Тараканьи бега - 2 (СИ)

Я шагнул внутрь и потянул её за руку следом. Вошли. Загорелся свет.
Что она может оказаться здесь, я очень надеялся, так что, у меня было опрятно, солидно, просторно. И не одна уже комната — три. Эта — гостиная.
Кеттара огляделась, сжала мою руку и… и неожиданно, резко отодвинулась.
— Нет, так негоже! Где у тебя, в этих хоромах ванна? — я махнул рукой. — Я быстро. Входить ко мне запрещаю!
Ушла. И что всё это значит?
«— Да всё просто, хозяин: представляешь, ты её обнимать примешься, и начнёте доспехами звякать друг о друга! Не комильфо.
Слова-то какие выучила…
«— Господин, Вы её всё-таки впечатлили: «хоромы»! Но рекомендую переодеться тоже. И хоть чуть-чуть… обтереться, что ли!
Точно. Ванну она заняла, но на кухне вода у меня тоже имеется. И, так как время есть — стол! И шампанское! Нет — монастырское вино, его даже другая дикарка, Хельга, хвалила.
Тогда в прошлой локации, услышав, что “госпожа” поесть не успела, служанки натащили еды в библиотеку прямо к тайной двери. И когда Хельга после завершения промежуточного уровня вышла, она часть, вместе с тарелками! — побросала себе в рюкзак, про остальное же кивнула мне: «Возьмёшь!» Слуги с её самоуправством спорить не стали. Я и взял. Мне даже цапля ихняя досталась! С блюдом, а котором она лежала. И запечатанный кувшинчик вина.
А хранилище из Рюкзака — идеальное. Думаю, в нём — временной стазис, то есть, время вообще не работает. По крайней мере уже больше недели прошло, а на моей цапле, вон, капельки жира застыть так и не успели. Эх… Как же я забыл! — треть надо было эльфийке отправить! Что ж, не напомнили-то?!
«— Хозяин, такую мелочь?!
Договор есть договор. Чи-сан, обеспокойся, отдели. Следующий раз отправим. При пересылке не испортится?
«— Нет, господин. Почтовая пересылка аналогична в этом с Рюкзаком. Указание приняла к исполнению.
Некоторые проблемы у меня возникли только с одеждой. Я так и не прошёлся по столичным лавкам, и мои коррелятки бухтели, что одежда общей стоимостью в один золотой мне теперь не по статусу, не по моим нынешним деньжищам. Мол, щас эта принцесса вырядится, и ты, хозяин себя слугой чувствовать будешь.
Не, не буду. Да, машина на Земле у меня была дорогая, мечта детства — Nissan Patrol, но часы — уже нет. И мне это никогда не мешало: какая разница, в каких шлёпках ты гуляешь по Парижу, если в них ты гуляешь по Парижу? Не в парижах я вырос, и у нас ни графьёв, ни кутюров не было. И это она — в моих хоромах, а не я в её шатре!
И ещё одно я не успел — не успел подготовить извинения: так и не придумал, что подарить орчанке. Сами ящики прибыли быстро, я их внутрь затащил, а вот дальше… Орчанка, на удивление, оказалась спорой, сказала: «я быстро», быстро и управилась. Я ещё расставлял тарелки с последней закуской, когда услышал шорох её шагов. А потом возглас:
— Лекс, но откуда всё это?
Я, не спеша, пристроил паштеты и обернулся…
«— Ах! — сказала кельтка.
«— Принцесса, — согласилась Чи-сан.
Про принцессу весьма недвусмысленно намекала диадема, только это была оркская принцесса! И диадема — не плетение завитков, а скрещивание углов. И рубины, рубины… И наручи с браслетами на голых руках — в стиль им. Количеством рубинов — тоже. Да и на ноге… Платье… Не знаю, можно ли это назвать платьем — несимметричная конструкция из широких полос тёмно-красной, почти багровой ткани, вроде бы многое прикрывающей, но живот — голый, одна нога, вид сбоку — полный обзор. И вот, в этой прорехе — мелькнула точно такая же «подвязка». Но не невесомая тряпка с кружавчиками и воланчиками, а тоже металл и рубины. И лишь туфельки… Туфельки — те не из степей, те наши, городские, дворянские — с носочками и десятисантиметровыми каблуками!
Я шёл к ней и придумывал комплимент, но, когда сблизился, сбоку резко шевельнулась штора — Тарра сразу туда повернулась и сжала мне руку. Я левой рукой успокаивающе пригладил её ладонь, подвёл женщину к окну и одним движение откинул тяжёлую ткань. Окно было раскрыто, а за ним расстилалась степь. Солнце уже закатилось, небо заполнилось темнотой, и только немногочисленные облачки подсвечивались последними, почти фиолетовыми лучами. И почти влезал в окно разлапистый колючий куст местного чертополоха.
