Ты моя зависимость

– Руслан Евгеньевич, так кто ж знал, что так будет? Я же с этими парнями знаком. Они у нас в клубе раньше официантами работали. Ещё при старом хозяине. Я их поэтому и не проверяю никогда. Они почти каждые выходные сюда приходят.
Зашибись. Ну так в общем-то я и думал. Если они сразу потащили Настю к запасному выходу, значит знали, куда надо идти. И знали, что на заднем дворе у нас слепая зона и камер там нет.
Тоже мой косяк. Не успел установить.
Думаю, Кролик не первая с кем они это проделывают. Получается, они сюда систематически таскались девок накачивать.
Ушлёпки. Надо было им вчера арматурой хребет переломать. Ну ничего, теперь успеется. Закрою, блять, гештальт.
– Где пацаны? – спрашиваю, кидая взгляд на припаркованную под окнами машину. По идее девчонка из джипа выбраться без моей помощи не сможет, но в случае с Настей лучше перестраховаться.
У меня тонированные стёкла, поэтому что происходит внутри мне не видно, но вокруг вроде всё спокойно, значит кроликов нигде не пробегало.
И всё же надо быстрее возвращаться к девчонке. Как показывает практика, оставлять её надолго одну – хреновая затея. Тем более я и вчера вроде как за ней издалека присматривал. Ничем хорошим не закончилось.
Сейчас только решу последний вопрос…
– Так я их в ментовку сдал, – слышу у себя за спиной неуверенный голос. – А что не надо было?
Повернувшись, устало смотрю на вопросительно вытянувшуюся рожу Мартата. Нет, ну не урод ли? И здесь накосячил. Я, блять, вообще не планировал их ментам отдавать. Сам бы отработал гораздо качественнее. И они бы получили то, что заслужили, и я бы душу отвёл. Для меня это в какой-то степени дело личного характера…
Ещё раз кидаю взгляд за окно и, тяжело выдохнув, выхожу из кабинета, слыша у себя за спиной шаги следующего за мной по пятам Марта.
– Руслан Евгеньевич, так что дальше? Ещё будут на сегодня поручения или можно идти.
– Можно Марат, – отвечаю не останавливаясь. – Можно прям уверенно на все четыре стороны катиться.
– В смысле? – затормозив, вопросительно на меня смотрит.
– В смысле ты уволен. Сдай гарнитуру на пост и проваливай.
На последних словах выхожу из клуба и, сунув Настину сумку подмышку, иду к машине.
Ну вот и всё, Кролик. Пора прощаться.
____________________
Глава 13. Настя
Девяносто четыре, девяносто пять… Утыкаюсь носом в боковое окно и пытаюсь разглядеть главный вход в клуб, но как бы сильно я ни вдавливалась лицом в холодное стекло, ничего рассмотреть не получается. Руслан так припарковал машину, что изнутри мне виден только угол здания.
Сто сорок восемь, сто сорок девять… Вообще не понимаю, зачем я считаю. Я не собиралась этого делать. Как минимум, потому что это дибилизм… Понятно же, что пять минут, это условно. Он просто хотел сказать, что ушёл ненадолго и скоро вернётся.
Двести два, двести три… Чёрт! Зачем он оставил меня здесь одну? Неужели сложно было с собой взять? Рядом с этим дурацким клубом мне не по себе. Всё время кажется, что вот-вот со стороны заднего двора выскочат те два парня.
От этих мыслей у меня трясётся печёнка и начинают стучать зубы.
Так, Настя, сейчас же успокойся. Вспомни слова, которые так часто повторяет тебе мама: в любой ситуации нужно мыслить рационально. Ну не стали бы они сюда возвращаться после того, как были пойманы с поличным. Да и вообще, Руслан их наверняка в полицию сдал. Наверно…
Да нет, точно сдал. Всё-таки они меня пытались… Не думать об этом, не думать… Боже, меня мутит…
Втягиваю носом воздух и медленно выдыхаю через рот, пытаясь успокоить взбесившееся сердце. Всё хорошо. Надо просто переключиться на положительные моменты.
Я хотела съездить в Москву, и я съездила. Осуществила мечту детства. Да, всё прошло не совсем так, как я себе представляла, но ведь и ничего неисправимого тоже не случилось.
И вообще, всё это уже позади. Сумка, к счастью, нашлась. Сейчас Руслан вернётся, я позвоню Алёне и у нас с ней ещё будет время до завтрашнего утра, чтобы побыть вместе.
 
Всё будет нормально. Осталось подождать всего-то…
Двести девяносто восемь, двести девяносто девять… Триста…
Рвано выдохнув, снова припадаю лицом к окну, в надежде увидеть за ним, приближающего к машине мужчину.
