Мои Снежные монстры (СИ)

Какое-то время так и лежим. Но вот Яр приподнимается, смотрит в глаза. Прислоняется лбом к моему, его дыхание на моих губах.
- Теперь спрашивай, что ты хотела?
Непроизвольно сжимаюсь. Он все еще во мне, и в ответ на сокращение мышц, я ощущаю внутренний ответный толчок.
Ерзаю.
Мысли становятся вялыми, во рту сухость и слова застревают на языке, как на шершавой наждачке. Но я должна спросить:
- Предохраняться не думал?
- Нет.
- Хм.
Яр поясняет:
- У истинного трио овуляция у самки наступает только в полнолуние. Потому что детеныши, зачатые под полной луной, будут особенно сильные. Так задумано природой.
- А если я не хочу?
Яр пожимает плечом.
- Сейчас для тебя вокруг атмосфера опасности. Но когда мы окажемся в безопасности – захочешь.
Может быть и захочу. Я же долгое время и секса с ними не желала. Наверное… А теперь сама, можно сказать, отдалась и… и… мысли такие порочные захлестывали… Закусываю губу. Почему мне так стыдно? Я вела себя как-то развратно! Что на меня нашло? Держать себя в руках что ли не могу? Столько лет жила без секса, вообще считала себя фригидной. А теперь… Кровь приливает к лицу, меня порывает закрыться, отползти от Яра подальше и куда-нибудь спрятаться в уголок. Больше ничего себе такого не позволю. И им тоже. Только после свадьбы. Вот так.
Вздыхаю.
Возьмут опять и не спросят, а я снова буду мечтать о вершинах блаженства.
Бред собачий. То есть волчий. То есть медвежий. Все, хватит! Нет и точка! И кстати, почему они по одиночке со мной… достигают оргазма, а я нет? Как-то несправедливо.
Хватит об этом думать, Ника!
Мое лицо, наверное, похоже на спелый томат. Но надо уточнить еще один момент.
Добавляю в голос иронии, чтобы скрыть неловкость:
- А как… В таких случаях, когда истинных трое, они договариваются, кто будет отцом? Жребий бросают, кто первый?
Яр вздергивает бровь:
- Тут всё, как у людей.
Да уж. Это Тони может пуститься в подробные объяснения, с усмешкой поясняя подробности. Из Яра все приходится тянуть клещами.
- У людей такого не бывает. Драться будете?
- Нет.
Досадливо дергаю щекой. Яр нехотя объясняет:
- В волчьих кланах для мужчин нормально одновременно оплодотворять волчицу. Разом. И их женщины непротив.
Офигеть просто! Конечно, не смогу. Так вот что имел в виду Дан. Жуть!
Угрощающе шиплю:
- Даже не думайте….
Он улыбается краешком рта:
- Даже не думаем. Ты – не волчица. И я не волк.
- А как происходит это у… хм… медведей?
- У медвежьих кланов всё моногамно. Наше трио – исключительный случай. А я нестандартный медведь. Я рос среди Снежных. Это наложило отпечаток.
Хочется вставить «С волками жить – по-волчьи выть?»
Яр продолжает:
- Мы можем судить только по легендам, как и что будет. Так что пока не раздобудем стабилизатор, чтобы оставаться под контролем, мы будем от тебя подальше. Мы тебя уже покрыли, и это полнолуние переживем. Должны.
- И так каждый раз? Каждое полнолуние?
- Нет. После обряда станет спокойно.
Мне так многое хочется спросить. О самом Яре. Сколько ему лет? Что он исследует? Почему так вышло, что он остался один среди волков? Узнать побольше о кланах, о магии, об оборотнях, да обо всем! Это ведь целый другой мир и теперь он открыт для меня. Не то чтобы я сильно рвалась, но я почти приняла это и смирилась. Вот только с Яром разговаривать сложно. Тем более сейчас. Тони всегда отвечает охотно, спрошу у него, когда вернется. Или вообще у других оборотней.
А теперь к самому важному:
- Что с моим дядей, Яр?
Он вздыхает, отрывается от меня, приподнимается на руках, смотрит в глаза:
- Ника, подумай. Ты точно хочешь сейчас? После обряда ты сможешь удостовериться в наших намерениях. Будет лучше, чем словами.
- При чем тут ваши намерения? Я точно хочу. Сейчас. Что с дядей? Я хотела попросить забрать его…
- Он мертв. Убит, - будничным и спокойным тоном он произносит.
