Мои Снежные монстры (СИ)

- Нет. Только у истинных пар могут быть…детеныши.
Вот почему оборотней так мало. Если бы они плодились, как люди, то главенствовали бы над нами. С их неубиваемостью и долгожительством.
Прислушиваюсь к своим ощущениям. Напряженные, как струна, мышцы расслабляются, я выдыхаю. Хоть одну тему можно закрыть. И вернуться к другой:
- То есть каждый детеныш на пересчет? Истинных же очень мало, верно?
- Ну, можно и так сказать. К чему ты клонишь?
Я спрыгиваю с барной стойки, и пяткой больно бьюсь об кафельный пол. Шиплю. Да уж, ловкости у меня совсем нет.
Тони быстро садится на пол рядом со мной, аккуратно берет мою ногу, дует. Заботливый Снежный…
- Пока мы тут радуемся, живем… Где-то там у охотников брат Агаты. Она мне помогла, ради меня осталась у ведуна. И я обещала спасти малыша, понимаешь? Он же волчонок, неужели не жалко? Я сказала о нем дяде, но, думаю, только вы можете помочь.
Антон проводит рукой по моим волосам, заправляет прядь за ухо.
- Окей, милашка, я что-нибудь придумаю. Слепой уже был там на разведке, но место, которая назвала Агата – брошено. Охотники с мелким ушли в другое. Постараюсь найти и успеть до перехода.
- Спасибо! – кидаюсь ему на шею, обнимаю искренне.
Так и сидим какое-то время на полу.
Тони сжимает меня за талию, руки ползут под футболку.
- Спасибом не отделаешься, я же много раз говорил.
Делаю задумчивое лицо:
- Поцелуй в качестве оплаты подойдет?
- Ты так дешево оцениваешь мои риски?
Вереницы мурашек разбегаются от его горячих рук на коже, которые уже целенаправленно двигаются к груди, напряженным соскам… И я не противлюсь, сама жмусь к Тони плотней.
- А ты не можешь ради истинной сделать что-то безвозмездно? Просто потому что я прошу? - накрываю ладошкой топорщащийся сквозь джинсы бугор между его ног.
- Ты умеешь убеждать, - сжимает мои затвердевшие бусинки, ласкает умелыми пальцами.
Я в ответ сжимаю член.
- У меня хорошие учителя.
Возбуждение нарастает, трепещущее сладкое чувство медленно расходится от низа живота во все стороны.
Тони поднимается и подхватывает меня на руки, шагает к выходу из кухни:
- Тогда пойдем, буду учить остальному.
Доверчиво обнимаю его за шею:
- Надеюсь, хорошему?
- Не-е-ет. Очень плохому, - его шепот развратный и очень порочный.
Тони двигается быстро и ловко, будто я ничего не вешу, пушинка в руках атланта. Почти взбегает по скрипучей лестнице на второй этаж. На этом этаже библиотека, наши личные комнаты и отдельная общая спальня на троих.
Туда-то и направляется Тони.
Открывает приоткрытую дверь ногой, вносит меня, аккуратно кладет на огромную кровать. Наклоняется и шепчет:
- Готовься пока, я скоро.
Он утыкается носом мне в шею, втягивая носом воздух. Но тут же отрывается и направляется к выходу. Куда это он, интересно?
Оглядываюсь.
Шторы в спальне занавешены, создают приятный интимный полумрак. На комоде свечки, какие-то баночки с аромамаслами и планшет. Чье это все? Точно не Яра, он таким не заморачивается, но вот Тони вполне может быть. Он следит за имиджем и внешним видом. Мне это нравится. Хорошо, когда мужчина ухоженный.
Хм, а может, включить расслабляющую музыку? Сделать Тони массаж… А потом он мне.
Встаю с кровати, принимаюсь за дело. Через две минуты у меня уже все готово – зажженные свечки расставлены по разным углам, палочки с благовониями источают приятный запах, эротическая подборка песен звучит из планшета. А сама я в нижнем белье красиво восседаю, опираясь на подушки.
Из коридора слышатся шаги. И приглушенные голоса. Хмурюсь, натягиваю одеяло.Там за дверью оба истинных. Черт, но я же хотела побыть только с Тони...
О чем они говорят? Прислушиваюсь. До меня доносятся лишь обрывки фраз
- …мне нужна, долелать работу. Потрахаешься потом.
Вжимаюсь в мягкую кровать, к ушам и щекам приливает кровь. Все идет не по плану и опять Яр виноват! Надеюсь, Тони его поставит на место?
