Я – невеста Кощея, или Ленка, ты попала! (СИ)

Должна.
Иначе всё было напрасным.
– Плохо дело, – прошептала Кладенец, разглядывая кишащее чёрными как смоль воронами небо над замком Кощея. – Силу чуют. Выжидают.
– Хочешь сказать, что Кощей призвал тьму? – осторожно уточнила я у меча.
– Ещё нет, – покачала она головой. – Но в любой момент может.
– Это ведь хорошо? – не совсем поняла я опасения Кладенца.
Ведь Клава сама говорила, что Коша в любой момент мог вырваться и лишь беспокойство обо мне связывало ему руки. Возможно, он знает, что я скоро буду в замке…
– Ты главное не пугайся, когда он тьму призовёт, – задумчиво протянула Кладенец. – И помни, что тебе чары не смогут навредить. Никогда. Даже если он всю силу в твою сторону направит. Как с гуся вода тьма стечёт. Запомнила?
– А зачем Кощею ударять меня чарами? – нервно переспросила я, снова почувствовав, как душу охватывает тревога.
– Птиц больно много, – туманно ответила меч. – Гневается Коша. А в таком состоянии тьма верх над разумом взять может.
– Что…
– Ясноглазая, – позвал меня Финист, останавливая своего коня и вынуждая меня так же натянуть поводья. – Хочу сделать небольшую остановку. Нас до вечера одних не оставят, так что…
До главных ворот оставалось метров сто, не более.
– Как скажешь, – покладисто согласилась я, позволяя снять себя с лошади.
Эту «запланированную» остановку мы тоже несколько раз репетировали.
– Для тебя тьма безопасна Елена, – ещё раз напомнила мне Кладенец, перед тем как проявиться мечом в моих руках.
– Какая же ты у меня красивая, ясноглазая, – Финист продолжал обнимать меня, пока я аккуратно прикрепляла Кладенец к его поясу, стараясь не обращать внимание на слова мужчины.
Если кто-то сейчас за нами следил, мы выглядели милующейся влюблённой парочкой, не более. Это всё пришло в голову Клаве, кстати. Она предположила, что Святогор может захотеть проверить Кладенец. А так как фальшивку в руки может взять любой – на поясе Финиста было решено оставить настоящий Кладенец.
Главное, чтобы сам мужчина, забывшись, не решил взять его в руки или положить ладонь на рукоять. Как показал опыт – при попытке взять меч, ладонь испытуемого получала лёгкий ожог.
– Может уже отпустишь меня? – отступила я на шаг, когда дело было сделано. – Дядюшка уже заждался.
Для поддержания легенды, Финист сухо поцеловал меня в висок, после чего помог забраться в седло. Оставшуюся дорогу мы провели в тишине, иногда переглядываясь. Влюблённые новобрачные, как-никак.
– Не поняла… – прошептала я, когда подъехав к воротам, увидела вышедшего нам на встречу… Финиста. – А…
– Соловей, – радостно поприветствовал его остановивший рядом со мной коня Финист, пока я сидела с открытым ртом, переводя взгляд с одного мужчины на другого.
– Брат, – поприветствовал его Соловей, голосом, который я слышала в доме у Яги.
Это он меня тогда отнёс к реке, перед тем, как высказал Василисиной бабке своё недовольство моим убийством.
– Близнецы, – в шоке выдохнула я, наконец-то сформулировав мысль.
– А я тебе разве не говорил, ясноглазая? – подмигнул мне Финист, подхватывая меня из седла и спуская на землю.
– Нет, – мотнула я головой, вглядываясь в лицо Соловья.
Отличий, кроме голоса, я не видела. Оба немного лукаво щурили глаза, оба блондины, с немного хищными лицами…
– Какое упущение с моей стороны, – усмехнулся Финист, представляя меня брату. – Познакомься, Соловей. Елена, моя супруга и твоя названая сестра.
– Лелеять буду, как свою собственную возлюбленную, – склонил передо мной голову Соловей. – Рад, что Яга ошиблась, Елена, – и добавил чуть тише для брата: – Она у тебя притворяться любит, брат. Имей в виду. А то мало ли, где ещё решит…
– Соловей, – с улыбкой перебил его Финист. – Хватит.
– Ну, тогда пойдём, – усмехнулся брат моего «мужа», скользнув взглядом по Кладенцу на поясе Финиста. – Святогор ждёт.
