Тараканьи бега - 2 (СИ)

Треир ещё стоял на своих качающихся ногах, когда выскочило сообщение:
«Треир мелководный, 14-ый уровень, убит.
Развитие: + округление(140*0.06 + (140 — 140*0.06)/6) эксп.
Текущее состояние: Развитие = 3084 (24883) эксп.»
А потом лапы его разъехались, и он рухнул.
«При общении с орками никакая доза пафоса не будет излишней», — вспомнилось давнее наставление Чи-сан. И наступив на морду треира, я неспешно вытянул жвал. Его зазубрины цеплялись за кости, но силы хватило, я его высвободил, крутанул вокруг руки… С лезвия полетела какая-то слизь, какие-то осколки костей.
Тут вошёл профессор со своими детками.
— Треир? Что-то быстро вы с ним управились… — пробормотал гном. — Плохо. Лесла, разберись. Что это он от одного удара скопытился?
— Почему это плохо? — не понял я.
— Что от одного удара — это не плохо, это непонятно. Они достаточно живучи. Их обычно сначала обездвиживают, а уж потом все вместе… А плохо, что это — треир. Они водоплавающие. Значит, дальше — водоёмы. С этими-то так или иначе разберёмся, а вот как босса из речки вытаскивать будем?
Тем временем Лесла голосом, полным самой издевательской послушности поинтересовалась у Стррига:
— Дозволено ли мне будет поднять забрало?
— Тебе — на период разделки. На каждую — особое разрешение. Мне и Элле — нет. Треир — целит по глазам, плюётся ядом. У него первоначально три заряда — яд по нервным волокнам проникает в мозг. Тебе работать с мёртвым — можно. Стоять на страже, карауля тебя с открытым забралом — риск чрезмерен.
И девица — тем же елейным тоном:
— Слушаюсь, командир.
Такая молодая, а уже стерва! Не-е, не в моём присутствии!
— Лесла!
— Да?
— Ваша манера общения с вашим семейным охранником вносит в отряд ненужное напряжение. Будь добра, подкорректируйся.
— Я постара… — начала она, резко оборвала себя и сменила тон: — Я поняла. Стрриг, прошу прощения. Я впечатлена твоей рассудительностью. И повинуюсь.
«— Наверняка герцогинька подзатыльника по связи отвесила! — откомментировала моя рыжая.
Девушка чуть поклонилась парню и, подняв забрало — в прорезях что-то сверкнуло… Опс! Да они изнутри перекрыты чем-то прозрачным! Но это же не может быть стеклом?!.. Хотя, кто мешает магически стекло закалить? — девушка, подняла забрало и споро двинулась к туше.
— Элла! — последовал ещё один приказ.
И высокорожденные родственники последовали за нею. Но если Лесла сразу занялась разделкой, то эти отработанно разделились и, отвернувшись от туши, чуть напоказ, явно отследили каждый свою сферу наблюдения. Хотя… Может, и они в курсе манер орков. …Или убеждены, что сдают какой-нибудь тест своему преподу.
Лесла, вон, тоже подчёркнуто экономна в движениях. Пожалуй, даже артистична — удар разделочного ножа, и шкура на брюхе лопается по всей длине. Еще пара — и череп отваливается. Она раздвигает его пасть.
— Проникающий удар зазубренным предметом пришёлся в хрящевое соединение челюстей, он раскрошил ряд зубов и пробил верхнее нёбо, причинив непосредственное поражение мозга. Ещё наличествует попадание стрелой. Но её продвижение заблокировал язык. Существенного вреда стрела не нанесла, — и девушка обернулась к нам. — Кроме шкуры, ядовитой железы, печени и сердца — остальное особой ценности не представляет…
— Стой! Сколько?!Сколько за всё?! — не стал дослушивать Оггтей.
— Закупочная цена будет зависит от покупателя, но вряд ли стоит соглашаться на цену меньшую, чем золотой с драхмой.
— Эх! — разочарованно выдохнул Креттег.
— Их печень с сердцем — дешёвка, но шкура и железа пользуются отличным спросом, — не поняла его девушка.
— Эй! — засмеялся Ветогг. — Окстись! Больше золотого со штуки. Ишь, на хакаридах разбаловался! Вперёд! Нас ещё ждёт гора золота!
— Я прошу разрешения забрать череп, — повернулась ко мне девушка. — Если он не входит в ваш лут.
— Зачем?
Она не успела ответить.
— И мне — один из следующих, — встрял Стрриг, — в качестве сувенира.
