Тараканьи бега - 2 (СИ)
“Командир”? И он тоже? Так, с этим надо разобраться.
— Я вам больше не командир.
— А ты стань, — буркнул Оггтей.
— Возьми нас в отряд! — попросился мальчишка.
— С чего это вы?!
— Нам теперь либо с тобой, либо с трикктами, — мрачно сообщил Оггтей. — Я на дуэли сдуру засветил Серебряный меч. Да убил бы он меня иначе! Вторая смерть! И чего его иметь, если таить?! Но теперь они не отстанут.
— Но у трикктов — мощный клан, а меня неприятностей…
— Ага, полная жопа. Но он, — мечник кивнул на мага, — уверен, ты выпутаешься, откуда угодно. И мы решили последний тест: оторвёшься сейчас от них — будем к тебе проситься.
— Почему? Зачем я вам?
— Потому что Серебряный меч — это добыча второй, а то и третьей локации, а не поганой единички!
— К трикктам не хочу, а ты нашёл защиту от новой магии, — пожал плечами их маг.
— Потому что с тобой — слава! — воскликнул их мальчишка.
— Какая, там слава, — не сдохнуть бы! Защиту нашёл не я, её сейчас артефакторы разрабатывают, и от трикктов мы ещё не ушли.
— Путь ты видишь, вместе мы прорвёмся, — убеждённо заявил Оггтей.
Конечно, иметь в отряде проверенную сильную группу это приятно. Но… Проверенную — на опыте боёв с никакущими гоблинами и никак не проверенную на верность. При том, что они сейчас едва ли не сильнее нас с Таррой. А если ударят в спину?
— Я подумаю. Но скорее всего потребую от вас клятву Системы.
Они погрустнели.
— Мы тоже подумаем, — наконец, сказал Ветогг. — И о тексте клятвы — тоже. Когда?
Идеально бы, ещё раз проверив их — вырвавшись.
— Завтра за завтраком. Перед выходом к «Рогу».
— Нет, — вмешалась орчанка. — Сейчас. Или клятву, или к “Рогу”.
Да, — тут же мысленно согласился с нею я. — Доверять им нет у меня никаких оснований. А если ночью они всё перерешают, то могут сообщить трикктам. И я кивнул:
— Да, сейчас. Итак, клятва, или мы уходим?
Орки переглянулись и Ветогг вздохнул:
— Командуй.
— Клятва! — воскликнул мальчишка.
— На год. На сохранение тайн, на ненанесение обдуманного вреда и на подчинение разумным приказам, — уточнил их маг.
Год здесь — это вечность. Да и ближе к концу срока можно будет подстраховаться. А сегодняшние тайны через год и без орков будут всем известны. “Непредумышленный вред не считается” — понятная оговорка. “Разумные приказы”… Нет, он тоже пока не имеет оснований не опасаться от меня распоряжения типа “пойди и убейся!”, но связываться с Системой в спорных случаях — ох, это себе дороже!
— Годится.
— Я, Ветогг приношу клятву Лексу. Я клянусь Системой не наносить вреда ни Лексу, ни отряду в его подчинении — ни обдуманным словом, ни обдуманным действием. А также хранить в тайне сведения, объявленные им секретными. А также подчиняться его разумным приказам. Срок клятвы один календарный год.
Он уставился на меня, а я ждал подтверждения Системы…
— Лекс, подтверди, что принимаешь клятву, — хмыкнула Кеттара.
— Принимаю!
И замигала звёздочка системного сообщения: «Игрок Ветогг принёс Вам клятву верности под гарантию Системы».
— Есть! — оповестил я.
— Есть, — вздохнул и Ветогг.
— Я, Оггтей приношу клятву Лексу…
— Я, Креттег приношу клятву Лексу…
Держать их вне отряда причин не осталось.
— Тогда слушайте первую секретную информацию. У меня очень странный отрядный интерфейс: его не видят члены моего отряда. В нулёвке видели. Но здесь по мне несколько раз проходил луч парасистемной магии их главного шамана промозглой мглы. Теперь я всё, как и прежде, вижу, а Тарра — ничего. Поэтому… Вы все трое же в объединённом отряде? — они кивнули. — Сначала Тарра вступит к вам, а потом я приму ваш отряд. Тогда вы хоть друг друга видеть будете.
Я очень старался не врать. Но и полную правду никому из них говорить не хотелось тоже. Да и зачем она им?