Пусто. Вообще никого возле этого чёртова клуба нет! И это пугает меня ещё больше. Чувствую себя ребёнком, боящимся темноты, которого заперли в тёмном чулане.
По телу прокатывает ледяная волна, голова кружится и становится трудно дышать. Господи, это что, паническая атака?
Медленно облокачиваюсь на прохладную спинку кожаного сидения и судорожно втягиваю воздух через нос.
Перед глазами мелькают чёрные точки, как бывает, когда резко вскакиваешь с кровати. Ладони потеют и мне становится холодно.
Зажмурившись, стараюсь сконцентрироваться на своём дыхании. Господи, ну это же бред какой-то. Я ведь адекватно осознаю, что у меня нет ни одной причины для паники. Никто меня здесь не тронет. И парней этих давно тут нет. Но почему-то не могу заставить себя успокоиться.
Всё хорошо, Настя. Это надо просто пережить.
Я часто повторяю себе эту фразу, в минуты, когда бывает особенно плохо. Талдычу её как мантру, до тех пор, пока её волшебная сила не помогает мне взять себя в руки.
Вот и сейчас становится немного легче. Во всяком случае, задыхаться я перестаю.
И как раз в тот момент, когда мне почти удаётся поймать дзен, раздаётся щелчок разблокировки дверей и на водительское место садится Руслан.
– Держи, – кидает мне на колени сумку. – Звони давай своей подружке. Она там наверно уже всю валерьянку вылакала.
Вцепляюсь дрожащими пальцами в мягкий кожзам и, облегчённо выдохнув, крепко прижимаю к груди клатч, ощущая, что истерия потихоньку начинает отступать. И как только ко мне возвращается адекватность, торопливо лезу в сумку за мобильным.
О боже… девяносто четыре пропущенных звонка от Алёны. Удивительно, что батарея не сдохла от такой зверской атаки.
Там ещё куча сообщений. Тоже все от Одинцовой, но в них я даже не захожу, потому что примерно представляю их содержание: возмущение, паника, гневные проклятия и обещания, что мне трындец. Потом снова паника и мольбы ответить на звонок. Короче, надо срочно звонить Алёне, иначе мне и правда трындец…
Жму на кнопку вызова и после первого же гудка слышу охрипший голос Одинцовой.
– Настя! – выпаливает на выдохе. – Слава богу!!! Ты где??? С тобой всё в прядке????!!
Подруга начинает всхлипывать и в этот момент мне становится так чудовищно паршиво, что я сама еле сдерживаюсь от того, чтобы не разреветься в ответ.
Где-то на заднем фоне слышу музыку и чужие голоса. Она там что, магнитофон с телевизором одновременно включила?
– Алён, всё хорошо, – отвлекаюсь от ненужных размышлений и спешу её успокоить, сглатывая предательский ком в горле. – Я в порядке.
Ненавижу себя в этот момент. Приехала подругу навестить. А в итоге устроила ей бессонную ночь и истрепала все нервы.
– Богданова, я тебя убью! – гневно шипит, шмыгая носом. – Ты где шляешься?! Почему трубку всё это время не брала? Ты вообще представляешь, что со мной было? Я всю ночь не спала! Я все больницы с моргами обзвонила! Да я… я была в шаге от того, чтобы позвонить твоей маме и рассказать, что ты пропала!!!
От упоминания о матери у меня по спине проходит нервный холодок и сердце пропускает несколько ударов подряд.
– Не надо маме! – поспешно выпаливаю.
Боже, если бы Алёна ей позвонила, та бы меня наручниками к батарее пристегнула и до старости на цепи до колледжа и обратно водила.
Скашиваю глаза на сидящего на водительском сидении Руслана, который в свою очередь, выгнув бровь, с интересом за мной наблюдает и тут же отворачиваюсь, возвращаясь к разговору с Одинцовой, которая всё ещё продолжает сыпать мне проклятия в трубку.
– Алён, прости, – виновато выдавливаю, чувствуя, как сердце болезненно жмёт от того, что доставила ей столько неприятностей. – Со мной на самом деле кое-что произошло… Но сейчас всё в полном порядке, – добавляю поспешно, чтобы не пугать подругу ещё больше. – Я… Алён, давай я тебе дома всё расскажу, ладно? – снова кошусь на сидящего рядом мужчину и тут же краснею до ушей, вспоминая наш с ним совместный… сон… – Слушай, Алён, я не помню твоего домашнего адреса. Ты можешь мне скинуть сообщением? Я скоро приеду.