 
Ясно: чтоб было, чем похвастать, чем доказаться. Нет, красная цена черепушки — одна серебрушка, а весит явно более килограмма. Помножаем на четыреста — полтонны или четыре золотых — овчинка выделки не стоит. Так чего зря вредничать:
— Этот позволяю, но последующих сегодня, кажется, не будет. Нам надо переэкипироваться. Впереди будут лёжки этих тварей. Плевки со всех сторон. По три от каждой. Глаза необходимо прикрыть полностью — как у вас, примерно. Иначе не убережёмся, — и я вдохнул: — Возвращаемся.
— Командир! — взвыл Креттег.
— Нет. Либо мы вернёмся сами, либо нас выкинет через перерождение. И всё равно — к артефакторам… Или к кузнецам. Кто здесь этим занимается?
— Этим — артефакторы, — непонятно усмехнулся гном.
И я увидел, как его студенты, на мгновение отвлёкшись от своих обязанностей, кинули на него быстрые взгляды.
«— Господин, мэтр Гаррот, кажется, как раз он и есть.
— Мэтр, — повернулся я к нему, — а Вы нам с этой бедой помочь не можете?
— Мог бы… — пожал плечищами гном. — Элементарно всё. Ты и сам бы управился даже здесь — десятую ступень артефакторики же одолел? — но материал… У них, — он кивнул на своих, — и у меня, поднял он палец к лицу, — специальное стекло, чтоб от первого камешка не раскололось и глаза не поранило б. У ваших всех шлемов — прорези узкие, и на один раз пошло бы и обычное, струю бы оно выдержало. Но где ж его здесь взять-то?
— Командир… — опять подал голос Стрриг, — у меня — остались.
— Что осталось? — не понял я.
— Ну, так вот эти, — он ткнул себе в глаз, — мы прошлой весной сами делали. Заготовки остались. Отсюда до дома — минут десять, пять — там, десять обратно. Полчаса. И работы — минут на десять не больше.
— На четыре шлема?
— На один, но нас трое, Вы — четвёртый. Мэтр проинструктирует и проконтролирует.
— Мэтр?
Он поморщился…
— Один золотой — схема и патронаж — мне. Серебряная драхма — за заготовки и работу — им.
— Принято. Креттег, сопроводи Стррига до выхода. Заодно, капитану расскажешь о треирах. Дождёшься — приведёшь обратно.
— Только… — вдруг замялся студиоз. — Вы же без нас никуда не пойдёте?
«— О, какой ответственный молодой человек! — восхитилась Чи-сан. — Он переживает, что без его догляда с подопечными может что-то случиться!
Да понятно… Если что случится, когда его рядом нет… Одно дело, если не справился, и совсем другое — если бросил…
— Нет, — успокоил я парня. — Мэтр меня как раз обучит. Шагайте! Но без суеты излишней!
— Справимся. Почапали! — кивнул тот ровеснику-орку, и они тронулись на выход.
Да, молодой человек — при всём своём внешнем пофигизме — безответственностью не отличался. И сейчас он, задавая темп, пошёл первым — не побежал, а явно, контролируя ситуацию вокруг себя, и было видно, что сдуру ноги не переломает.
— Мэтр? — повернулся я к гному.
— Что такое “схема процесса”, тебе ж твои свечные мастера рассказали? — ирония насчет городских “мастеров” прослушивалась отчётливо.
— Ещё до них — в нулёвке, когда я стразы в накопители запечатывал.
— О-о! Тогда сложностей совсем не будет.
Парень в полчаса уложился. То, что он принёс больше напоминало наше органическое стекло. Инструмент для его обработки он принёс тоже — натянутая стальная струна (Три штуки. «Извините, больше у меня не было!»), которую раскаляли магией, резала “стекло” качественно. Студенты быстро подгоняли заготовки под нужные размеры, и, разогрев края, припаивали их со внешней стороны шлемов: «Изнутри — дольше, и не исключено, что беспокоили бы, и пришлось бы переделывать». Когда орки надели их, я только головой покачал: теперь средневековые шлемы выглядели диковинными скафандрами из какого-нибудь космического блокбастера типа «Звёздных врат».
Себе и Тарре я всё сделал сам. Себе первому — потренировался, а потом, взглянул на Тарру, она следила за происходящим, на первый взгляд совсем равнодушно, вот только клыки её казались чуть длиннее, чем обычно, и чернь — отчётливей… Неожиданно вспомнилась чернота кожи Майи…И накатило.