Ядерная ночь. Эвакуация.
Приказ сторожить захваченного главаря бандитов он воспринял с энтузиазмом, так как замаялся всё утро лазать на верхотуре, восстанавливая электропроводку в корпусах, а потом монтируя им же самим придуманные вентиляторы из автомобильных кондиционеров в наскоро сколоченные короба. Однако посидев с полчаса около двери импровизированной камеры и отдохнув, Банщиков заскучал. «Эх, ну что за непруха? Либо вламываешь, как лошадь, либо сидишь на одном месте, словно пенёк или инвалид какой! — Мысли перескочили на более приятный предмет. — А девчонки тут есть — просто зашибись! Но ведь лучше к таким подкатывать не в образе электромонтёра, а по-нормальному — с оружием. Серёжка говорил — скоро ещё стволы должны привезти… Интересно, мне выдадут?» Помаявшись ещё четверть часа, он достал из кармана модный смартфон, намереваясь развлечься, но уже на седьмом уровне игрушки пришёл Трубач и вломил ему нехилых трендюлей с формулировкой «за разгильдяйство на посту». Правда, после грозный командир вручил Банщикову кобуру с потёртым травматическим «макаровым», и обиды были тут же забыты.
…Смотреть за стирающим обгаженные подштанники взрослым дядькой, почти стариком, было неприятно, тем более что на горизонте появились объекты, заслуживающие гораздо более пристального внимания. На одну из девчонок, идущих сейчас от реки с пластиковыми бутылями, Серёжка обратил внимание ещё несколько часов назад, когда делал электричество в четвёртом корпусе. Высокая, почти как он сам, с соломенно-жёлтыми волосами, контрастировавшими с хорошо загоревшей кожей, смешливая Оленька Банщикову понравилась. И сейчас, заметив её, он напустил на себя суровый вид и притворился, что внимательно оглядывает окрестности, выискивая подкрадывающихся врагов.
Когда Оля сама окликнула его, он сделал вид, что очень занят, прицепляя на ремень кобуру с пистолетом, которую сам же и снял, как только заметил предмет своего вожделения. Но ответить на заигрывания не успел, практически тут же пленник взвился в бассейне, изрыгая ругательства! Да так внезапно, что Серёга с перепугу уронил пистолет. А вот девушки не растерялись, а наоборот — принялись потешаться над ещё вчера грозным и пугающим бандитом. Банщиков присел, в голове вертелась только одна мысль: «Надо побыстрее вернуть оружие! Не дай бог Трубач на шум придёт и увидит, что я тут пистолетами разбрасываюсь! Не видать мне тогда автомата!»
— Нинка, не надо! — Заполошный крик отвлёк его, когда он уже подобрал кобуру и был занят тем, что, отогнув жёсткую клипсу, цеплял её на ремень. Краем глаза он увидел, как в воздухе что-то мелькнуло, и тут же в бассейне раздался звук, как будто туда с приличной высоты сбросили мешок картошки.
«Что за фигня? Он что, там нырять решил? — но фигура одной из женщин, которую её подруги обступили со всех сторон, хватая за руки и что-то гомоня, объяснила происходящее. — Камнем захерачила!»
На память Сергей никогда не жаловался и сориентировался быстро. «Этот козёл вчера женщину застрелил! Наверное, это подруга или родственница! Стоп! А этот-то где? Она бошку ему не проломила, случайно? Трубач мне так напинает, если с ним что случится!»
Словно заправский паркурист Банщиков сиганул с места, взлетев на высокий бортик, окружавший бассейн. «Вот он — плавает!» — облегчённо выдохнул Серёга, увидев своего подопечного. «А что это у него глаза закрыты? И кровь!» — в стоялой воде бывшей пионерской купальни расплывалось розоватое облачко.
— А ну назад! — На всякий случай прикрикнув на и так не помышлявших о каких-либо активных действиях женщин, незадачливый часовой полез в воду. «Первым делом надо голову поднять, чтоб не захлебнулся!» — услужливая память выудила из своих глубин эту абсолютно бесполезную в обычной Серёжкиной жизни информацию. Схватил «подопечного» за коротко остриженные волосы, потащил к краю бассейна. А вот вытащить наружу не смог — сил на стокилограммовую тушу не хватило.
