Капли крови: Город Греха (СИ)

— Музыка — хобби Тома, иногда он приходит сюда и дает своего рода концерты. У него хороший голос, он прилично играет, так что ему не отказывают. Да и выглядит он в этом костюме несколько получше обычного. Пойдем, потом налюбуешься.
Я встряхнула головой, отгоняя наваждение. Никогда не могла устоять перед хорошей живой музыкой. Но сюда я пришла не для этого, и мы с Роуз двинулись дальше.
Столики здесь были в основном стеклянные, прямоугольные, причем стекло отливало зеленым, а рядом с ними стояли симпатичные темно-синие кожаные диваны. Но особенно мне понравился потолок, напоминавший звездное небо, с небольшими звездами-светильниками. Название очень подходило этому заведению, и мне здесь нравилось. Я обратила внимание, что на втором этаже полицейских меньше, но они как будто чувствуют себя намного более расслабленными. То, что надо. Главное, чтобы Роуз не решила выбрать кабинет, иначе все планы пойдут насмарку.
К счастью, она будто чувствовала, что я не хочу туда и предпочла бы альтернативные варианты, где сесть. Все так же, за руку, она повела меня к угловому столику. Там, с одной стороны, никто особо не обратил бы на нас внимания и не стал мешать, а с другой — все было слышно, и обрывки разговоров местной полиции вполне долетали до моих ушей. В том числе и таких, которые по-хорошему в принципе не должны вестись в барах. Но это по-хорошему, а в реальной жизни люди оставались людьми, и пока не изобретено какой-нибудь магии непреложных обетов, они будут разбалтывать секреты, как друзей, так и работодателей. Это было мне на руку.
Мы сели друг напротив друга. Практически мгновенно появился молчаливый официант, чем-то напомнивший мне племянника Слэя, и положил перед нами темно-синее меню с золоченной окантовкой. Официант исчез так же быстро, как и появился, и я сочла, что здесь не любят навязчивый сервис. Роуз задумчиво прикусила нижнюю губу и уткнулась в меню. Я последовала ее примеру.
Минут через пять, а быть может и десять, официант снова появился, и вежливо произнес:
— Добро пожаловать. Выбрали что-нибудь?
Роуз кивнула.
— Да, мне бутылку мартини, бокал, и порцию салата «Цезарь» с курицей. И еще ваш фирменный десерт. Элс?
— Бокал какого-нибудь вина поприличнее, и стейк с картошкой.
Официант кивнул и снова исчез, будто его и не было. Роуз не начинала говорить, просто посматривала на меня и улыбалась. Ну, если не считать привычные разговоры ни о чем, которые я поддерживала, не отвлекаясь от «прослушки местности» и собственных размышлений.
К несчастью, завсегдатаи «Blue Sky» не обсуждали ничего важного, по крайней мере, я ничего не слышала. Возможно, это еще изменится, когда они напьются посильнее, но пока до меня доносились разве что обрывки фраз, в основном про коллег.
— … да этот Райт просто щеголь и позер, я не знаю, за что его повысили, лучше бы Грэг сделал своим помощником Брауна, тот хоть и птенец еще, а свое дело знает куда лучше…
Я внутренне встрепенулась, услышав знакомые имена, но тут, как назло, появился наш официант с заказом. Сидящие за три столика вправо от нас копы перевели тему на что-то, не связанное с работой. Я только что зубами не скрипнула, но сдержалась. Роуз кивнула официанту, я же не стала акцентировать на нем внимание.
По нашей с Алаверо легенде, мы приехали из Алабамы, и для Элис персонал такого плана, как официанты, автоматически должен был ассоциироваться с рабом. А значит, восприниматься кем-то вроде живой говорящей мебели, тем паче, что он себя и вел как живая говорящая мебель. Или какая-нибудь дорогая техническая игрушка, вроде тех, что были у Рика.
Официант быстро и даже с некоторым изяществом расставил перед нами блюда и напитки, после чего все тем же вежливо-нейтральным голосом произнес:
— Если вам понадобится что-то еще, звонок на столике даст мне об этом знать.
Я снова кивнула. Мне нравились правила этого заведения. Нет ничего хуже, чем официант, который постоянно пытается угодить или посоветовать еще что-нибудь, вмешиваясь даже в те разговоры, которые никто особо не скрывает от посторонних. Дико раздражает. Даже жаль, что сюда нельзя будет вернуться уже после раскрытия дела. Или неудачи, но я все же надеюсь его раскрыть.
 
