Капли крови: Город Греха (СИ)

Неожиданно, Кассандра полностью замерла, став похожей на полуразрушенную мраморную статую. Словно сквозь вату, Рик услышал чужой голос. Рэивиэль!
— Я могу ей помочь, — прозвучали четыре слова, и только они сумели заставить Эрика отмереть. Он обернулся, увидев наконец того, с кем пришел, и бросился к нему. Ви так и стоял перед невидимой раньше дверью, и, как ни странно, смотрел с очевидно читаемым сочувствием в красноватых глазах. Рэивиэль не тянул слова, не рассказывал длинных сказок, он сказал лишь то, что было действительно важно. Даже не улыбаясь. Но разве это возможно? Разве ей действительно можно помочь? Внутренний скептик Рика на мгновение попытался что-то съязвить, но Алаверо передернуло от отвращения к самому себе. Если можно остановить время, почему нельзя повернуть его вспять!?
Как и тогда, в клубе, Ви не стал ждать озвученного ответа.
— Как раз повернуть время вспять или воскресить мертвого — невозможно, — серьезно поговорил он. — Но мы успели вовремя, и я могу ее вылечить. И стереть память о последних сутках, оставив вместо событий ощущение кошмарного сна, который, наконец, кончился. Это — я могу, — Ви смотрел ему прямо в глаза. Он не шутил, не язвил, как раньше, и говорил спокойным, уверенным тоном человека, который действительно делал нечто подобное. Сотни раз, если не тысячи. Но Рик Алаверо не был бы Риком Алаверо, если бы не спросил:
— И что ты хочешь взамен? Скажи — я сделаю.
Возможность хоть какого-то выхода придала ему решимости. Он все еще был бледен, у него вспотел лоб, а смуглая обычно кожа была такой бледной, что он слился бы с простыней, если бы сейчас внезапно оказался в отеле на кровати. Однако теперь он, по крайней мере, не стоял, тупо глядя на Кэсс перед собой. Выход был! Он мог что-то сделать! Это — главное. Все остальное — потом.
Рэивиэль же спокойно ответил:
— То, о чем говорил раньше. Когда я приду и попрошу у тебя помощи — ты ее окажешь. Дело сопряжено с огромным риском для ваших жизней, не буду врать, но помочь мне и в ваших интересах тоже. Прошлое догонит ее независимо от того, будете вы на моей стороне или нет, но, если нет — такой она не сможет ничего этому прошлому противопоставить.
Рик с силой пнул замершего, наполовину согнувшегося над Кассандрой маньяка, отчего тот упал, несмотря на остановившееся время. Постоял немного, и добавил еще несколько пинков по валяющемуся ничком телу. И лишь после этого сумел натянуть на лицо кривую ухмылку и протянуть Ви руку для пожатия:
— Я ненавижу, когда говорят загадками, знаешь? Но я согласен. По рукам. Ее будешь уговаривать сам.
Рэивиэль пожал ему руку, и Рик заметил, что та гораздо горячее, чем обычно бывает у людей. Словно у Ви прямо сейчас температура, близкая к той, с которой кладут в реанимацию. Рик не знал точно — с какой, но был уверен, что настолько «теплокровного» человека туда бы обязательно положили. Его немного передернуло, но он быстро решил, что это все ерунда. Кэсс он вытащить действительно может, так какая разница, что он такое?
— Если бы я мог говорить откровеннее — рассказал бы. А Кассандру — уговорю. Поверь мне, это скоро станет в ее интересах, и она сама будет меня искать, — Ви криво ухмыльнулся. — Если ты действительно согласен, я хочу, чтобы ты повторил мои слова в точности, думая о том, что согласен на мои условия. Потом мы вылечим Кассандру и уберем падаль. И — пока — разойдемся, довольные друг другом.
Словно в последний момент вспомнив о комфорте, Рэивиэль провел ладонью над столом с пыточными инструментами, который Рик до этого даже не заметил, и тот превратился в два комфортабельных кресла. На удивленный взгляд Алаверо, Ви пояснил:
— Много чего предстоит сделать, нужно экономить силы. У всего на свете есть свои ограничения. А присесть тебе… понадобится. Готов?
Рик кивнул. Конечно, он не был готов ни к чему, кроме того, чтобы нести тарабарщину, которую ему скажут, но большей «готовности» от него и не требовалось. Рэивиэль сел в одно из кресел и жестом указал на второе. Рик так же молча его занял
 
— Повторяй за мной, — Ви дождался еще одного кивка. — Виа энте аэри…
— Виа энте аэри… — эхом повторил Рик.