— Что встали?! Помогите! Утонет же человек!
Тетки очнулись и бросились на помощь, причём одной из первых к Серёжке подбежала Оля. Совместными усилиями выволокли утопленника на бортик, но не удержали — от чьего-то неосторожного движения тело соскользнуло с мокрой плитки и грохнулось с полутораметровой высоты на засыпанную прошлогодней хвоей землю!
Хрипло закашлявшись, пострадавший изверг из себя фонтан воды и застонал.
— Зря возились! Забыли, что ли, — оно не тонет?! — Банщиков не заметил, как к «спасателям» подошла женщина, бросившая кирпич. — А вот Галине Андреевне так не повезло… Так что иди, мальчик, сторожи дальше своего голозадого упыря… Пошли, девчонки, и так на улице больше положенного находимся… — по лицу этой красивой, ухоженной дамы, словно сошедшей со страниц «Бога» или «Гламура», текли слёзы.
«Но ведь это же несправедливо! Почему так? Нормальные люди страдают, а вот таких тварей даже кирпичом не пришибёшь и в стоялом болоте не утопишь! Не может быть, чтобы командир с ним не разобрался по-правильному! А если так вдруг случится — найду эту паскуду и сам его…» — Серёжка стоял и смотрел вслед беженкам, пока те не скрылись за углом обшарпанного, выкрашенного много лет назад в синий цвет корпуса, потом вздохнул и, повернувшись к бандиту, зло сказал:
— Встать!
Глава 9
«Когда коту делать нечего…»
Два дня мы сидим, ничего по большому счёту не делая. По разу съездили в Медное и Торжок — и всё. А всё потому, что ветер поменялся, и всю радиоактивную гадость опять понесло в нашу сторону. Мой дозиметр иногда показывал и шестьсот миллирентген «за бортом», и в такие моменты, по совету нашего Химика, все старались держаться подальше от стен и тем более окон.
«Каково же тем, кто сейчас сидит где-нибудь под кустом? Хотя таких в ближайших окрестностях вроде и нет. Почти всех, кто кантовался во времянках у шоссе, удалось разместить в капитальных строениях. В которых защита всяко лучше, тут и говорить не о чем. Стоцкий даже расстроился немного — столько сил вложено, а использовали два дня. И хоть и доказывал ему Витька, что только благодаря этим немудрёным убежищам народ у нас пострадал от радиации по минимуму. Тем более что и с перевозкой его идея с трейлерами нам помогла. Считай, просто прицепили их к тягачам да и перевезли людей, что называется, в упаковке. В той же „Ромашке“, куда часть народа отправили, из них склады и санкабины сделали. Последнее было сейчас очень важно — при лёгких формах „лучёвки“ пострадавших несёт так, что только держись!
И навыки, которые мужики при постройке этих „гробов на колёсиках“ получили, помогли. Вчера сам видел, что ту же столовку, где мы с Головой бились, сейчас не узнать. Там наши „молодые“ во главе с Трубачом так разошлись, что даже „противорадиационный подбой“ придумали сделать. Стены снаружи и изнутри пластиком от тентов обтянули. И хоть я в эффективность подобных мер не очень верю, но всё равно неплохо, что парни у меня изобретательные…»
— Лапа, с ребятами поиграешь? — Жена подошла незаметно, наверное, я слишком сильно задумался, изучая файлы, которые мне Сашка-Клоун скопировал. Пока читал выкладки заокеанских умников, спина покрывалась мурашками не раз и не два. Ну а как ещё реагировать на фразы вроде: «В случае своевременного оповещения и укрытия гражданского населения оценочные потери от радиоактивных осадков ожидаются в диапазоне от 12 до 18 миллионов человек»? Или: «Для воздушных взрывов количество пострадавших и погибших оценивается в диапазоне от 31 до 56 миллионов человек. (Смотри Таблицу 5.6)»? Вот так вот — плюс-минус двадцать миллионов… И множество красочных графиков, всё это описывающих. Одно только светлое место во всём документе попалось — о том, что «предварительно рассчитанные паттерны выпадения радиоактивных осадков, как правило, не совпадают с реальными из-за сложности учёта влияния географических особенностей каждого конкретного места и влияния метеорологических факторов». Судя по картинкам — обычно в меньшую сторону.