Тараканьи бега - 2 (СИ)
— Креттег?
— Сами управимся. Я не согласен.
— Ветогг?
— Подземелья для него — дом. Подземелья Диверхауна — тем более. Когда гадюк добивали, мне даже без тебя, командир с ним спокойно было. Да.
— Оггтей?
— Всё, что он в подземельях может, ты, командир, можешь тоже. А почти сотня лишних золотых лишними не бывают, — он, прерывая себя, потряс башкой: — Сдуреть можно: я золото сотнями считать начал! Да даже две-три золотых монеты — это… Нет!
— Тарра?
— Нам уже три данжа подряд сильно везёт. Мы расслабились. Нужна свежая голова, или все мы улетим в перерождение. Я уже это испробовала — там плохо. И… — она извиняюще улыбнулась мне: — Всего, что может мастер Гаррот, мы не знаем. А на нового босса опыта командира, только что сделавшего одиннадцатый уровень, может не хватить. Да!
— Добавлю, — кивнул я: — Я уверен, что знаю, в какой коридор катакомб надо войти, чтобы выйти на очередной данж. Я знаю, какая улица Диверхауна над ним. Но как перейти оттуда, — выделил тоном последнее слово и большим пальцем указал вверх: — туда, — перевернул кулак и ткнул тем же пальцем вниз, — я не знаю. Но, думаю, в конце концов найдём и без него. Вот только… — и повернулся к гному: — Мэтр, откуда, от кого Вы узнали, что мы идём в новый квест?
Он пожевал губами.
— От кого, не скажу — не дождётесь. А откуда… Из «Весёлой лилии», разумеется.
«— Дорогой публичный дом, господин. На 95 % наши орки сейчас оттуда.
Орчанка возвела очи горе, а орки зачесали в крутых затылках.
— Они ж там на три голоса орали, что позавчера сделали почти по сотне золотых, вчера — по тысяче, а с утра пойдут, вернутся и… И у них гальюны золотыми будут!
— И что?! Ну, и будут! — вызверился Оггтей.
Значит, цитата.
— А то, — хмыкнул я, — что, когда мы посреди той улицы будем искать спуск в катакомбы, вокруг нас соберётся, набиваясь в провожатые, полгорода. А ещё четверть — будут толкаться с нашим уважаемым мэтром локтями в инвизе, — мэтр довольно осклабился. Я повернулся к Оггтею: — Итак?
— Убедил, — после минуты отчаянной борьбы со своей жабой буркнул он.
— А меня — нет! — выкрикнул мальчишка.
— Решение принято квалифицированным большинством голосов. Мэтр, с Вас клятва о добрых намерениях и о неразглашении.
— Клятва временная. Срок — год. С вас — тоже. Ваша экспа мне без надобности, а доля в луте — 1/6.
— За вычетом командирской доли.
— Принято.
— Принято.
Неприятности пришли, откуда не ждали. Когда я показал гному улицу, откуда ближе всего к ветви с третьим данжем, — он покачал головой и сказал:
— Давай этот оставим напоследок.
Следующий участок города, ведущий к четвёртому данжу, находился на краю города. Гном опять тяжко вздохнул:
— Этот ещё хуже.
— Чем?
— Я даже объяснить толком не могу: системная клятва у меня. Ну-у-у… — и он решился: — Это-то всем горожанам известно — военные. Их постройки. А уж что в них… Даже местных не подпускают, а уж залётных орков…
— Предыдущий?
— Людской аристократический квартал. Вход в него только для своих или по приглашениям. У вас есть к кому напроситься в гости?
— А у тебя нет?
— Есть. Но если я приду и попрошусь, скажем, к ним в подвал, они потребуют объяснений. А получив — доли. И, так как проситься к ним будем мы, то ставить условия — они. Почти все мои знакомые аристократы — хорошо пожившие, суровые люди. Условия у них будут тоже — суровые.
— То есть, — усмехнулся я, — требуется мало поживший, простодушный аристократ, — и взглянул на Тарру.
Она поняла влёт:
— Оннатаэлла или Стрриг…
— Вы и с Теккабскими успели знакомство свести?! — удивился мэтр преподаватель.
— Скорее они с нами, — буркнул я.
— И связаться можете?
Я выложил на столик свиток связи. Дорогой, собака — полтора золотых!
— Со Стрригом.