Они согласились. И у нас несколько минут проходили включения, переподключения, проверки. Я видел всех, а они все видели лишь своё подразделения отряда. Правда, слышали, если обращаясь адресно, слышали все всех.
Тут подошёл корчмарь с неожиданной просьбой: к нему обратились триккты с просьбой выкупить у меня их черепа… Клыки! — понял я. Они не хотят делиться своими клыками. Собственно говоря, вот эта троица просто поставила меня в безвыходное положение, а прославиться на всю Дианею, в качестве расчленителя — оно мне надо? Голову последнему я отрубал — секира постаралась, а забирал её чисто на автомате.
Достал оба.
— С этим, — показал на обгорелый череп, — у меня был честный бой. Претензий нет, возвращаю. А этот — не моя добыча. Оггтей? Сколько ты за него хочешь?
Он только руками не замахал:
— Я головами соплеменников не торгую! Забирай!
На меня, с этими отрубленными головами, такого брутального, и так уже пялились, а тут ещё эльф элегантно вскинул руку, вытянув вверх два пальца. И к нам — другого слова не подберёшь! — подплыли две остроухие официантки с подносами, замерли передо мной. Тут уж на меня уставился вообще весь зал. Пришлось пофиглярничать, черепа не сгрузить по-простому, а буквально возложить. Я еле удержался, чтобы не пригладить их чубы… Эльфийки отмерли и заскользили в другой конец зала к вышеупомянутому Корттегу. Теперь тому пришлось делать морду кирпичом. Но, сволочь, меня переиграл: убрав головы, он на каждый поднос бросил по горсти серебра! Девушки ему даже поклонились! Полюбовавшись на их декольте, он даже ухмыльнулся!
Да и чёрт с тобой и официантками! У меня под столом, укрытая свисающей почти до пола скатертью, ступня орчанки поднималась по ноге к моему колену. Нам обоим здесь уже надоело и хотелось другого. Но сначала… Корчмарь сегодня всё устроил идеально. И свою премию заработал. Расплатившись с ним, я спросил:
— Хотите подарок?
— Да! — буквально расцвёл он.
И мне вдруг вспомнились мои разноцветные эльфийки, захотелось и им сделать подарок и увидеть, как они умеют обморочно расцветать…
— В девять у нашего отряда будет завтрак. Без четверти встретьте меня у комнаты.
— Да я теперь ночь спать не буду, — засмеялся он.
— Так ведь мы — тоже, — засмеялась женщина.
— Кажется, я сейчас покраснею, — покачал головой очень молодо выглядящий древний старик. — Ваше высочество…
— Зовите меня — Кеттара.
— Спасибо, Кеттара, меня зовут Вельдуиил, — и повернулся ко мне: — Знали бы Вы, как Вам повезло!
— Я знаю.
Перевёл глаза на женщину и по отрядной связи хихикнул: «Показалось, что он предложит тебе звать его Дудик.», а вслух сказал:
— Идём.
Тарра, пряча улыбку, опустила ногу. Восприятие помогло мне расслышать, как она там, внизу, под столом, натянула туфельку.
— Да, дорогой. Я готова.
И мы встали из-за стола.
И в моей спальне под шорохи и ароматы степи продолжили выяснение сути термина «медовый месяц».
******************************************
Но Кеттара опять показала, что она — “лучшая”. В девять у нас завтрак. Значит, в восемь надо подниматься, значит, засыпать надо не под утро. И больше томного “не спеши” ни разу не прозвучало. Теперь она кричала: «быстрей!», «ещё!», «сильней!» и опять: «ещё! ещё!». И вскоре после полуночи я просто, на фиг, отрубился. Это, может, могло бы быть даже поводом к некоему утреннему самоуничижению, если бы не сообщение Системы:
«Поздравляем. Вы впечатлили свою первую женщину Дианеи. Секс +1. Текущее состояние: Секс =8.»
Без четверти девять вышел в коридор. “Дудик” уже ждал. Я попросил его провести меня в его подвалы. Он хмыкнул и повёл. По дороге спросил:
— А что Вы такое неприличное вчера сказали про меня своей подруге?
Он прочитал по нашим лицам? Значит, врать нельзя совсем! Да и умалчивать тоже не стоит. Да и впереди — подарок! Я рассказал. Но его реакция меня удивила:
– “Дудик”? Из уст грозной воительницы услышать такое к себе обращение было бы… мило. Мне многие позавидовали бы. Но просить об этом я, конечно, не посмел бы.