Тараканьи бега - 2 (СИ)
— Я, Оггтей…
— Я, Креттег…
Так, дальнейшее будет не для наблюдательного трактирщика и непосредственных орков.
— Парни, подождите нас в той комнате, — махнул рукой я.
— Нет, орчи, — встала и улыбнулась орчанка и указала на другую дверь, — идёмте туда. Там у меня для вас будет тёмное пиво.
Я только поморщился на себя: сдуру указал оркам на свою спальню. Не прибранную.
— Пиво! — вскочил Ветогг, а за ним и остальные. Вышли.
Мои предчувствия оправдались: нам предложили то, чего хотели просить мы сами. У меня была “карта всех подземелий”. Подземелий карстовых пещер под Диверхауном — в том числе. А у таверны «Кривой рог» издревле был проход по ним за городскую стену: небольшой бизнес с контрабандой, но недавно он пресёкся. Что там — пока неизвестно: большинство зашедших не возвращались. Нужны были бессмертные, но орки с их клаустрофобией заламывали дикие цены, а остальные не хотели связываться с орками. А тут мы… На наградах золотом которым, теперь даже сэкономить можно.
— Пройдёте и уйдёте.
— Мы не возьмём посторонних. Карту дашь?
— Да негде там особо плутать, тропа пробита отчетливо… Хотя в закоулки, некоторые стоит глянуть… Я их сам, молодой был, все облазил, ничего интересного там не было… Хотя теперь… Лови карту.
Моя собственная тут же подкорректировалась. Поколения трактирщиков, например, кое-где мостки даже перекинули. Карта все их исправления выделила цветом или штриховкой.
— Как ты узнаешь, что мы прошли? Возвращаться мне совсем не хочется. Да и сколько провозимся — предположить сложно. Не будешь же ты здесь целый день сидеть, нас ждать?
— М-м-м… На! — он пошарил в карманах и дал мне горошину… потом ещё одну, теперь не зелёную, а жёлтую. — Это дымовики. На той стороне немного травы подожги и брось в огонь. Если, посчитаешь, что проход стал безопасным — зелёную, если засомневаешься — жёлтую. Но, звиняй! — экспу тогда я не перечислю.
Хорошо иметь репутацию! Когда тебя не подозревают в мелких подлостях.
— Принято. Мы готовы выйти прямо сейчас.
— Прямо так? — кивнул он на мой купеческий жилет.
— Всё моё ношу с собой. Остальные — тоже. У входа переоденемся.
— Всё время забываю…
— Обеспечь наш незаметный проход к началу прохода.
— Четверть часа.
Он уложился в десять минут.
Куда идти, я и без него знал, но ключей к его замкам у меня не было, слуги бы нас увидели, да и разглашать сведения про особенности моей карты всем подряд не хотелось.
Вход в подземелья в одной из кладовых был замаскирован под один из здоровых шкафов. Трактирщик распахнул его дверцу, за которой оказалась окованная железом дверь, он снял с её засовы, распахнул и указал на мглу:
— Вам туда. И дальше сами.
Мы вошли, дверь за нами захлопнулась, и с той стороны опять лязгнули засовы. Вспыхнуло несколько факельных фонарей — что такие, как у меня были у всех, я ещё с прошлого раза выяснил. Пейзаж был знакомым: камни, камни — и нависающие сверху, и выпирающие с боков, разве что по полу было более-менее сглажено. И в предыдущем подземелье основной тон расцветки был грязно-бурым, а здесь — грязно-светлым. И, может, ещё и поэтому уводящий вниз проход не так давил на нервы, как в верховьях Оршвы. Орки обоего пола тоже не выглядели на столько придавленными, как там. Ну с ними-то понятно: они свою единичку к отношению к ним Катарея не теряли.
До ближайшего поворота было около десяти метров.
— Внимание, здешнюю карту мне дали. Передаю её всем. Ловите!
— Есть! — за всех отозвалась Тарра.
— За тем поворотом до следующего — видите? — словно небольшая комната, как раз уместимся — переоденемся. Креттег сбегай — глянь. Но осторожно!
— Чисто! — донеслось вскоре.
— Парни — туда, Тарра — мы тебя ждём! И можешь не торопиться. У тебя четверть часа. Кто переоденется — смотрит карту! Все думаем, что могло случиться с безопасностью прохода!
Орчанка до сих пор была в своём платье и при своих лаковых туфельках. Переодеться ей — секунды, казалось бы. Но давать оркам возможность хотя бы секунды видеть её в неглиже… Да даже видеть, как она те же туфли снимает… У меня аж зубы сжались только от предложения такого!
Разошлись. Я опять отправил пацана за угол, чтоб оттуда внезапно не выскочило ужасное нечто, и некоторое время в нашей “комнате” царили вязкие перестуки, шуршание, звяканье… Потому что, если по тревоге системные латы надеть требуются — мгновения, но, если с чувством, с толком, с расстановками… Проверить, всё ли село, как надо, поприседать, попрыгать. Я не торопил и не спешил сам: это как в раздевалке перед рингом — своеобразный ритуал, который вводит в боевой режим.
«— Я готова, — по отрядной связи донеслось от Тарры. — Вхожу.»
«— Да», — отозвался я и вытащил из рюкзака два табурета.
— Присаживайтесь, леди, — указал ей на один. Латная красавица улыбнулась, села, я следом на свой. — Итак, кто, что может предположить?
— Ох уж эти хомо… — пробормотал Оггтей и в несколько приёмов в своём доспехе уселся, где стоял.
— И не говори! — хмыкнул Ветогг и сел тоже. У него в его кожанке получилось непринуждённее. — А что случилось… Ясно же. Завёлся кто-то. Зубастый сильно.
— Пообломать — делов-то! — хохотнул здоровяк.
— Тебе ещё что-нибудь Тоггорий сказал? — поинтересовалась орчанка.
— После первой пропажи было ещё три попытки пройти. Из них одна — успешная. Мальчишка промчался весь путь, сломя голову. Следующему повторить его бросок не удалось. Тоггорий уверен, что второй был не менее быстр, чем первый.
— То есть сам проход — чист. А парню повезло.
— Скорее всего. Чудо-юдо отлучилось по своим семейным делам, он и проскочил. Далее, оно — не с поверхности.
— Ага. А то бы жертвы и на подходе были бы, — согласился мечник.
— А раз оно не с поверхности, то из глубин. То есть где-то, что-то рухнуло, и открылся новый проход. И я полагаю, что обрушилось в левой кишке.
Весь контрабандный проход был действительно, как и говорил корчмарь, достаточно прямым, но от него отходило в разные стороны два отростка. Оба закачивались тупиками, но ближний к нам левый… Он мне сразу своим долгим изгибом напомнил тот, напрочь заваленный — под таверной «Светоч» мэтра Вельдуиила. Но здесь его тупик отделялся от другого прохода, ведущего в целую сеть катакомб, стеной, пожалуй, даже потоньше, чем отделявшая подвалы эльфа от соседней пещеры… Которая дворфам всего на день работы…
— … И тогда вопрос следующий: что ты хотим больше — тихо пройти или взять лут?
— А что здесь вопросительного?! — не понял Оггтей.
И все орки, включая их принцессу, алчно захохотали.
— Тогда чего ждать — выдвигаемся. Я — первый. Мечники за мною. При боестолкновении будьте готовы сразу обойти меня. Ветогг, с тебя магия, Креттег, твой лук!
— Так и пойдём сызначала мы впереди! — не понял Оггтей.
— Вы можете что-то не увидеть, покачал головою я. — И второе… У кого-нибудь из вас чего-нибудь потяжелее нет? — ну, да, с калибром ручного пулемёта. Эх, мечты, мечты! — Молота, топора? Вдруг там — что-нибудь уж больно большое…
Орки переглянулись, а потом в руках каждого из них оказалось по топору. У Тарры — тоже.
«— Господин, топор для орка, как томагавк для индейца или катана для самурая — при воине по возможности всегда. В городах запрещено носить не зачехлённое оружие, а меч в ножнах выглядит престижнее, чем топор в чехле, его проще при нужде выхватить, да и носить удобнее. Но это один из сюжетов насмешек степных орков над подавшимися в город.
Я окинул взглядом хищные изгибы женского топора, покачал головой, а потом перевёл взгляд на чудовище Оггтея… Да уж… Это уже не пулемёт, это подствольник…
— Хотел сказать: в бою о них не забывайте, но такое разве забудешь…
Довольные дровосеки расплылись в улыбках и топоры убрали.
А я двинулся вперёд:
— Пошли!
Глава 13. Хакариды пёстрые
13. Хакариды пёстрые