось, и я уколола ногу, пискнула, а Ройс тут же предложил:
– Хочешь, понесу тебя на руках?
– Не хочу.
Он помог мне устроиться на сидении, продемонстрировав хорошее воспитание, а я с тоской взглянула на машину Фрэнки, которую Тим как раз загонял на эвакуатор.
– Слушай, а он ее вернет? – с тоской спросила я, сообразив, что имею дело с двумя совершенно незнакомыми мужиками, один из которых собирается куда-то увозить машину, к тому же не мою, а чужую. Впрочем, свою бы я ни за что не отдала, и лишь мысль о том, как будет орать и беситься Фрэнки, могла сподвигнуть меня на эту дикую авантюру.
Услышав мой вопрос, Ройс закатил глаза и изрек:
– Какой тяжелый случай. Изи, людям ну и всем остальным, надо верить.
– Мой папа утверждал обратное.
– Твой папа прокурор?
– Нет, почему?
– А кто?
– О, Боги, какая разница, моего папу похоронили двадцать дней назад.
– Его сгубило неверие… это шутка, извини. Так ты сирота? То-то сердце у меня болезненно сжалось, лишь только я увидел тебя, – болтая таким образом, он завел машину, и мы тронулись с места.
– Я живу в районе набережной, – сообщила я.
– Ты считаешь разумным ехать сейчас домой? – очень серьезно спросил Ройс.
– Но…
– Может лучше подождать, когда Тим починит машину? Поедем в какой-нибудь ресторан. Лично мне нравится «Дракон», ах, какая там семга…
– Драконы ушли, – отрезала я. – Ночью есть вредно, и в ресторан меня не пустят, да я туда босиком и сама не пойду.
– Ё-моё, я совершенно забыл про туфли. Слушай, есть в городе магазин, который работает в это время?
– Продовольственный? – съязвила я.
– Остается одно: моя квартира.
– Ясно, – кивнула я. – останови вот тут, у перехода.
– Детка, не дури. Босиком ты выглядишь восхитительно, но боюсь, что кроме меня это никто не оценит.
– Скажи мне адрес мастерской, завтра встретимся у Тима и я расплачусь за машину. Еще раз назовешь меня деткой, начну звать тебя козликом или сусликом. Всего доброго.
Он притормозил, но выйти из машины мне не удалось, потому что Ройс схватил меня за руку.
– Я разучился знакомиться с девушками, – заявил он с тихой грустью.
– Вовсе нет, мы же познакомились.
– Ладно, готов согласиться, что мои методы обольщения никуда не годятся. Изи, – вдруг позвал он и широко улыбнулся, – до чего ж мне нравится твое имя, а ты мне нравишься еще больше. Честно. Если твой Фрэнки жмот, то торопиться домой в самом деле ни к чему, а где-то тебе надо переждать, пока Тим латает машину. Обещаю не приставать, – закончил он проникновенно, и взгляд, которым сопровождалось это заверение, был чист и светел, как у младенца. Очень хотелось поверить.
– Не думаю, что поступать так разумно, – с сомнением ответила я, так как была девушкой осторожной. – Может быть лучше…
– Хуже, – убежденно сказал он.
– Что?
– Всё. Едем. В конце концов, я лицо пострадавшее!
В итоге мы поехали к нему. Дом, квартир на двадцать, выглядел внушительно, с зимним садом и прочими достижениями цивилизации, Вилька мечтала о квартире в таком доме, но папа сказал «нечего выделяться» и вместо этого купил в старом фонде три квартиры на одном этаже, поломал перегородки… вышло что-то совершенно невообразимое. Это Вилька так говорит, а не я, мне мои комнаты нравятся, а все остальное…
В подъезде за стеклянной перегородкой сидел парень и читал книгу, Ройс кивнул ему, а он громко поздоровался и уставился на меня идущую босиком к лифтам.
– У нее украли туфли, – сообщил ему Ройс, – прямо в электробусе. Представляешь? Теперь я ее спасаю.
Слава Богам, подошел лифт и мы поднялись на второй этаж. Квартира была большой, дорогой, а хозяин явно не знал, что с ней делать. Более-менее жилой выглядела только кухня. В гостиной огромное окно с жалюзи, белый ковер, синий диван, два кресла и домашний кинотеатр: все это разместилось на площади в двадцать квадратных метров, остальные тридцать ничем не были заняты, если не считать пыли.
  
– Давно ты здесь живешь? – устраиваясь в кресле, спросила я.
– Полгода. Все никак не выберу время заняться мебелью. Поможешь мне?