 
— Ох, — сказала она.
А из неподалёку надрывались местные сверчки, а издалека донёсся резкий крик хищной птицы.
— Креттег, — сказала она.
«— Местный орёл, — пояснила Чи-сан.
— Ты ждал меня, — сказала она.
— Да, — не стал спорить я с сугубой очевидностью.
И в ответ её фирменный поцелуй, когда…
Нет, Восприятие меня не подвело, начало движения я увидел едва ли от ни до его начала, но дальше… Не знаю, как Сила, но её Ловкость, а значит, Быстрота были едва ли не вдвое лучше, чем у меня, да и движения… Может, они из каких-нибудь женских кат или здешней расширенной Кама-сутры? В общем, как я из стойки “рядом” оказался в позе “объятый” — я не уловил.
…когда её нога у меня между ног медленно с напрягом скользит вверх, её левая рука вцепилось мне в плечо, а правая опускает вниз мою ладонь — и ещё ниже, и ещё! А её груди вжимаются в мою грудь и отстраняются — и тот же цикл опять, и опять! А её язык медленно входит в мой рот… Синхронно с моей ладонью, которая по ложбинке меж ягодиц по совсем не толстой ткани всё глубже опускается вниз.
Мне всегда было смешно смотреть в фильмах, как, прекращая долгий поцелуй, парочка начинала тяжело дышать. У них что — у обоих насморк, и носы не дышат?
Когда она меня, оттолкнув, освободила — я уже едва не терял сознание от удушья.
— Извини, увлеклась, — ещё дальше отодвинулась она и облизнула левый клык. — Передохни.
Хочешь паузы? Будет тебе пауза!
Рядом с окном у меня стояла оттоманка, я шагнул к ней — на ней были почтовые коробки — все шесть.
— И как это понимать? — с некоторой угрозой в голосе поинтересовалась Тарра.
— Это мои извинения. За сцену внизу. Я испугался, что у нас опять не получится быть вместе и, когда обошлось, излишне расслабился.
— Извинения… — расслабилась и она. — И что это?
— Мои награды за прошлую локацию. Я тебя ещё плохо знаю — выбирай сама.
— Ну, конечно… — чуть снисходительно улыбнулась Тарра.
Не понял?
«— Господин, — усмехнулась виртуальная женщина на реальную. — Она решила, заподозрила, возмечтала, что Вы хотите ей подарить все шесть предметов. А узнав, едва не договорила: “…торговец!” Но и Вы… лучше бы Вы методом тыка предложили бы сейчас ей любой, чем вот так…
Да, заставить женщину самой отказаться от пяти сокровищ из шести…
«— Ну, ты, хозяин… — даже Несса прекратила урчать и перешла на человеческий язык: — Она, конечно, наглая, но ты-то, оказывается, — бес-че-ло-вечный!
Я только поморщился и отступил от оттоманки на шаг. Хоть ещё раз извиняйся. Или отдавай все шесть.
«— Хозяин!
«— Господин!
Да нет же! Я не особо вижу, что в тех артефактах такого драгоценного, но ценник-то на каждом лимон зеленью! Моё!
Орчанка, не спеша, подошла, я теперь был у неё за спиной, она чуть отклонилась, коснулась меня плечом, выпрямилась; потянулась, подняла первый попавшийся ящичек, раскрыла его, вытащила из него шкатулку. И начала любоваться ею. На почтамте я на них и внимания-то не обращал, а женщина…
«— Хозяи-и-ин! — зашипела рыжая. — Совмещай!
Пока я соображал, что с чем совмещать, Чи-сан невозмутимо скомандовала:
«— Господин, прикоснитесь бедрами к её бёдрам.
«— К заднице её, хозяин! Членом к заднице! И обними уж!
А, прелюдию! Совместить извинения с разогревом девчонки.
Так, заткнулись! Чтоб я вас больше не видел, не слышал!
«— Хозяин!..
«— Господин! — помертвел голос и у японки: — Осмелюсь попросить: уточните срок.
Да что ж я соображать совсем перестал?!
До утра. Или до какого-нибудь ЧП. Всё!
Промолчали. Никто из них даже «слушаюсь», вымолвить не посмел.
Тарра всё вертела шкатулку. Я сделал полшага вперед и одною рукою обнял её за талию и притянул к себе. Спросил: