Ведьмин час
Даже потеряв родителей, она не испытывала такой боли, не чувствовала себя настолько одинокой и брошенной. Нить, связывающая ее с Рославой, натянулась и лопнула с оглушительным хлопком.
Глава 15. Сейчас
Варна не рассказала Святу о том, что произошло минувшей ночью. Он и так с опаской косился на Дария, незачем было давать лишний повод сомневаться в нем.
Узнавать места, через которые они проезжали, Варна начала полтора дня назад. В одной из деревень они ловили банника – тогда, много лет назад, когда их выставили из церкви и сказали, что отныне выживать придется самостоятельно. Дарий молчал, она плакала по ночам из-за боли в медленно заживающих ранах, но утром, едва лучи солнца показывались из-за горизонта, оба залезали в седла и продолжали путь. У них не было ни плана, ни карты, ни понимания того, что делать дальше.
Варна раздраженно передернула плечами, прогоняя неприятные воспоминания.
Страх – она ненавидела это чувство, презирала каждого, кто ему поддавался. Нет смысла бояться, Варна с детства это знала, возможно, с того самого дня, когда мать заперла ее в бане, чтобы напугать банником.
Церковь, в которой они выросли, находилась рядом с бедными селами и почти заброшенными деревнями. Последние зажиточные дворы они проехали еще вчера, впереди ждали только запустение, разруха и воспоминания. Что Светозарные могут там найти? Даже если когда-то ведьмы обитали в этих краях, наверняка они давно ушли отсюда следом за Рославой.
Имя ведьмы горькой полынью осталось на языке.
Что нужно брошенному ребенку? Немного участия, любви, щепотка тепла – все это дала Варне Рослава. И этого оказалось достаточно, чтобы полюбить ведьму, чтобы впустить ее в свое сердце и позволить занять место, предназначенное для матери. Нина и Мстислав никогда не пытались стать для сирот кем-то большим, чем просто наставниками. Они держались отстраненно, словно боялись, что кто-то привяжется к ним слишком сильно. А Рослава позволяла любить себя и отвечала на эту любовь. У Варны не было ни единого шанса – она доверилась ведьме и позволила ей отвести себя к Зверю.
Иногда ломала голову, размышляя, чего Рослава хотела на самом деле. Воскресить образ сестры? Вырастить из приемыша послушную помощницу? Просто запятнать ее душу колдовством и передать Зверю? Спустя столько лет Варне наконец удалось убедить себя в том, что ведьма просто использовала ее, чтобы подобраться к церкви, но тогда, лежа на груди Рославы под шумящей листвой, она и помыслить не могла об этом. Во всем мире были только они – она и Рослава, женщина, заменившая ей мать.
Были ли чувства ведьмы искренними? Любила ли Варну Рослава, или просто притворялась? Прошло много лет, а эти вопросы все еще не давали ей покоя.
Тогда, больше десяти лет назад, весь мир Варны вертелся вокруг двух людей – Рославы и Дария. И если ведьма смогла привязать ее к себе сладкими речами и обещаниями, то Дарий получил преданность Варны просто за то, что не прогонял, позволял находиться рядом и относился к едва знакомой девчонке по-человечески. Она любила его дурацкой детской любовью и бегала за ним, как щенок.
– Твои мысли тяготят меня, – сообщил Дарий, пристроив лошадь шагать рядом. – Не могла бы ты думать потише?
– Не мог бы ты просто сделать вид, что ничего не заметил? – вяло огрызнулась она.
– Тебя невозможно игнорировать. О чем ты задумалась?
– Помнишь, – осторожно начала она, – как вы привели меня в церковь?
– Конечно. – Он кивнул и невольно заулыбался. – Мертвые ничего не забывают.
– Провались ты! – рявкнула Варна и отвернулась.
– Прости, прости. – Затянутая в перчатку ладонь легла на ее руки, сжимающие поводья.
– Шут гороховый. – Она оттолкнула его.
– Если не станешь меня слушать, я петухом начну орать на всю округу, – пригрозил Дарий. – Ты пожалеешь о том, что не позволила мне высказаться.
– Я уже жалею, что с тобой заговорила. – Варна посмотрела в виноватое лицо Дария и махнула рукой. – Рассказывай, будь ты неладен.