Тарра вздохнула — наверняка о том же — и выложила ещё один:
— С Оннатаэллой.
— С кем будем разговаривать? Но предупреждаю, Стрриг… Его очень сложно назвать “простодушным”.
— Я то же самое хотела сказать о его сестре.
— Теккабские… — пожал широченными плечами Гаррот, — древний правящий род. Воспитательный процесс давно отработан. Скажем, кто-то из них у нас в студиозах постоянно. Не успеет уйти один — появляется новый, — и он заулыбался: — Или новенькая. Детей от разных семей фамилии всегда много, растут те все вместе, и простодушие детки выбивают друг из друга, как пыль из ковров.
— Если договоримся, ты переход вниз там найдёшь?
— Легко. Но на тайную прогулку не надейтесь, потому что… А, сами увидите! Но… В любом случае надо чуть подождать, — он достал часы-луковицу, щёлкнул крышкой, — двадцать четыре минуты. Потому что, если в разгар лекции или семинара вспыхнет сигнал вызова, преподаватель будет недоволен, и следом у студиоза резко испортится настроение.
Всюду одно и то же! “Настоятельная просьба выключить мобильные телефоны!”
— Девушки! — крикнул я официанткам, — принесите чая.
— И пива! — тут же подхватили необразованные орки.
— И пива, — огладил усы учёный гном.
Через двадцать шесть минут я порвал свиток связи, взятый наугад.
— Высокая Кеттара? — послышался девичий голосок.
— Нет, это я, невысокий, — хмыкнул я. — Элла, здравствуй. У меня к тебе всё то же предложение: не хочешь немного заработать?
— О, неужели я всё-таки смогу купить те туфельки?!
Тарра молча показала четыре пальца. Четыре золотых?! Почти как три сюртука её братца? Однако, аппетиты растут.
— Сможешь, — вздохнул я.
Тайной прогулки действительно не получилось. Во-первых, чтобы отпустить их с занятий пришлось разговаривать с Агведусом. “Их”, потому что сначала пришлось объяснить всё самой девушке, а та тут же отказалась от туфель, зато…
— Вы же в третий данж?! Мы с вами! — кажется, когда я советовал оркам немного похвастаться, они немного перестарались. А “мы” — это она с подругой и Стрриг: — Стрриг — моя охрана от семьи. Без него никак! Нет, ни на какую долю мы не претендуем! Толькона присутствие в Вашем отряде!
— Девочка, там чудовища!
— О, если мы, благодаря вам, получим зачётные очки по дисциплине “охота на монстров” — то мы сами вашему отряду приплатим!
— Девочка…
— Молодой человек, — исполнилась высокомерия та, — правда ли, что мне сказали, будто Вы в нашей локации чуть больше недели, и у Вас смешной 11-ый уровень? Я живу здесь уже двадцать лет, я — на третьем курсе магической академии, и у меня 17-ый уровень. Из Ваших у кого-нибудь такой есть?
— Есть. У мэтра Гаррота — и повыше, думаю, — буркнул я.
— О, он с вами?! Тогда спросите его, мэтр подтвердит: мы сработанная дисциплинированная команда — обузой не будем, лезть вперёд без приказа — тоже.
Я перевёл глаза на него — он молча кивнул.
— И ещё! У Леслы — 12-ая ступень разделки! А у ваших?
— У меня по ней Золотой удар.
— Но это же… — пискнул голосок Леслы.
— Тридцать шесть дюжин однотипных целей… — я тоже умею быть немного высокомерным.
— Нетолько… Цели должны быть убиты Вами или Вашим отрядом, не более чем за шесть часов до разделки, и они должны быть не ниже Вас уровнем.
«— А почему эти условия нигде не прописано?! — возмутилась Чи-сан.
Агведус, к моему изумлению, условием снятия аристократки с занятий выставил то же самое — только командой, и команда идёт с нами до конца. Я попробовал обломать его:
— У них у всех будет клятва о неразглашении!
— У всех троих будет великолепная практическая работа, — не впечатлился декан.
— А если они погибнут на этой практике?! Мы-то просто возродимся на вашем кладбище!
— Они — боевые маги. Смерть в бою с монстрами — их профессиональный риск. Да и остальные маги не отличаются массовым долголетием. И в процессе обучения в Диверхаунской академии гибнут 3 % от поступивших. В Уставе прописаны 6 %.