Наложница ледяного дракона (СИ)
– Казнят.
– Нет!
– Покушение на фаворитку серьёзное преступление, Аиша. И я должен принять меры. Знаю, ты считала ее подругой. Тем более ее поступок мерзок. Она, пользуясь твоей дружбой, строила козни у тебя за спиной.
– Но ту, что отравила Джамилю, просто выслали. Я не хочу, чтобы кого-то казнили. В моей стране на смертную казнь наложили мораторий. И не убивают даже тех, кто действительно этого заслуживает. Это варварство!
– Я же варвар. Ты так меня называла. Я ее придушить хочу своими собственными руками!
– Прошу, не трогай её. Я хочу встретиться с ней, когда станет легче. Есть и другая девушка, сидела вместе с нами. А утром, на пробежке, сетовала, что Асхат не выбирает больше наложниц тебе на ночь. Она очень хотела попасть к тебе в покои.
– Но отраву нашли у эльфийки.
– Она, или еще кто-то мог подставить Дилю. Подложил отраву ей, и всё! – вцепилась ему в руку. – Я прошу тебя, не делай поспешных решений. Не казни Дилю. Я всё еще отказываюсь верить, что это она.
– Хорошо. Другую тоже проверят и если это она посмела тебя отравить, я ее не пощажу!
Вскоре приходит лекарь, подтверждает мои догадки об отравлении, дает антидот.
Меня бьет озноб. Сэт ложится рядом со мной, пристраивает мою голову у себя на груди, целуют, шепчет успокаивающе. То ли антидот быстро действует, то ли его объятья помогают. Мне становится легче и я засыпаю.
Сэт
Целый день решал накопившиеся дела. Аид собирает восстание, хочет вернуть Серпию. В стране назревает голод, запасов продуктов совсем мало осталось, вода пропадает. Иссыхают водоемы. Издал указ о дополнительной поддержки матерей-одиночек и многодетных семей.
Устал. Плохи дела, голова раскалывается, не знаю как решить эту проблему. Лишь греет мысль, что сегодня снова увижу ее. Мою маленькую девочку.
Сегодня была такая трогательная. Скучала по мне.
Она – светлый лучик в моей жизни. Нужно отпустить ее в другой мир, но я не могу. В наших отношениях только наметилось потепление, а если Аиша окажется дома, боюсь обратно не вернется. Там я бессилен, в ее мире я никто, там нет моей власти. Пусть немного попривыкнет. А о маме ее я сам позабочусь.
Отдаю распоряжение об обеде, чтобы приготовили то, что она любит.
Хочу уже послать за Асхатом, чтобы привел Аишу, как он сам робко входит в покои. Лицо бледное, глазки бегают. Сразу чувствую неладное.
«Аишу отравили». По спине пробегает холодный пот.
– Где она?
– У себя, – собираюсь уйти, меня останавливает визирь.
– Сэт, но как же совет? Все собрались, будут ждать.
– Отмени!
Я иду под нарастающий стук сердца. Боюсь, что опоздаю, что никогда не увижу ее улыбку и эти глаза, блеском затмившие ночное небо, не услышу нежного голоса.
Я так не переживал даже за Джамилю, а она мать моего будущего ребенка.
Вижу ее, сердце замирает. Такая бледная, беззащитная. Мне хочется обнять ее, держать в своих объятьях, не позволять смерти забрать ее.
Думал отпустить Аишу в ее мир самое страшное, но оказалось есть вещи более пугающие.
Видя как ей плохо, хочется голыми руками задушить ту мразь, что это сотворила.
Почему так? Ведь Аиша не первая наложница, которую травят. Да, я по-человечески сочувствовал тем девушкам, но не испытывал и сотой доли того, что сейчас.
Лишь когда лекарь сказал, что угроза миновала – выдохнул с облегчением.
Всю ночь не спал, вглядываясь в хмуро сведенные брови.
Аиша жмется ко мне, бормочет что-то в бреду. Лишь одно разобрал: мама.
Внутри всё замирает. Я осознаю, что поступаю неправильно. Надеюсь, она простит меня однажды, что найду правильные слова, чтобы объяснить свои мотивы.
За окном алеет рассвет, окрашивая крышу домов в золотистый цвет.
– Ты так и спал всю ночь со мной? – хриплым голосом спрашивает она.
– Не мог заснуть.
– Почему?
– Боялся, что стоит закрыть глаза и… – голос садится, не позволяя озвучить мои страхи. – Как ты себя чувствуешь?
– Лучше, – садится на кровати, расчёсывая пальцами спутанные чёрные пряди. – Я, наверное, ужасно выгляжу?
– Тебя никакая болезнь не испортит, – подпираю голову рукой, любуясь появившейся румянцем и робкой улыбкой.
– Да вы, император, дамский угодник. Аиша встает, чистит зубы, достает из шкафа одежду.
– Ты куда-то собралась?
– К Диле.
– Прямо сейчас?
– Да. Ты же разрешил?
– Пусть сначала тебя осмотрит лекарь.
– Хорошо, – послушно соглашается она.
– С чего такая покладистая? Это ведь неспроста?
– Сэт, – садится рядом со мной, поглаживая по груди. – Я хотела попросить, даже если подтвердится, что Диля виновна в моем отравлении – не казни ее.
– Нет! Об этом не может быть и речи.
– Тогда тебе придется убить половину сервус и практически всех инферио. Если даже подруга меня не пожалела, то что уж ждать от других?
– Другие будут бояться.
– Пока будет гарем, будет постоянная конкуренция. И многие пойдут на все, чтобы устранить конкуренток. Не потому что они тебя безумно любят, а лишь для того, чтобы улучшить свое благосостояние и получить власть.
Не возразишь. История моей матери и отца это подтверждает.
Глава 14
Сэт пошел вместе со мной в темницу. Открывает дверь и подает руку. В нос ударяет запах затхлости и я вспоминаю тот день, когда провела здесь целую ночь. По коже бегут мурашки. Мы спускаемся держась за руки. На одной из ступенек поскользнулась, Сэт придержал обнимая за талию.
– Осторожно, Аиша. Всё же не стоило тебе идти сюда.
– Я хочу с ней поговорить. Останавливаемся у двери с небольшим решётчатым окошком.
– Аиша! – кидается на дверь Диля. Лицо заплаканное, взгляд испуганный. – Вытащи меня отсюда!
– Ты подсыпала отраву?
– Нет! Ты что? Как я могла отравить своих подруг? Ты же знаешь меня.
– В твоей комнате нашли отраву.
– Комната не закрывается. Кто угодно мог туда войти и подкинуть, – переводит взгляд на Сэта. – Император, неужели вы верите, что это я?
– Не смей со мной разговаривать! Ты все еще жива, потому что Аиша попросила.
– Вы меня казните?
– В отличие от Аиши я не верю ни единому твоему слову.
– Но это же глупо. Аиша, подумай. Если бы это действительно была я, зачем мне оставлять отраву в своей комнате?
– Сэт, давай отпустим Дилю. Я не верю, что это она.
– Тогда кто?
– Я хочу допросить всех. – обнимаю холодные пальцы Дили. – Я тебе верю. Я найду того, кто это сделал и спасу тебя, – шепчу ей.
– Аиша, не уходи. Мне страшно. Тут крысы! Я всю ночь не спала. Боялась, что они меня загрызут.
– Потерпи немного. Я во всем разберусь.
– Спасибо, что ты мне веришь.
В первую очередь иду проведать Ярту. Кикимора выглядит очень бледной и осунувшейся, но лекарь говорит, что ей уже лучше.
После Сэт вызывает всех в свой кабинет. Сидит рядом со мной, скрестив руки на груди, смотрит тяжелым взглядом. Первой заходит сервус с тренировки. Смотрит завистливо на меня, а потом вожделенно на Сэта.
– Император, – падает на колени.
– Встань, – приказывает он.
– Ты подсыпала отраву в мою еду? – спрашиваю ее.
– Я буду говорить только с моим господином! – наедине хочет остаться.
– Нет, – обрывает ее. – Отвечай! Или ты рассказываешь все как есть, или присоединяешься к эльфийке, – ее глаза широко распахиваются.
– В темницу? Но за что?
– Ты мне неоднократно говорила, что хочешь попасть в покои императора. Говорила, что я слишком долго задержалась и пора уступить место другим.
– Говорила. Но кто этого не хочет? – смотрит на Сэта. – Я вас так люблю и мне хотелось вашей ласки, – презрительно фыркаю и отвожу взгляд. Любит, ага. Да она его так близко видит впервые.
Сэт сцепляет наши пальцы, а девушка смотрит шокировано.
– Но не такой ценной! В гареме полно тех, кто завидует Аише черной завистью! Почему именно меня обвиняешь?