– В ту ночь нам обещали показать, как в кувшинке спит болотница. Потом, конечно, ее убить следовало, но об этом нам не сказали, – начал он. – Мы…
– Сказали, – вдруг вмешался Свят, нагнав их. – Ты все прослушал, потому что доедал кашу с такой скоростью, что за ушами трещало.
– Но ты, разумеется, как всегда, был сосредоточен. – Дарий закатил глаза. – С семи лет готовился стать великим Светозарным!
– С пяти, – не моргнув глазом поправил его Свят.
– Катись в пекло… – пробормотал Дарий и продолжил: – Так вот, болотница. Мы долго ехали, уже стемнело, и Нина предложила Мстиславу обождать до завтра, потому что по ночам в лесу можно найти только смерть. И он согласился сделать остановку, даже костер складывать начал, как вдруг этот, – Дарий нехотя кивнул в сторону Свята, – сказал, что слышит что-то.
– Что ты услышал? – спросила Варна.
Свят не ответил. Он выразительно посмотрел на нее, и этого взгляда оказалось достаточно, чтобы она догадалась.
– Ты не слышал, ты почуял их, – сказала Варна, а он кивнул. – Можешь говорить открыто.
Свята передернуло, но он промолчал. Дарий дал ему время передумать и заговорить, но тот вяло мотнул головой, отказавшись от возможности закончить историю.
– Мстислав и Ратмир на разведку пошли, а нам велели сидеть тихо. Дива уже рыдать начала, от страха, наверное, – продолжил Дарий. – Потом Мстислав вернулся и сказал, что видел женщин с ребенком и что надо тебя спасать.
– Почему он решил, что я в опасности? – спросила Варна, вспоминая события, произошедшие в ту ночь.
– Что ты сделаешь с женщинами, которых в лесу ночью встретишь? – тихо спросил Свят.
– Убью, – не задумываясь ответила Варна. – Простым людям в лесу по ночам делать нечего.
– Вот и Мстислав так решил, – Свят кивнул.
– Ратмир был хорошим человеком, – сказал Дарий. – Жаль, что погиб так рано и глупо.
– Могли ведь бросить меня, – заметила Варна. – Позволить ведьмам увести ребенка с собой.
– Кто ж знал, что ты все-таки уйдешь к ним? – холодно спросил Свят.
В удар она вложила все свое раздражение, но кулак лишь скользнул по его скуле – Свят успел схватить ее за запястье. Он дернул Варну на себя, она чуть не свалилась под ноги лошадям.
– Не начинай бой, в котором не сможешь победить, – прошипел он.
– Я уже побеждала тебя. – Она вырвала руку из его хватки и выровнялась в седле.
Разговор угас сам собой. Свят обогнал их и первым въехал в заброшенную деревушку на несколько дворов.
Судя по всему, люди давно покинули это место – избы покосились, бычьи пузыри в окнах были разорваны, распахнутые двери напоминали беззубые пасти. Природа брала свое: лес подступил прямо к перекошенным заборам, высокая трава проросла даже на вытоптанной сотнями ног дороге.
Беспокойство шевельнулось в груди Варны, когда краем глаза она заметила движение за одним из сараев. Варна натянула поводья – лошадь пошла медленнее, а сердце, наоборот, застучало быстрее, разгоняя горячую кровь по венам. Слух обострился, и она услышала чье-то тяжелое дыхание. Не человеческое.
Не успела она свистом предупредить Свята об опасности, как из-за угла выскочила чудовищных размеров собака. Пес разинул пасть, обнажив неестественно длинные зубы, и Варна похолодела – ярчук. Она выхватила меч и пришпорила лошадь, но та заартачилась, уперлась копытами в землю, отказываясь приближаться к лохматой твари.
– Варна! – выкрикнул Дарий, и она увидела еще двух собак, бегущих к ним из леса.
Шепот, навязчивый шепот сбивал ее с толку. Она тряхнула головой, прогоняя наваждение, но голоса не исчезли. Свят рявкнул:
– Лежать!
Поговаривали, что псы подчинялись Светозарным беспрекословно, но этот ярчук не послушался. Он кинулся под ноги лошади Свята – та вздыбилась, заржала и наконец сбросила наездника на землю.