— Данна ломэн тасс…
— Данна ломэн тасс…
Со второй фразы, Алаверо перестал слышать, что же он произносит, губы будто сами собой складывались, как нужно, а изо рта сами собой вырывались нужные слова. Зато перед глазами у него замелькали эпизоды, по сравнению с которыми пытки и убийства «маньяка-моралиста» казались детской шалостью. И сейчас он точно знал: именно такое наказание ждет за попытку солгать, за нарушенную клятву.
И знал: он выживет, несмотря на все пережитое, если солжет, и не сможет умереть очень долго. Картинка его самого, седого, в морщинах, изломанного и перекрученного, заставила задрожать. Но разве у него есть выбор? Подвести Кэсс еще раз, струсить? Нет! В конце концов, если неведомая «помощь» Ви такого плана, что с неприятностями, с которыми он собрался помогать, они в любом случае столкнутся, то дав обещание, он ничего не теряет. И потому Рик повторял слова и смотрел на «кино», что разворачивалось перед мысленным взором.
Огонь, лезвия, сломанные кости, кислота… Какая разница? Он и без того никогда не давал обещаний, которые не собирается выполнять, и нечего его пугать. Рик думал об этом как бы в ответ на калейдоскоп жути, и с последним словом, повторенным за Ви, картинки исчезли, а сам Рик вновь увидел подвал заброшенной церкви, лежащего ничком маньяка и Рэивиэля в кресле. На Кэсс он старался не смотреть. Потом. Сначала ее вылечат! Раз это возможно, значит, они пришли сюда вовремя. Это главное.
Какое-то время он не мог двинуться, так и стоял, прикрыв глаза ладонью. И продолжал видеть отголоски ужасов, нагнанных на него неведомым ритуалом. Перекрученное, словно постиранное и только выжатое белье, собственное тело, выглядело не то, чтобы пугающе. Скорее настолько отвратительно, что даже у него к горлу подкатывала тошнота. Но Рик справился с собой, и даже сумел выдавить обычную для него ехидную улыбку:
— Ну что, моей клятвой в помощи ты заручился, не пора ли выполнять обещание? Лечи ее.
Ви, как ни странно, улыбнулся в ответ. Правда, какой-то сытой улыбкой, словно обожравшийся хищник, но по крайней мере он не был враждебен.
— Райт подождет, не так ли? — зачем-то уточнил он.
Рик нахмурился и смахнул мокрые от пота волосы со лба:
— В жопу Райта. Пока ты не «запустишь» время обратно, вряд ли он куда-то удерет, — с отвращением заметил он. — Сначала — помощь, потом все остальное.
— Разумно, — кивнул Ви, и подошел к Кассандре. Рик все еще старался на нее не смотреть. Не хотелось, чтобы ее израненное тело и лицо без глаз преследовали его в кошмарах. Будь это навсегда — пришлось бы смириться, но раз ее скоро вылечат, он предпочтет и вовсе забыть, что она так серьезно пострадала. От его кошмаров никому легче не будет.
— Отойди, пожалуйста, за дверь подвала и подожди меня снаружи. Ты не хочешь видеть ускоренную регенерацию тканей, поверь мне. Я позову, как только все будет в порядке, — слегка отрешенно проговорил Ви. Он, как будто, уже был погружен в задачу, и не особенно обращал внимания на Рика.
— Скрываешь и это? — сумрачно уточнил Алаверо.
— Нет, просто не хочу, чтобы ты бросился спасать ее от лечения. Это больно. За все надо платить. Но — она ничего не вспомнит. Только смутное ощущение кошмара, — отозвался Рэивиэль, ничуть не смутившись таким недоверием.
— А зачем оставлять это… смутное ощущение? — Рик вдруг понял, что ему это важно, и не сумел удержаться от лишних вопросов.
— Чтобы память не начала восстанавливаться. Пробелы раздражают, вызывают желание их заполнить, даже если от этого будет больно. А я сделаю своего рода имитацию защиты, которую человеческое сознание само «ставит» при необходимости, — задумчиво отозвался Ви. — А теперь хватит болтать. Я не могу поддерживать безвременье долго, это доступно сильнейшим. Выйди за дверь. Можно будет вернуться — скажу.