Бои без правил (СИ)

— Нет, но… — попытался остановить меня мужчина.
— Никаких, но! — перебил я его. — Я иду к нему, чтобы справится о здоровье! В сторону!
Мой следующий шаг не встретил сопротивления. Мужчина с поклоном отошел в сторону, а я уверенно зашел внутрь и аккуратно прикрыл за собой дверь.
— Привет отец, — сказал я, как только его увидел, и присел напротив него на стул, не спрашивая разрешения. Комната отдыха представляла собой прямоугольное помещение с двумя кушетками, столом с чайниками и стульями. Она должна была использоваться для обслуживающего зал совещаний персонала, но сейчас ее задействовали по другому поводу.
Отец полусидел на кушетке. Пиджак висел на стуле, рядом аккуратно стояли туфли, рубашка была расстегнута, а из локтя у него торчала капельница. Над его телом водил руками целитель.
— Здравствуй сын, — повернул голову в мою сторону отец и слабо улыбнулся. Немного подумав, продолжил: — Был у князя! Он в восторге от твоей силы. Доронина крепко это зацепило… Особенно то, что тебя попытались убрать во время объявления войны Кланов…
— Господин, вам нужно минимум пол часа полежать и не разговаривать, — недовольно скосив глаза на меня, сказал целитель.
— Да… Ладно… — начал говорить отец, но я его перебил и обратился к целителю: — Мой разговор подождет, усыпите его.
Отец едва успел сообразить, что происходит, как целитель приложил руку к его голове и заставил закрыть глаза.
— Что именно вы делаете? — через минуту спросил я у целителя, наблюдая за его работой.
Он немного помолчал, и когда я решил, что он не будет со мной разговаривать, все же ответил: — Травмы тела влияют на энергетическую составляющую организма, вот только данное утверждение работает и в обратную сторону.
Серьезные повреждения тонкого тела вызывают неравномерную работу ядра, из-за чего в той или иной степени в различные каналы с разной интенсивностью могут выдаваться большие, чем необходимо, объемы энергии. Энергетические каналы вашего отца крепкие, да и выбросы уже не столь разрушительны, но тем не менее они влияют на организм и на внутренние органы. Моя задача проверить функции работы органов и тканей. И если я буду видеть нарушение, то воздействую на него и привожу в норму.
— Можно посмотреть? — спросил я.
— Ни в коем случае! — отрицательно покачал головой мужчина. — Я знаю, как работает организм вашего отца. Вы же можете несознательно что-то подправить или изменить, и нарушите столь равномерно выстроенную систему, не стоит рисковать.
— Хорошо, — ответил я, примерно так и представляя ответ. — Я просто слышал другую теорию насчет его травмы.
— К сожалению, разрушение ядра еще не до конца изучено, так что имеет смысл верить в две теории. И вообще это не теории — это просто два принципа лечения, — задумчиво ответил мужчина, отстраняясь от отца и присаживаясь на стул. — Я работал по двум теориям и скажу, что две обе имеют смысл на существование. Единственное, в чем они сходятся, так это в том, что организм сам не справится с разрушениями и необходимо подпитывать его через кровь питательными веществами и чуть ли не регулярно проверяться у целителя.
— Понятно, — протянул я.
Больше мне с целителем говорить было не о чем, пришлось просто сидеть и ждать, пока отец проснется. Мы просидели так пол часа, пока в один момент в комнату не вошел Павел: — А ты что тут делаешь?
— Хочу переговорить с отцом, — ответил я. — Но он был так слаб, что его пришлось усыпить…
Павел недовольно поморщился, но ничего не сказал. После того случая на совещании, он стал относиться ко мне как-то терпимее, что ли. Дружбой это назвать сложно, но и палки в колеса он не ставил.
— Кстати, хочу поздравить тебя с победой над Витязем, — после недолгого размышления сказал он. — Тебе конечно повезло, но это твоя победа.
— Конечно повезло, — ответил я, соглашаясь с ним. Спорить не хотелось, но если он думает, что мне повезло, то пусть так и думает.
— Князь был очень доволен, — зачем-то сказал Павел, внимательно глядя на меня. — Даже сказал, что за такого гения не грех и девушку из княжеского Рода отдать.
 
