Тараканьи бега - 2 (СИ)
Со всеми двенадцатью мы управились в полтора часа. Включая разделку. Я ею занимался в паузах.
— Впечатляет, — в конце развёл руками Гаррот. — У этих же тварей на всю их длиннючую длину уязвима только башка. Мелких ещё можно перерубить пополам, а для этих дур небольшие порезы не критичны — рубить и рубить… Но как? Только, если при этом кто-то держит пасть, кто-то хвост, ты с топором — посередине. А ведь это бирюзовые гадюки — у них тоже есть ментальная магия! Однако, вы воспользоваться ею змеям даже шанса не дали!
Мы переглянулись. Змеи ею пользовались. Но мои кинжалы наполовину оглушённым тварям смогли противостоять. Потом Тарра покажет мне обмороженную кожу на голени, к которой был пристроен её кинжал. Но… но все орки после второй “баронессы” получили навык Сопротивление (самой первой Система им засчитала “графиню”), и потом — мне после десятой, а им — после последней двенадцатой — Система этот навык улучшила. Гному ничего не досталось, потому что у него он имелся сызначала расовым бонусом.
Ящики в зале, куда мы пробились, выглядели помельче и были забиты оружием. Теперь на шестерых всё делилось очень легко. Оружие — очень качественное. Мы их, как водится, разыграли, а потом поменялись, и Оггтей с Таррой сразу поменяли свои мечи на новенькие, чуть разные. Оггтей себе взял более заточенный на ловкость, а Тарра — на силу. И у обоих — повышенный шанс на пробой лат (физической защиты).
Впрочем, это было общее свойство у всех комплектов. У лука, который сразу отдали Креттегу — тоже. Причём, именно у лука. То есть любая стрела, пущенная из него, имела шанс стать бронебойной.
Про свою командирскую долю я сказал, что беру деньгами. Орки — даже орчанка! — с облегчение выдохнули: уж больно ладно выглядело оружие и расставаться с ним — даже с одним-единственным кинжалом из трёх клинков, хранившихся в одном из ящиков, им — ей! — было бы трудно.
Гном тоже одобрительно хрюкнул, оглядел содержимое доставшихся ему хранилищ, картинно похлопал по карманам и выложил десять монет.
— С собой больше не ношу. Пятьдесят отдам в городе.
— Ты, хочешь сказать, что один ящик потянет где-то на пятьсот золотых? — сглотнул б ыстро подсчитавший сумму Ветогг.
— Ну, плюс-минус, — пожал плечами тот. — Кто-то даст меньше, у кого-то может получиться выторговать больше. Лекс, согласен?
— Ты — здешний, тебе в местных ценах сподручней ориентироваться, — буркнул я и сгрёб монеты.
Если доспехи финального квеста стоили тысячу, то пятьсот для одного из обычного — хорошая цена. С тысячи за двух 6 % вычислять легко.
Тут же передо мной возникли четыре кучки по шестьдесят золотых. Ведь, когда у тебя вдруг появились шесть с половиной сотен — расстаться с шесть десятком выглядит несущественным. Больно быстро забывается, какого это — зарабатывать один-единственный.
— А что дальше? — спросил меня гном. — Графиня, баронессы… теперь служанки на побегушках?
— Прошлый раз это были хакариды пёстрые, 14-ый уровень.
— Здесь ждёте змей? За тем отнорком? — махнул он рукой в дальний конец зала.
В этой половине зала стены не были выровнены, и они сейчас все испещрялись тенями, но гнома их мельтешение не запутало — рука его указала точно туда, где для меня чуть мерцала отметка «Покорителя пещер». Выход. — Хотите вычистить уровень?
— Не хочу, — отказался я. — Парни, а вы? Отдых в городе или зачистка тварей 14-ого уровня? Всё как раньше — их будет около четырёх сотен штук, каждая — минимум золотой.
Орки переглянулись:
— Так они ж всё равно не расползутся! — выразил общее мнение Ветогг. — Только…
Я не стал дожидаться формулировки его сомнений.
— Мы, Гаррот, тут все не из подгорных племён. Камень давит. Хочется выбраться на свежий воздух.
— В принципе до степного выхода полтора часа хода. Но уж там-то вас наверняка ждут. Впрочем, триктты вас ждут повсюду.
Тарра сидела рядом, и я почувствовал, как её плечо плотнее прижалось к моему.
