Тараканьи бега - 2 (СИ)

— А чем твои лучше?
— Я выкупать их не буду.
— Усса… — мечник с усилием оборвал себя. — Почему?
— Может случиться, что я ещё хвастать буду, что мы первыми сразились с ним. А кто не верит, то вон те клыки — мои!
— Хм…
— Жалко только одно. Мы так и не знаем, та орчанка, которая зашла в переулок — Кеттара или нет. Сообщить бы клану трикктов, что Кеттара в городе — они за это хорошую бы мзду отвалили.
— Мне кажется, — подал голос весь разговор промолчавший Кеттег. — Это она. Высокая, красивая, в боёвке — кто ещё?
— Ты же не видел лица, почему думаешь, что красивая? — хмыкнул Оггтей.
— Не думаю — чую.
— Чем? — захохотал мечник.
Маг усмехнулся тоже, но примиряюще добавил:
— У него Восприятие больше двадцатки. И он с клёвыми самочками на моей памяти ещё ни разу не ошибся. И тут — скорее всего тоже прав.
— Ну, так, парни, давайте, а?
— Это может быть какая-нибудь новенькая. А что хорошенькая, то кто из них при старте морду себе покраше не нарисует? — скромных таких не бывает. Чернь ты не видел?
— Нет, далеко ж было!
— Нет, значит, нет. Потому что, если ошибёмся…
— Что, убьют, что ли?
— Нет. Но если сунемся к ним — на нас обратят внимание по-всякому. Опомниться не успеешь — в клане окажешься. С призом можно бы и рискнуть: хороший шанс, что в отряд охотников определили б, а начинать у трикктов с самой жопы… Без меня. Мне моя жопа дороже.
Двое других переглянулись, Кеттег нервно вздохнул, а Оггтей только сжал зубы.
  
Глава 3. Тихая неделя
 
3. Тихая неделя
Когда я в третий раз появился в переулке, Гауз так возрадовался, будто из боя вернулся не случайный захожий, а его любимый племяш. Да, возликуй я настолько победе на дуэли малознакомого парня, мои коррелятки точно бы тревогу подняли.
— Вижу, всё получилось!
Я кивнул:
— Сколько досюда добираться от кладбища?
— Час. Хотите дождаться? Вызвать их у Вас сегодня больше не получится.
— А у них — запросто. Пусть попробуют.
— Перекусишь пока?
— Нет. На набитый желудок драться? Да и перед ужином аппетит сбивать… У меня другое дело есть… — и я вытащил за волосы первую попавшуюся орочью башку. — Я обещал им ожерелье, — дождался понимающей усмешки артефактора и закончил: — Где-нибудь есть дантист поблизости? –
На моей карте мы никакой подобающей отметки не обнаружили.
— О! — восхитился Гауз. — Вы умеете удивить неожиданно-очевидным решением. — Идёмте, я провожу.
Оказывается, здесь больные зубы в ведомости у цирюльников. А ближайшая цирюльня пристроилась буквально за углом.
— Вы, правда занимаетесь проблемами с зубами? — на всякий случай удостоверился у цирюльника я.
— Молодой человек, у ваших — проблем с зубами не бывает, — брюзгливо проворчал гном. — Чего Вам от меня понадобилось? — говорите прямо.
— Правда, не бывает? Это дело радует. Но вот у этих… — я вытащил две башки, которые побольше. — возникли. Мне нужны их клыки. Не испортите?
Парикмахер даже не поморщился. Подошёл, достал что-то вроде металлической ложечки, стукнул, вслушался в звук.
— Нет, клыки крепкие — и обернулся к Гаузу — Это ж те самые?
Тот молча кивнул.
— А третий? Мелкий хам?
Я поменял два на один.
— Этот?
— Бальзам на душу. Но молодой человек, Вы должны понимать, что работа нестандартная, грязная…
— Серебряная драхма!
— Странно, Гауз, не скажешь, почему мне хочется сразу уступить этому человеку?
— Потому что достали, Преорт. Потому что достали!
— И действительно. Подождите, сейчас принесу клеёнку.
Управился он в десять минут.
Ни через час, ни через полтора орки не появились. Я, по настоятельному совету мэтра Гауза, отправился в центр — и зарегистрироваться, и сгрузить деньги в банк: «Зачем Вам ненужная реклама своего благосостояния?!». Я внял. Тем более, что здешнее отделение давало 6 % годовых — это 4 % наших. Я положил 2400. В год процентов с них должны набежать неожиданно ровные 100 золотых. А в месяц 8,33. Если учесть, что здесь и один золотой считается неплохой месячной зарплатой, я могу переходить на образ жизни рантье. А ещё я всё-таки надеялся, что Система разберётся с моим переименованием, и деньги за второй финальный квест я получу, а это ещё 6 000! И, так как рюкзака они минуют, то вся это сумма будет моей.
 