Стоило Роуз убедиться, что официант больше не появится, если мы его не позовем, как она удивила меня до глубины души. Настолько, что я начисто забыла, зачем сюда пришла и кого я там должна подслушивать.
  
Глава 6
 
Некоторое время Роуз все так же молча смотрела на меня, а потом вдруг спросила:
— А ты зачем притворяешься? Я не сразу поняла, что мы как две яркие паучихи, решили прикинуться частью растений и случайно «притянулись» друг к другу. Но ты не из Алабамы. И, держу пари, зовут тебя не Элис. Так зачем?
— Я не понимаю, о чем… — начала было я. Где я прокололась?!
— Если ты мне не доверяешь, я сначала расскажу о себе, — перебила она невозмутимо. — А там сама решай, хочешь ты что-то мне рассказывать, или нет. Только врать не надо больше, хорошо? Я тебя раскусила, но мне нет резона кому-то об этом рассказывать, особенно если ты не собираешься мне вредить. А на это не похоже.
Я поняла, что не сумею ее убедить, и решила выслушать ее версию. В конце концов, так даже удобнее: она сама мне расскажет все, что знает.
— Хорошо, я тебя слушаю, — вздохнула я обреченно.
— Этот тип, на входе, мой бывший. Он с посторонними обычно ведет себя прилично, а вот с теми, кого он считает «своими» — совсем иное дело. Ну, ты слышала. Он бил меня до того, что я кашляла кровью, и грозил убить, если попробую от него уйти. Это сейчас он строит из себя типа совсем не обиженного шутника, а тогда… тогда было иначе.
А я же красивая. Объективно. Светлые слегка волнистые волосы, глаза пусть и карие, но с прозеленью, так даже интереснее. Тонкий вздернутый нос, полные губы, белая кожа без единого изъяна. Ты не подумай, я себя не хвалю. Мне много раз говорили об этом другие, да и это скорее плюс, чем минус, если ты хочешь принадлежать себе, а не мужчине, — на этом моменте я подалась вперед. А у нас… больше общего, чем кажется. Роуз же продолжала.
— Вот и привлекла внимание одного богатого типа, кстати, в отличие от тебя, на самом деле с Юга. Они там привыкли покупать себе красивые живые игрушки, а такая ли большая разница, купить негра или белую женщину, которой некуда идти или требуется помощь? Суть одна — власть, власть над живым человеком, который ничего тебе не может противопоставить. Но я, наверное, много отвлекаюсь.
Мой… пусть будет, муж, хотя он любит, когда я зову его своим благодетелем, случайно на меня наткнулся. Я сбежала из квартирки, что мы снимали вместе с бывшим, в чем была, в домашней пижамке и туфлях. Избитая, вся в синяках, особенно руки и шея. Он чуть меня не придушил, я искренне думала, что убьет.
К счастью, его туша не выдержала того количества дешевого дрянного пойла, что он в себя вливал. Он вырубился, когда искал, чем меня привязать к кровати, чтоб я не сбежала. Споткнулся и не встал уже, почти мгновенно заснув прямо на полу. Мне было безумно страшно, и я не знала, когда он очнется, так что прихватила только кошелек — скажу по правде, оба кошелька, его тоже, и сбежала.
В той забегаловке, куда я примчалась пить — плохая привычка, но я часто запивала проблемы алкоголем, тем более, что «благоверный» не знал всех заведений нашего милого городка… Да, я снова отвлеклась. В общем, там, куда я прибежала заливать горе, меня и нашел Дойл, мой муж. Не знаю уж, чем ему приглянулась я в том состоянии, но подозреваю, он просто увидел, так сказать, удачный способ инвестировать, рассчитав, что сейчас я буду рада любой помощи, даже совсем небескорыстной.
Он купил мне выпивки, разговорил — а те, кто много работает с людьми, всегда умеют разговорить кого-то в отчаянии — и предложил мне «честную» сделку. Он на мне женится, я веду себя так, как ему надо, никогда не отказываю в постели, а взамен он отвадит от меня бывшего и предоставит полное содержание до того момента, пока я ему не надоем. Конечно, он не прямым текстом так и сказал, но суть я уловила и тогда, за всеми его витиеватыми цветистыми фразочками.