Тяжесть измены (СИ)

Она была уверена: Алексей заметил её, даже если пока не подал виду. Её сердце колотилось от волнения, но она была готова. Она всегда была готова.
На следующий день офис «Вершины» кипел жизнью. С самого утра сотрудники сновали туда-сюда со свёртками в руках, улыбаясь и переговариваясь шёпотом. Маша, стараясь казаться занятой, сидела за своим столом и перебирала бумаги, украдкой прислушиваясь к обрывкам разговоров.
  
— Ой, посмотри, какая милота! — восхитилась Анастасия, крутя в руках погремушку в форме мишки.
— А это кто принёс? — Виктор с лёгкой улыбкой кивнул на мягкую игрушку-зайца, которая уютно устроилась на подоконнике в общем зале.
— Это Лиза. Говорит, увидела по дороге и не удержалась, — ответил кто-то из дизайнеров, разглядывая крошечные носочки.
Кружевные слюнявчики, забавные резиновые уточки, детские бутылочки, миниатюрные пинетки и ещё десятки милых мелочей появлялись то тут, то там, постепенно превращая офис в импровизированную выставку товаров для новорождённых.
Один за другим сотрудники заходили в кабинет Алексея, передавая ему «забытые» детские вещи. Каждый что-то бубнил про Ирину, которая, мол, оставила это, когда в последний раз приходила в офис с их сыном.
Маша краем глаза наблюдала за этим странным парадом, стараясь скрыть любопытство.
На утреннем собрании, посвящённом обсуждению финальных деталей жилого комплекса «Серебряный бульвар» в районе Пресненской набережной, Виктор, архитектор, курировавший проект, с совершенно серьёзным видом положил перед Алексеем на стол погремушку. Это была яркая игрушка с улыбающимся медвежонком и разноцветными бусинками, которые перекатывались внутри прозрачной сферы.
— Алексей Андреевич, это, наверное, Ирина забыла, — с невозмутимым лицом произнёс он.
Алексей, всё утро принимавший детские «подарки» молча, наконец, не выдержал:
— Ну что происходит⁈ — Он развёл руками, глядя на очередную погремушку, лежавшую среди документов. — Нашему сыну уже четыре года. Он давно вышел из возраста погремушек.
В кабинете повисло молчание. Все переглянулись. Словно наслаждаясь моментом, Сергей откинулся на спинку стула, чуть улыбнулся и сказал:
— Алексей Андреевич, включите соображалку.
Алексей нахмурился, его взгляд снова упал на игрушки, носочки, бутылочки, хаотично разложенные на столе. Несколько секунд он молчал, пока осознание не вспыхнуло в его глазах и он вдруг выдохнул:
— О чёрт…
Его лицо резко изменилось. Сергей с улыбкой наблюдал за ним. Алексей поднялся, торопливо собирая бумаги.
— Совещание окончено! — бросил он, направляясь к двери.
На ходу крикнул секретарше:
— Марина, перенесите все встречи на завтра!
Секретарша, выглядывая из-за экрана компьютера, едва сдерживала улыбку:
— Уже, Алексей Андреевич.
Алексей на секунду замер, кинул ей благодарный взгляд и буквально вылетел из офиса.
Сотрудники переглянулись, многие разулыбались, а некоторые откровенно рассмеялись, не в силах сдержать веселья.
«Что это было?» — её мысли метались, как птицы в клетке. Её глаза невольно опустились на стол, где ещё минуту назад лежала эта дурацкая погремушка. В сердце кольнуло.
  