— Этого мне только не хватало! — встал я со стула и стал напряженно ходить взад-вперед.
— Да ты чего!? — удивился он. — Это же такая честь, сам князь сватовство объявляет. После войны это только упрочит наши позиции.
— Так может сам женишься на родственнице князя? — немного язвительно уточнил я.
— Мне нельзя, — отрицательно покачал он головой. — Я наследник. Такой брак не может произойти с Наследником. Мы должны быть независимы, нужно исключить княжеское влияние на Клан. А вот второй и третий сын должны именно так и сделать. Их свадьба должна только укрепить Клан…
— Нет, спасибо! — ответил я, задумываясь над тем, как же мне красиво послать князя. На ум ничего не приходило.
— Подожди! — вдруг воскликнул Павел. — А чего ты рожу-то воротишь? Что тебе сейчас не нравится-то?
— Все мне нравится! — отшил я его. Вот еще буду я каждому про свои отношения рассказывать. Павел, конечно, не каждый, но и раскрывать перед ним душу я не намерен.
— Чего к отцу пришел? — спросил между тем Павел, наливая себе в стакан напиток янтарного цвета. — Разве ты не должен готовить нападение на вражеские Рода.
— У меня к нему разговор, — так же ответил я. — А ты разве не должен готовить силы Клана для нападения на Дорониных?
— Я уже отдал все указания, — сказал Павел, усмехнувшись.
— Как и я, — усмехнулся я в ответ.
На этом мы закончили и замолчали. Павел цедил свою жидкость, а я погрузился в поверхностную медитацию. Целитель еще дважды подходил к отцу с диагностикой и потом еще один раз, чтобы снять капельницу. Будить он его не стал. Сказал Павлу, что будет лучше если он сам проснется, после чего взял капельницу и вышел из комнаты.
В общей сложности я просидел еще сорок минут, прежде чем он проснулся. И это меня порадовало, потому что это был уже совсем другой отец. Пусть не боец, но человек самостоятельный, который может без посторонней поддержки ходить и говорить. Хотя ничего такого он не сделал, только проснулся, посмотрел по сторонам и сел повыше.
— Вы-то как раз мне и нужны, — уверенно сказал он, посмотрев на меня и Павла. — Сколько я пропустил?
— Тебя не было примерно час… Это и заседание, и сон, — ответил Павел. Похоже такие разговоры проходят у них не единожды, раз они понимают друг друга с полуслова. — Наши силы практически завершили подготовку, как только будет твоя команда, мы атакуем.
— Хорошо, — кивнул отец. — Все правильно сделал… Молодец!
— Хм… — немного растерялся Павел от похвалы и только слегка склонил голову.
— Молодец и ты, Арсений, — сказал отец. — Я был у князя, когда ему доложили…
— Я ему вкратце все рассказал, — влез в разговор Павел. Отец, скосил на него взгляд и продолжил: — Хорошо. К этому разговору вернемся после того, как война закончится. Только, ты же не за этим сюда пришел? Тебе нужна помощь? Не хватает сил?
— Нет, — отрицательно покачал головой я, внутренне ежась. Глаза отца, казалось, смотрели прямо в душу. Давнишний генерал давил не так, он склонял к сотрудничеству, глаза отца просто давили прессом и могильным холодом. У него и так характер был не сахар, но длительное ожидание встречи с костлявой, что-то в нем изменило. И, казалось, взгляд пронизывает меня насквозь. Внутренне поежившись, я собрался с мыслями и продолжил: — Я совершенно по другому вопросу…
Пересказ разговора с генералом не занял долго времени. Я рассказал и о пленных, и о том, какую информацию узнал. Не скрывал ничего, напоследок добавив:
 
— Генерал не хотел, чтобы я раскрывал эту информацию, но я понимаю, что могу доверять только вам… И тем более понимаю, что в результате боевых действий стану отличной мишенью. Когда со мной попытаются свести счеты, вы не должны упустить момент и подловить этого козла.
— Ты хочешь, чтобы мы тебя прикрывали? — спросил Павел, пока отец раздумывал.
— Я хочу избавится от крота, который натравливает на меня Витязей, — не согласился я. — У меня нет данных по внутренней кухне… Вот скажи, у кого из Клана есть такая боевая группа, которая способна выполнить столь сложную задачу и остаться в тени?