Шаровая молния 3 (СИ)

Контрудары были плохо подготовлены, войска испытывали недостаток в артиллерии и бронетехнике, но угрозу наступающим немцам создали, и тем пришлось резко ослабить натиск на армию Богданова. Помочь товарищам генерал-лейтенант не мог, не оставив Холм-Жирковский, но имеющимися небольшими резервами немного усилил позиции дивизий, обороняющихся на направлениях главных ударов немцев.
Патовую ситуацию разрешила переброска немцами резервов. Сдав Сычовку, они, тем не менее, завершили окружение 30-й армии. И Богданову пришлось прорываться с остатками войск в направлении Белого, навстречу 41-й армии. Генерал-лейтенант Иван Петрович Богданов погиб во время прорыва, но его тело красноармейцы вынесли на руках и похоронили в Белом.
Серьёзные потери понесли и немцы. И, в целом, результаты их операции оказались скромнее, чем задумывались. Захватив Холм-Жирковский, они лишились Сычовки, а войска Красной Армии ещё ближе продвинулись к Вязьме и Духовщине. Наступать дальше ни те, ни другие возможности не имели, поскольку всё внимание и советского, и германского командования было приковано к Южному направлению. Туда же, в основном, шла основная часть немецких резервов, пополнений и боеприпасов.
И вот в этой обстановке полковник госбезопасности (реформы силовых ведомств продолжались, и в начале июля вышел приказ по наркомату внутренних дел об «упорядочении воинских званий», согласно которому звёздочки на погонах сотрудников органов внутренних дел приводились в соответствии с армейскими званиями) Демьянов ехал в Сталинград. И опять с двумя целями. Первая — оценка возможностей перехода Сталинградского тракторного на выпуск новой модели танков, а вторая — присутствие на испытаниях королёвской ракеты Р-2. И опять — сначала испытание, а уж потом — завод.
Да тактико-технические требования ГАБТУ вовсе не стали новостью ни для Александра Александровича Морозова, ни для курирующего танкостроение Михаила Ильича Кошкина. И они, в свою очередь, оперативно подготовив эскизный проект будущего Т-44, теперь формулировали требования для танкостроителей: какие новые технологии придётся при этом осваивать, какое оборудование для этого придётся заказывать, а какое из имеющегося перенастраивать. И конструктора ХПЗ, эвакуированные в Нижний Тагил, прибудут в Сталинград как раз к тому времени, когда отстреляется Королёв.
38
С предыдущего приезда полигон Капустин Яр сильно изменился. Помимо новых жилых бараков, построенных для персонала полигона и строителей, собрано несколько ангаров для гусеничной (пусковые установки, тягачи, бульдозеры) и колёсной техники (заправщики, всевозможные «технички» и прочие грузовики. Достраивается будущий монтажно-испытательный корпус, уже готов подземный командный бункер. От Владимировской пристани через сёла, пока ещё не ставшие городом Ахтубинск, к самому полигону проброшена железнодорожная ветка, построен грунтовый аэродром, на котором базируется «особый авиационный отряд» в составе истребительной эскадрильи на Ла-5ФН, нескольких транспортников и пары авиаразведчиков Р-5.
От того, насколько примитивна система управления ракеты, у Николая «глаза кровоточат». Всего несколько электронных блоков, собранных преимущественно на радиолампах и, в меньшей степени, на транзисторах. Правда, часть радиоламп уже новой конструкции, экспериментальные «стержневые», способные работать при анодном напряжении 60 вольт и напряжении накала 1 вольт. Это тоже сработала «подсказка» Демьянова, доведённая до ума учёными из Ленинграда. Разумеется, в систему управления входят и гироскопы, и рулевые машинки, отклоняющие не только управляющие ракетные двигатели, но и решетчатые воздушные рули.
Примитивно и громоздко. Но, как сказал Сергей Павлович Королёв, уже при следующем испытании часть электронной аппаратуры заменят. Пока же это, по сути, «массо-габаритный макет» будущей «двойки», которую нужно просто испытать, взлетит она или нет.
Взлетела. Но невысоко. Уже на десятой секунде небо озарила яркая вспышка, и обломки ракеты разметало по окрестностям. Случилось то, чего боялся Демьянов: датчики зафиксировали возникновение внутренних вибраций на частоте около 13 герц, быстро вошедшие в резонанс. Итог — разрушение обшивки ракеты, повреждение баков с топливом и окислителем, превратившее результаты труда тысяч людей в гигантский фейерверк.
