Сбежавшая невеста. Строптивая жена Властелина Пограничья. Дерзкая попаданка для императора. Сборник:

Вот теперь виден свет в конце тоннеля. Цели ясны. Пути их достижения туманны.
Не хрен сидеть и рефлексировать! Отдохнула, поплакала, пострадала – и за дело.
Невероятным усилием воли, цепляясь за выступы комода, я поднимаюсь на ноги.
Задачка не из лёгких. Блин, да мне даже на секции тхэквондо не было так трудно.
Опять отдыхаю. Ноги на ледяном полу задубели. Попка тоже. Последний рывок, и отдыхать в кроватку.
Я пытаюсь открыть ящик комода. Он тяжёлый. Хрен откроешь. Ещё бы, из натурального дерева – это вам не наша фанера.
Делаю последний рывок. Я так увлечена, что не услышала шаги за дверями.
Ящик поддаётся, а я висну на нём. С любопытством заглядываю внутрь.
– Вэйра, вам уже лучше, – слышу голос за спиной и оборачиваюсь, словно воришка, пойманный на месте преступления.
На меня смотрит девушка едва ли младше меня самой. Радость на лице при виде меня в сложившихся обстоятельствах ни о чём не говорит.
– Мне не лучше. Просто хотела поменять рубашку, – сочиняю я на ходу. – А где лежат, не помню.
– Вы не помните, где лежат рубашки? – потрясённо переспрашивает она.
– Как тебя зовут и кто ты?
У девушки и без того большие глаза стали как блюдца. Она приоткрыла рот.
– Не смотри на меня как на восьмое чудо света. Я не помню вообще ничего. Лучше помоги мне добраться до кровати.
Она подбежала ко мне и подставила плечо. Я сейчас похожа на раненого бойца, которого тащит на себе санитарка. Горько усмехнулась и прилегла. Какой кайф!
– Повторяю свой вопрос. Как тебя зовут?
– Пейгерим, меня зовут, вэйра.
– Очень сложное имя. Я буду звать тебя Пег. Выйра – это кто?
– Вэйра, – поправляет меня она. – Обращение к незамужним знатным девушкам. Вэсса – к замужним.
– Хоть что-то проясняется. Уже легче. Так, а лыр – это кто?
Пег улыбнулась:
– Не лыр, а лэр. Это самый мелкий дворянский титул.
– Час от часу не легче.
– Пег, а ты мне кем приходишься?
– Вэйра, вы забыли?.. – и она прикрыла рот ладошкой. Я усмехнулась. Сложно не знать да ещё и забыть. – Я служанка.
– Моя?
– Нет, общая.
– Ладно, давай, общая служанка, быстренько введи меня в курс дела. Расскажи, что и где у меня находится в комнате.
Облегчу себе задачу. Может, она подскажет что-нибудь.
Пег оживилась:
– В комоде лежат ваши личные вещи. В первом ящике гребни, заколки, пудра…
– Тормози, Пег. Избавь меня от этих интимных подробностей. В целом я уловила. Давай дальше.
– Во втором ящике нижнее бельё. А третий ящик на замке. Что там вы хранили, я не знаю.
Вот оно! Значит, мне нужен третий ящик. То, что он возле пола, хорошо, легче открывать будет. Наверное. А вот то, что он заперт – плохо. Где взять ключ?
– А ты случайно не знаешь, где я храню ключ от него?
Глазки у Пег забегали. А руки она убрала за спину.
– Не знаю, вэйра, – произнесла она весьма убедительно.
– Пег, не надо лгать мне. То, что ты знаешь, где находится ключ, сейчас как нельзя кстати. Не бойся, скажи мне, где он, – я добавила в голос ласки.
– Я не лгу вам, вэйра Роза. Просто ваш отец запретил мне говорить.
– Вот, значит, как? Правильно, что ты выполняешь приказание. А что конкретно он запретил говорить?
– То, что ключ от комода у него.
Вот так вот, вуаля.
– Спасибо тебе, Пег. А почему доктор к нам приходил?
– Не к нам, а к вам, – начала Пег.
Я приподняла одну бровь. Долго репетировала перед зеркалом такой трюк. И в той моей жизни он пользовался успехом. Не подвёл и здесь. Пег смутилась.
– Я имею в виду, что доктор к вам приходил, – стушевалась она.
– Это я уже поняла. Зачем приходил?
– Вас избил лэр Чарлей, – она с жалостью смотрит на меня.
– Смею надеяться, что ты знаешь за что?
– Вы отказались выходить замуж, – со страхом в голосе почти прошептала она.
– Ну, и что здесь такого? Я не поняла. Можно же было поговорить, объяснить, в конце концов, – рассуждаю я в слух.
Пег в ужасе смотрит на меня, как будто я несу какую-то ересь, и даже за то, что она меня слушает, грозит отлучение от церкви.
– Да, расслабься ты, Пег. Не тебя же замуж выдают, – пытаюсь я шутить.
 