Глава 3
 
— Сколько времени ему понадобилось, чтобы догадаться? — с усмешкой бросил Виктор, собирая документы.
— Учитывая его загруженность в последнее время, это ещё быстро, — подхватил Сергей, не скрывая своей довольной улыбки.
Алексей вёл машину молча. Мысли метались, будто листья под порывом ветра. Но одно имя звучало в них громче всего: Ириша.
Он улыбнулся, вспомнив, как впервые увидел её. Это была обычная рабочая встреча. Никакой романтики, никаких особых знаков судьбы. Ей было всего 22 года, она пришла в их фирму сразу после университета. Тогда отец ещё возглавлял компанию, и именно он одобрял кандидатов. Алексей в тот момент был в командировке и знал об Ире только из отзывов: честная, добросовестная, талантливая.
Но в тот день, когда он впервые увидел её, время будто остановилось. Она вошла в переговорную с папкой в руках, её светлые волосы были собраны в скромный пучок, на лице минимум косметики, простая белая блузка. Симпатичная, но не больше. И всё же… её глаза. В них было что-то особенное, что заставило его забыть обо всём. Он утонул в них.
«Какие они будут, если она улыбнётся для меня?» — подумал он. Ему хотелось расшевелить её, растормошить, услышать её смех. А ещё — представить, как эти волосы распущены, как они рассыпаются по подушке. Как она будет смотреть на него в моменты близости. Мысли стали слишком яркими, и он почувствовал, как становится тесно в брюках.
Прокашлявшись, Алексей встал за тумбу и начал доклад о прошедшей командировке. Он изо всех сил старался сосредоточиться и закончить как можно быстрее, чтобы остаться наедине со своими мыслями. На Ирину он больше не смотрел, опасаясь выдать себя. После встречи он заперся в кабинете, чтобы наконец разобраться в нахлынувших чувствах.
«А вдруг у неё уже кто-то есть? Замужем?» — мысли рвались в голове, вызывая нарастающую тревогу. «Вот же я дурак! Даже не посмотрел, есть ли кольцо на пальце!» Алексей вцепился в волосы, пытаясь унять внутреннюю панику. Сделав глубокий вдох, он вспомнил слова своей мамы: «Будем решать проблемы по мере их поступления».
Первым делом нужно было выяснить её матримониальный статус. Но как? Ну точно не через HR, если он не хочет, чтобы слухи о его интересе разлетелись по офису в считаные минуты и стали темой для обсуждения в общей флудилке. И уж точно не через отца, который моментально поймёт, что что-то не так, и отправит свою любимую, но слишком инициативную дочку Софочку в фирму. Та обязательно вцепится в Ирину, начнёт расписывать достоинства братика и показывать семейные фото, где он сидит на горшке. Нет уж, с семьёй он познакомит Ирину позже, когда она к нему привыкнет.
Он любил свою семью, но их энтузиазм и энергия могли напугать скромную и нежную девушку, чей образ будто отпечатался в его сознании. Нужен был кто-то другой. Кто-то, кто умеет хранить секреты и способен дать действительно дельный совет.
Решительно поднявшись с кресла, Алексей направился к Сергею.
Сергей Николаевич Романов, родом из Нижнего Новгорода, был известен как выдающийся адвокат, прославившийся своей бескомпромиссной борьбой за справедливость. Его репутация была безупречной: люди доверяли ему свои самые сложные дела, и он неизменно оправдывал это доверие. Но за профессионализмом и уверенностью скрывалась глубокая личная трагедия. Несколько лет назад Сергей потерял жену и маленькую дочь в автомобильной аварии. Эта утрата изменила его навсегда. Работа больше не приносила радости, и каждый уголок родного города напоминал ему о тех моментах счастья, которые он уже никогда не вернёт.
В попытке начать новую жизнь Сергей перебрался в Москву. Здесь он надеялся погрузиться в работу, чтобы заглушить боль. Однако первые месяцы оказались сложными: конкуренция среди юристов была высокой, и отсутствие связей делало путь к успеху тернистым.
Алексей Морозов познакомился с Сергеем через одного из своих проверенных поставщиков, который рекомендовал Романова как «юриста, способного справиться с самыми безнадёжными ситуациями». Их первое знакомство произошло в разгар серьёзной проблемы с заказчиком. Сергей быстро разобрался в сложной ситуации, предоставив компании необходимую юридическую поддержку. Алексей был поражён его острым умом, спокойствием и способностью оперативно принимать решения. Но за профессиональной уверенностью Алексей заметил и что-то ещё — глубокую печаль в его глазах.
  
Позже, на корпоративном мероприятии, куда Алексей пригласил Сергея провести вечер в более неформальной обстановке, разговор сам собой зашёл о личной жизни. В этот момент Сергей открылся, рассказав о своей трагедии. Алексей, выросший в любящей и крепкой семье, никогда не сталкивался с такой потерей и был поражён стойкостью Сергея. Он проникся к нему уважением, увидев человека, который сумел сохранить достоинство и продолжать идти вперёд, несмотря на тяжёлые испытания.