- Я значит, потом, а ты в первую очередь? Не охренел ли ты, братец?
Слова становятся неразборчивыми, я даже хочу встать и подкрасться к двери, но понимаю, что слух зверей не позволит моему маневру остаться незамеченным. Спустя короткое время раздается восклицание Тони:
 
- Тьма! Иди лечись сначала, ты задолбал!
Дверь резко распахивается, причем открывает ее Тони. Я моргаю, не понимая, что происходит. Тони полностью обнаженный, волосы мокрые, с них капает. По всей видимости он отходил в душ. По рельефному торсу стекают капельки влаги. Звезда плейбоя позавидует его фигуре и мускулатуре. Так и хочется намазать его маслом… Член даже в расслабленном состоянии выглядит внушительно. А еще Тони гладко выбрит. Везде.
Но сексуальный настрой меня уже покинул, я свожу ноги вместе, не знаю, куда деть руки.
Тони кидает голодный взгляд на меня и на декорации комнаты. Вздыхает:
- Отменяется романтик, милашка. Время ролевых игр, - кривит рот в усмешке, но глаза становятся беспокойными. - Есть халатик медсестры? Я пациента привел.
Он отступает от двери, проходит в глубь спальни.
На пороге, чуть покачиваясь, появляется хмурый Яр. Он выглядит еще бледней, под глазами черные синяки. Оглядывает комнату и меня. Я вспыхиваю под колючим взглядом. Ощущение, что меня врасплох поймали, застукали за чем-то неприличным. Неловко мне, почему-то. Особенно, что я в нижнем белье сижу и жду. Не его.
Хотя он меня видел уже во всех позах и видах. И не только видел, брал, трахал, вырывая стоны наслаждения. Что мне скрывать? Распрямляю спину и поднимаю подбородок повыше. Смотрю Яру в лицо. И… Замечаю, что у него в уголке рта что-то красное…
- Ты ранен?! У тебя кровь!
Я сразу забываю обо всех смущениях и переживаниях, вскакиваю, раздвигаю шторы, чтобы посмотреть на Яра в солнечном свете.
Яр вытирает красную струйку тыльной стороной ладони. Я тащу его за руку к кровати, он позволяет, идет за мной следом. Садимся на кровать.
- Хочешь полечить меня, милая?
- Да. Что надо делать? – я торопливо натягиваю шорты и футболку.
- Ничего. Пройдет. Я по другому вопросу тебя звал. Почему не пришла?
Вот ведь… Упертый. Кто-то мне говорил, что мужчины делятся на два типа: одни с температурой 37 ложатся и пишут завещание, вторые даже с аппендицитом продолжают работу.
Беспомощно оглядываюсь на Тони. Он как раз обматывает полотенце на бедрах:
- Наш медведь не приемлет лечение. Придется его усыпить, чтоб не мучался.
- Не смешно.
Яр никак не реагирует, замирает, как каменное изваяние. А я встревоженно вглядываюсь в его грубые черты лица. Ох, не нравится мне все это…
- Кстати, как Яр согласился на пластику? Когда я вас встретила, у вас были другие лица…
Тони садится на стул, дотягивается до планшета на кровати и отключает музыку. Усмехается:
- Я сказал, что если ты увидишь его таким уродом, то тебя точно хватит инфаркт. И все.
- Подожди-ка… А разве смысл истинности не в том, чтобы любить любого? С ожогами, без руки, инвалидов, толстых. Вы же сами объясняли… То есть, я бы полюбила вас любых, я так понимаю…
Яр поворачивается ко мне всем телом. Я вздрагиваю, отстраниться пытаюсь. Его лицо оказывается близко, и черные глаза прожигают, оставляя ожоги…
- Слово «любовь» в том разговоре не звучало, милая.
Пламя свечи на комоде колеблется и потухает.
В груди что-то ухает, срываясь в бездну несбывшихся надежд и наивных мыслей. Повисает на волоске. Сжимаю зубы, зачем он так со мной...
Яр добавляет:
- Но нашему трио везет.
- В смысле? – шепчу, голос дрожит.
Тони поясняет:
- Обрести истинную пару – подарок судьбы. Для этого ничего не надо делать. А вот любовь между истинными – то, что строим сами. Это не гормоны людей со стремлением к размножению на инстинктах. Это то, что создается годами. И она уже зарождается. Крепнет с каждым днем и пройденным конфликтом.