…
Меня оглушает. Кровь отливает от лица. Свинцовая тяжесть через уши расползается по телу. В голове возникает образ дяди Егора, его уверенный взгляд, добрая улыбка. Я будто наяву слышу, как он говорит: «Ничего не бойся, Вероника, ты сильная, справишься. А я тебе помогу». И он помогал. Всегда был рядом. Заменил мне семью.
 
А теперь его нет?
- Но… Как?.. Кем?..
Я понимаю раньше, чем он отвечает:
- Нами.
Нет! Нет! Нет!
Кулаки сжимаются, из глаз брызгают слезы, я отползаю от него по простыне вверх, ресницы дрожат. Темнота, она теперь не только в комнате, она везде и внутри меня тоже.
- Почему? За что?! Зачем?! Как вы…
Яр морщится:
- Теперь послушай меня, Ника…
Моя рука натыкается на тесак, который я в подушки отбросила. Сжимаю…
…и вздрагиваю.
Дверь открывается.
Темный силуэт вошедшего усмехается голосом Тони:
- Ого, вы тут развлекаетесь. Ролевые игры и без меня?
Яр не обращает на него внимания, смотрит только мне в глаза. Его рука тянется к моей голове, но я угрожающе замахиваюсь. Он ровно говорит:
- Ты не сможешь меня убить, Ника. Даже вред не причинишь. Не предашь, не изменишь. И мы не сможем. Потому что мы – Истинные. Это так и работает. В этом и смысл. Так что смирись и дай мне…
- Нет. Уйди. Пожалуйста, уйди!
У меня слезы в глазах, шум в ушах. Я действительно не смогу. Он правду говорит. Отбрасываю бесполезное оружие. Прижимаю к себе простынь, закрываюсь. Я не хочу с ним разговаривать, хотя бы потому, что он так спокоен. Ни грамма сожаления, раскаяния. Ничего нет! Холодный монстр.
- Я хочу побыть одна!
- Мда, брат. Дипломатия тебя покинула, - Тони осуждающе цокает языком, подходит ближе. – Предоставь это мне.
У Яра ноздри раздуваются, он поднимается, встает на пол. Поворачивается к Тони и хрустит шеей, склонив голову на один бок.
В темноте блестят красные огоньки:
- Я умею утешать.
- Не надо меня утешать!
Голос Яра звучит глухо:
- Ника. Ты хотела информацию – получила. Теперь прими ее. Твой дядя держал тебя для того, чтобы в нужный момент использовать. Молчи! – рявкает он, чутко чувствуя, что я хочу его перебить. – Он скрывал тебя от нас и Черного только чтобы потом продать.
- Это неправда…
- Правда, - жестко говорит Яр. – И поэтому мы не хотели тебе сейчас рассказывать. У нас нет прямых доказательств. Ловушка готова? – он обращается к Тони, теряя интерес ко мне.
- Да. Теперь надо решить, что делать с девчонкой.
- Что вы еще собрались делать со мной?!
- Да не с тобой, милашка. Лазутчица – волчица. Очень молодая.
Голос Яра звучит глухо:
- У меня нет сомнений, что делать с подстилкой охотников. Это очевидно.
И выходит за дверь.
Тони берет что-то с подоконника, щелкает зажигалкой. Комната озаряется теплым светом зажженной свечи.
Щурюсь, смахиваю слезы. У меня голова разрывается от мыслей, все перемешалось.
Мне просто надо поспать, одной.
Глава 18
Время два часа ночи, но сна ни в одном глазу.
Завтра оборотни закроются в бункере, где будут пережидать полнолуние. Стабилизатор им не удалось раздобыть. Так что я останусь одна. Ну, как одна. Рядом будут другие, у которых нет на меня фанатичного вожделения. Но, все равно, нужно держаться от них подальше.
Хотя Тони утверждает, что мне не о чем беспокоиться.
Черный не должен сунуться, ему невыгодно прямое столкновение, он слабее. Он будет действовать скрытно, иначе.
Охотники тоже не рискнут напасть в полнолуние, а придут после, когда активность и сила зверей спадет.
Охотники подразделяются на группы. Первая группа называет себя Азары и убивают они просто ради азарта, пользуясь тем, что большинство оставшихся в мире стай и одиночек ослабели. Цель у них проста – экстрим, драйв, щекотание нервов, риск. Они берут с оборотней трофеи и хвалятся ими между собой.