— Всюду не всюду, а у нас считается, что возвращаться — плохая примета. Так что, мы пойдём другим путём. Тем более, что теперь у нас есть ты. Пробить два ярда песчаника — тебе сколько?
— Чтоб Оггтей пролез?
— Да. Только ещё — потом надо будет закрыть за собою. Нечего служанкам шляться по господской части дома.
— Тогда дольше… — он посмотрел на наши напрягшиеся рыла и ухмыльнулся: — Почти час.
— Тогда сейчас тронемся. Креттег только сбегает — позакрывает все оставшиеся за нами двери.
Когда парень вернулся, мы и пошли. Удачно вышло, что на этот раз вход в помещение, где ранее ютились благородные дамы, прятался в самом конце кишки коридора, то есть, выйдя из него, мы гарантировано не оставляли за спиной противников. И здорово помогла и ещё одна оказия, я даже сначала подумал, что просто змеи — менее социальны, чем хакариды: такой массовой атаки, как с ними, не случилось. Самая большая группа, атаковавшая нас, насчитывала только двенадцать голов. Но потом гном буркнул, мол, как же это приятно, оказывается, начинать с верхушки данжа: идём теперь, как по проспекту, змеи с потолка не прыгают, ядом не плюются, массой не заваливают, да и скорости своего уровня не показывают. Поэтому? Нет вдохновляющего даже издали, самим своим существованием, призыва старших по данжу?
Я Разделкой отряд теперь не сильно задерживал. Пару ударов ножом, и идущие рядом орки подирали лут. Золотой удар, между прочим, порадовал одной серебряной монеткой и одним золотым колечком. С пятидесяти двух змей. Мелочь? — лиха беда начало! Кольцо давало +15 % к сопротивляемости ядам, досталось оно мальчишке, и тот сразу нацепил его на мизинец.
Так, без особых хлопот мы вышли к нужному месту. Здесь крайние веточки двух соседних стволовых ветвей древа пещер почти сходились. Я остановился и показал гному на стену: бей тут. Он остановился, огляделся, недоумённо покачал головой: «Как только ты это определяешь?», потом побегал да десяток метров туда-сюда и рубить стал немного не там, объяснившись: «Здесь почти на три дюйма тоньше». А как он это определил? Моя карта такой деталировки не выдавала.
Гном с потешной основательностью измерил ширину плеч Оггтея, потом заставил его лечь рядом со стенкой и отметил необходимую высоту. Я он будет рубить по контуру, чтобы после получившимся блоком и заткнуть дыру — нет. Чем-то вроде здоровенной стамески гном начал орудовать, как отбойным молотком — только осколки в разные стороны полетели. Несса, чуть всполошилась, но Чи-сан отсоветовала вмешиваться: он мастер и техзадание наверняка помнит. Тогда и Несса успокоилась: а забыл — так будет, чем ему в нос тыкнуть!
Тыкать не пришлось: у гнома всё держалось под контролем, даже осколки, оказывается, были откалиброваны! После работы весь мелкий мусор — и намекать не пришлось! — он смёл в мешок и подсказал Креттегу, куда сбегать — высыпать, а крупными, выползая последним, заложил дыру, укрепив конструкцию магией. Теперь, не знаешь, что искать — пройдёшь и не заметишь.
«— Хм, — задумалась Чи-сан, — ведь если сюда вернётся, снять цементный каст ему две секунды дел будет, да и ещё… Если кто другой разберёт, он, может, даже почувствует…
А окончательно, он свою долю отработал, когда переправил нас через провал. Моя карта ничего не предвещала: как мы шли вдоль стены, так стена дальше и шла, как показывала она ответвление, так мы его перед собой и увидели, а что оно было ниже метров на семь, так рельеф вообще нигде не был прописан.
Гном задрал голову и показал на дыру:
— Когда-то водопад был. Вот вода и прорубила себе русло.
— Я перепрыгну, — примерившись к пяти метровой провалу, сказал мальчишка.
Мы начали прикидывать: как обвязаться страховочным линем, чтобы парень удержал на весу не долетевших, но гном заявил:
— Прости, паря, но себя я тебе не доверю! — о обернулся к остальным: — Дайте мне минут пятнадцать…
И как паук… Навбивал в стену десять штырей…
«— Господин, они называются крючьями…