 
— Но ведь во время наземных испытаний ничего подобного не происходило, — сокрушался главный конструктор. — Отчего могла возникнуть эта чёртова вибрация?
— Причин много, — пожал плечами полковник ГБ. — Но рыть, как мне кажется, следует в системе подачи топлива и окислителя, неравномерность работы которой и вызвала «рывки» тяги двигателя. Проверять всё, что может вызывать циклическую неравномерность подачи этих жидкостей в камеру сгорания. Демпфировать колебания внутри топливных баков, в сильфонах, гибких подводах к двигателям, насосах. Может быть, подумать о том, чтобы этим насосам помогала система вытеснения топлива и окислителя инертным газом. И не расстраивайтесь вы так, Сергей Павлович. Вы идёте совершенно неизведанным путём укрощения огня, на котором неизбежны неудачи. Их ещё будет много. Ой, как много!
Ну, не удержался он от того, чтобы ввернуть ассоциацию с фильмом, который был снят в 1970-е о Королёве.
— А мне, бывшему «зэ ка», с которого до сих пор не снята судимость, удача нужна, а не неудачи! Жизненно необходима!
— Придёт и удача. К настойчивым и трудолюбивым она непременно придёт. А вам этих качеств не занимать.
На вопрос, на что жалуется коллектив разработчиков ракеты, Королёв ответил одной фразой: на качество абсолютно всего, входящего в конструкцию сложнейшего устройства. И в этом вопросе быстро помочь Николай Николаевич был не в состоянии. Вопрос качества с началом войны несколько отошёл на второй план: фронт требовал, в первую очередь, количества, и уж потом качества. Да и какое качество могли дать те мальчишки и пришедшие из домохозяек и колхозов женщины, что заменили у станков опытных рабочих? Военная приёмка на заводах браковала десятки танков и самолётов, тысячи снарядов и мин. Но фронт требовал даже этот брак, потому что танк в среднем жил на поле боя от нескольких минут до нескольких дней, самолёт — несколько вылетов, а «криво» летящие снаряды и мины всё равно повышали плотность огня при артподготовке.
Нет, не обвинял Николай этих подростков и женщин в плохой работе. Наоборот, восхищался их самоотверженностью. Они делали всё, что могли, всё, на что были способны. Подчас, в нечеловеческих условиях, зимой на пронизывающем ветру в ещё незастеклённых цехах, летом в ужасающей духоте под металлическими крышами-времянками. Живя по несколько человек в крошечной каморке, а подчас и вовсе ночуя на рабочем месте. Питаясь впроголодь, поскольку существуют перебои с поставками продуктов. Надрываясь на переноске и транспортировке тяжестей, поскольку грузовики, трактора и даже лошади нужны фронту.
Он хорошо помнил по рассказам стариков, как строился автозавод в его родном Миассе. Как на железных листах люди на себе волокли со станции эвакуированные с ЗИСа станки, без всяких кранов устанавливали их на фундаменты, подключали к электроснабжению и начинали работать. И лишь после этого вокруг уже работающего оборудования возводились стены. Как зимой и летом десятки людей по колено, а то и по пояс в воде добывали торф на болоте в Ильменском заповеднике, чтобы было чем топить котлы электростанции, стоящей на берегу Ильменского озера. Как ежедневно ходили пешком за 7–8 километров из посёлка Тургояк на завод и обратно, потому что туда не ходил никакой транспорт: его просто не существовало. Ходили зимой и летом, в стужу и зной, под дождём и снегом. После 12−14-часовой смены.
Жертвовали для Победы всем, чем могли. Его бабушка при выходе на пенсию не смогла доказать два года стажа, потому что катастрофически не хватало бумаги для упаковки напильников, и их упаковывали в документы из отдела кадров. Думаете, жертвами войны были только погибшие на фронте или в оккупации? А сколько людей в тылу умерли от болезней, вызванных переохлаждением, недоеданием или просто невозможностью оказать медицинскую помощь? Просто потому, что значительное количество врачей и фельдшеров ушли на фронт, а львиная доля выпускаемых лекарств отправлялась в госпитали.