Данное предположение имело значимое обоснование. Перед этим, я зашёл в местный Гостиный двор (тот в шаге от центральной площади расположился!) и потребовал ключи от «своей комнаты».
— Извините, но Вы у нас не значитесь.
— Зови хозяина!
— У Вас могут быть неприятности…
— Хозяина!
Появился напыщенный эльф, от дверей ко мне поближе переместились двое орков с дубинками.
— Мне говорили, что, сняв комнату в одной локации, меня примут в любой. В чём дело?
— Господин Лекс… — через небольшую паузу ответил эльф. — Вашего имени в наших списках действительно нет.
— Проверить список касательно меня более тщательно возможность есть?
— В случае подтверждения нашей позиции, Вам это будет стоить один золотой.
— Делайте! — выложил я золотой на бар.
— С Вами приятно иметь дело, — улыбнулся хозяин. — Пройдёмте.
Ушли мы недалеко — в его кабинет, там он потребовал, чтобы я, положив руку на светлую панель, повторил утверждение, что личная комната мною оплачена. Искренне удивился, когда она высветилась мягкой голубизной. А потом попросил каплю крови.
— А это не будет считаться раной? — уточнить меня попросила Чи-сан. И глядя на его недоумение, пояснил: — У меня всё ещё идёт период “без единой капли крови”. Не хотелось бы его по пустякам сорвать. Я предпочту заплатить ещё раз.
— Без раны до второй локации? Мои поздравления!
«— Господин!..
— Вы же понимаете, что это сугубо конфиденциальная информация? — тут же озвучил беспокойство и я.
— Да, господин. И нет, господин Лекс. Ритуальная кровь не считается раной. Она… м-м-м… проходит по другой ведомости.
Наверное, по той самой, в которой вписалась кровь из моего, прокушенного Хельгой, уха.
Игла, квадратик стекла, укол, капля крови, вспорхнувшая в кабинет эльфийка, вспорхнувшие её реснички… Выпорхнула.
Используя своё Лечение, залечил ранку. Оно у меня было настолько слабым, что только на подобные пустяки его и хватало. Да и я теперь старался ввести использование магии в рефлекс. После драки с орками Чи-сан несколько минут зудела, что ни на ком из них не было использовано «зеркало Катли». Вдруг у орков имеется какая-то не стандартная для человека уязвимость! Не говоря уж об их доспехах. Может, с магом можно было не сжигать всё в хлам! Я пытался спорить, что даже, если бы Зеркало что-то и показало, всё равно рисковать было нельзя: мало у нас ещё опыта его использования. «Вот я и говорю, что опыта надо набираться, господин!»
— Я уже болею за Вас, — опять улыбнулся мне эльф.
Через пару минут девчонка появилась опять. С подносиком. На котором лежал знакомый ключ.
— О, поздравляю! — тремя отчётливыми хлопками поаплодировал мне хозяин. — И извините за причинённое беспокойство. Но… — он покачал головой. — На моей памяти, на моей долгой памяти, Вы первый, у кого обряд теста крови перебил Список!
«Список» — он произнёс так, как будто он был набран капслоком.
В банке сразу потребовал провести «обряд теста крови». После которого для проверки попросил перечень последних проведённых мною транзакций. Переводы Джимайи Аркенанне и Таурэтариэлль в нём имелись. Убедился у тамошнего оператора (хитроватый мужичок такой), что переводы на старое имя мне по-прежнему будут доступны, а новое, при этом, у отправителя никак не высветится. Тот возвёл очи долу, вздохнул, но серебряная драхма опять решила все выдуманные им затруднения. Перевода от Грегора ещё не было.
В почтампт не пошёл. Нашёл себе отговорку, что отправлять почти разряженный накопитель не след. Хотя на самом деле, конечно, надо было убедиться, что орки больше не заявятся, и мне их глушить мегатоннами маны не понадобится. Но, что на двенадцать стразов в «гнездовый щит» тратиться придётся — смирился.