– Вы какая-то странная, вэйра. После того, как доктор сказал, что вы умерли…
– Ну, знаешь ли, смерть кого хочешь изменит, – перебиваю я её. – Расскажи лучше, какая я была до своей преждевременной кончины.
 
Глава 3
 
Пег не понимает моих шуток и смотрит испуганно. Но всё же отвечает:
– Вы, были тихой, замкнутой. Слово лишнего не скажете. Ни в чём не перечили отцу.
Я киваю. В голове уже сложился примерный портрет девушки. И он меня не радует. Такой я точно не буду. Пусть даже новоиспечённый папенька и не мечтает. Я уж точно не буду молчаливой овцой.
– Вы очень любили читать и постоянно что-то писали в тетрадках, – продолжала просвещать меня Пег.
– Подруги хоть у меня были?
– Я часто носила записки от вас вэйре Лионелле.
– Ты мне очень помогла, Пег.
– Простите, вэйра, мне пора бежать. Хозяин будет гневаться.
С первого этажа слышу ругань. Пег убегает, словно её здесь и не было.
Если бы я была на месте Розы, то куда бы спрятала свои записи? Если бы, да кабы. Прихожу к выводу, либо на самом видном месте, например, на этих книжных полках, либо в тайнике.
Мне спешить некуда. Во всяком случае, не замуж за выбранного папенькой жениха.
Дверь с грохотом отворяется, и в проёме показывается фигура того самого мужчины с претензией на элегантность.
– У меня что, сегодня приёмный день? Оставьте передачу за дверью и на выход, – я буравлю мужика злым взглядом. Он меня бесит. – Что за хамство такое? Бесцеремонно вламываетесь в чужую комнату. Это попахивает несоблюдением личных границ.
Мужчина начал задыхаться. Глаза стали бешеными. Он задёргал манишку возле шеи, ослабляя её.
– Скажите на милость, зачем так туго завязывать? Вы же можете задохнуться, – сочувствую ему я.
В меня как будто вселился бесёнок. Это надо быть полностью отбитой на всю голову, чтобы провоцировать монстра.
– Пег мне сказала, что ты ничего не помнишь, – голос сиплый. Но я слышу в нём надежду.
– Я даже не знаю, кто вы, – не разочаровываю я его.
– Хм, я бы сказал, неожиданный эффект, – себе под нос бурчит он.
– Может, всё же представитесь? – говорю я светским тоном.
– Может, и представлюсь. Я твой отец.
– Весьма печальное известие. А женщина, которую вы с таким усердием избивали, моя сестра?
– Да, ты действительно странная. Это твоя мать.
– Не повезло ей, – задумчиво говорю я. – Очень не повезло.
– Знаешь, почему я тебя до сих пор не наказал за дерзкое поведение?
– Просветите, сделайте милость.
Кажется, что папаньку сейчас грохнет кондратий. Вот был бы праздник. Но нет! Я с интересом смотрю, как его лицо приобретает нормальный цвет.
– Мало я тебя бил…
– Не переживайте, папаша, нормально так били, что весь страх отбили. Знаете, какая штука, – стоит переусердствовать, и все усилия насмарку.
– Да, от тебя нужно побыстрее избавляться.
– Не сомневаюсь, что вы ни перед чем не остановитесь. Можно последнюю просьбу?
– Можно, – рявкнул отец. Мне удалось довести папаню до белого каления.
Мне сложно принять чужих людей за свою семью. Против фактов не попрёшь, эти упыри и есть моя семья.
– Прошу заменить смерть на вечную ссылку.
– Рад, что наши желания совпадают.
– А уж как я рада. В знак любви и преданности верните мне ключ от комода, – делаю вид, что раздумываю, и добавляю, – пожалуйста.
– Чего ещё изволите? – саркастически ухмыляется он.
– Учебник по истории. Получается, что я даже не знаю, в какой стране живу.
– В Иларии, – нормальным тоном говорит отец. Может не такой уж он и чудак, на букву «м». Надо присмотреться к нему.
– И на том спасибо, – я делаю поклон и вскрикиваю от боли. Пользуясь случаем, якобы теряю сознание, чтобы папуля мой расчудесный не расслаблялся. А то уже золотые дублоны в глазах замелькали. Решил сбагрить меня поскорее.