Словно в замедленной съёмке мы втроём вошли в ворота и прошли через небольшую площадь, по периметру которой стояли стражники, опасливо косясь в чернеющее небо.
 
Кладенец правильно заметила – воронья было очень много, и это меня настораживало.
Как в тумане помню дорогу до тронного зала, в котором мне удалось побывать лишь однажды, когда Кощей назвал меня своей невестой. Казалось, что с того дня прошла целая вечность.
– Здравствуйте, гости дорогие, – Святогор встречал нас сидя на троне Бессмертного, с улыбкой переводя взгляд с меня на Финиста. – Как дорога? Не утомила?
Среднего телосложения мужчина, с лицом, исчерченным морщинами, смотрел на нас с хорошо читаемым триумфом в блеклых глазах. Мне стоило огромных усилий улыбнуться и остаться на месте, вместо того, чтобы броситься к Святогору и вцепиться ногтями в его довольную физиономию.
– Планы на день и ночь у нас были иные, Святогор, – приобняв меня, спокойно ответил ему Финист. – Но мы умеем расставлять приоритеты верно.
– Умеете, – взгляд Святогора остановился на мне. – Признаться, я думал, ты больше пошла в отца, Елена. Приятно удивлён, приятно… Ты ведь знаешь, кто я?
– Разумеется, – я твёрдо ответила, выдержав её взгляд. – Ты мой дядя. Не могу сказать, что помню тебя… Я и Салтана с женой почти не помню, – усмехнулась я, чуть скосив глаза в сторону, услышав звон цепей. – Но рада встретиться лично. О твоих… делах, я наслышана.
Мужчина молчал, ожидая, пока из бокового коридора к нам выведут Кощея. Сложно описать, каких усилий мне стоило лишь мазнуть по нему взглядом, обратив всё своё внимание обратно на Святогора.
Но даже мельком я успела заметить тени под его глазами, усталый вид. Кощей словно похудел, насколько я могла отметить… да и весь его вид мне показался видом потерянного человека. Злого, усталого и одинокого.
– Василиса, – отдал приказ Святогор, когда стражники остановились в нескольких метрах от нас, держа цепи, продолжающие сковывать Бессмертного.
Я чувствовала на себе его взгляд. На лице, на шее, снова на лице. Он обжигал меня, словно пытался добраться до души, но…
Рано.
Сейчас было слишком рано действовать.
Только эта мысль заставляла меня оставаться отстранённой, изображая ленивый интерес на лице от происходящего вокруг.
– Жжётся! – закричала Василиса Прекрасная, по воле Святогора приблизившаяся к нам и дотронувшаяся до меча.
Всё же правильно Кладенец предположила, что нам могут устроить такую проверку. Вот только… либо это моё воображение разыгралось, либо в зале действительно повеяло холодом.
– Святогор, – немного обиженно протянул Финист, наблюдая за тем, как Василиса баюкает свою повреждённую руку. – Моя супруга добровольно передала мне Кладенец. К чему это всё? Мы же на одной стороне. Так к чему столько недоверия?
– Недоверие? – хохотнул Святогор. – Скорее я просто приятно удивлён. Всё же сердце Кощея…
– Ха! – я сделала несколько шагов вперёд, прикидывая, как ненавязчиво подобраться к Кощею. – Сердце Кощея? Мой дорогой дядюшка, ты кажется забыл, кто и где меня воспитывал.
Воспользовавшись обращённым на меня вниманием, я сделала ещё пару маленьких шагов, изображая задумчивость.
– Тебе не стоило тратить зря силы, – пожала я плечами. – Мог просто попросить достать меч. И всё. Без участия Яги и Василисы, – я сделала ещё шаг, делая вид, что направляюсь в сторону Василисы. – Жалкие создания. Они ведь попросили цену за свои услуги? Верно?
– Допустим, – благосклонно отозвался Святогор. – Но это не объясняет твоего желания помогать мне. Добровольно помогать.
– Я росла в мире, где нет магии, – спокойно ответила я, стараясь выглядеть как можно убедительнее. – Там всё просто. Есть тьма, а есть свет. Есть добро, а есть зло. И с детства учат не путать эти стороны, и всегда выбирать правильную. Неужели ты думал, что я захочу связать свою жизнь с… этим? – я поморщилась, делая шаг в сторону Кощея. – Даже играя роль Василисы я старалась провалить все испытания, чего бы мне это не стоило.