Роковая одержимость

— Кошка проглотила твой язык?
— Отвечай нам, когда мы с тобой разговариваем, – потребовал другой.
 Когда Роза не ответила, его друг вывалил содержимое сумки на землю.
— Разве вы, мальчики, не знаете, что лучше не мусорить? – новый голос присоединился к группе, шокировав всех в коридоре.
— Поппи. – Роза вздохнула с облегчением при виде своей кузины.
 Мой рот дернулся. Брови поддельного Гуччи приподнялись с легким интересом. Даже трое озабоченных придурков, нагло издевающихся над Розой, отреагировали отрицательно. Поппи Амбани оказывала такой эффект на людей. Это было связано с мрачной индивидуальностью и нарядами девушки-гота. Люди боялись этого против своей воли.
 Придурок Номер Один пришел в себя.
— А вот и Мортиша.
 Его товарищи захихикали над банальным сравнением, которое Поппи слышала с момента поступления в колледж. Буллинг произвел на Поппи эффект, противоположный ожидаемому. Он подбодрил девушку, а не оттолкнул от ее фирменного образа. Сегодня она была в черных леггинсах и еще более темном свитере с декоративными пуговицами по бокам. Блестящие черные сапоги доходили ей до колен, под ними едва виднелись длинные носки.
 Как и следовало ожидать, Поппи усмехнулась.
— Мортиша? Оригинально. Ты сам придумал или тебе кто-то помог?
— Знаете что? Оставьте ее. – Придурок Номер Один склонил голову в сторону Розы. — Мортиша - та, кому мы должны преподать урок за то, что они сделали с Максвеллами.
— Что мы сделали? Джо Максвелл выкупил рекламную страницу, чтобы очернить моего отца, – недоверчиво сказала Роза, прежде чем вспомнила о своем страхе и понизила голос.
 Роза попала в точку. Мой нелепый отец, Джо Максвелл, выкупил целую страницу в The New Yorker под видом рекламы. На самом деле, это было сделано с целью осыпать Амбани оскорблениями и инсинуациями в рамках предвыборной кампании. Мне не позволяли оглашать подробности. Предстоит судебный процесс.
 Парни одновременно двинулись к Поппи. Если они тронут хоть один волосок на голове этой девушки, завтра их тела обнаружат в реке Гудзон. Бросив сумку, я уже собирался подбежать и повалить их на землю, когда Поппи шокировала всех, обратившись к забытому члену группы.
— Кевин Тэтчер, верно? – спросила она Поддельного Гуччи.
 Тот взглянул на своих спутников, прежде чем хмуро уставиться на Поппи. Никто из компании не обращался к нему, если только не нуждался в силе. Он неуверенно кивнул.
 Поппи достала свой телефон и несколько раз нажала на него.
— Нашла тебя. – Она напечатала что-то еще и сказала: — Проверь свой телефон.
 Озадаченный, Кевин поднес мобильник к лицу. Он не потрудился углубляться в сообщение, потому что, что бы ни сделала Поппи, это должно было прийти с уведомлением. Его голова откинулась назад.
— Вау, – сказал он, потрясенный. — Ты перечислила мне пятьсот долларов?
 Остальные три придурка обменялись взглядами, одинаково озадаченные.
— Считай это авансом, – безразлично ответила Поппи.
— Авансом за что? – спросил он.
 Она наклонила голову в сторону Придурка Номер Один.
— За то, что ударишь его по лицу.
— Какого хрена? – у Придурка Номер Один глаза полезли на лоб, но более шокирующей частью была реакция Кевина.
 Сделав четыре быстрых шага, Кевин добрался до Придурка Один и вмазал ему с такой силой, что тот растянулся на полу.
 Наконец-то началось насилие, которого я так ждал.
 Поппи клацнула что-то еще на своем телефоне.
— Тысяча долларов! – воскликнул Кевин, неверящими глазами изучая экран своего мобильника.
 Поппи взглянула на Придурка Два. Кевин не нуждался в дальнейших инструкциях. Понаблюдав за судьбой Придурка Номер Один, второй запаниковал.
— Какого черта ты делаешь, Кевин?
— Извини, мужик. Ничего личного. Мне нужны деньги на обучение.
— Нет, пожалуйста, у меня тоже есть деньги, – взмолился Придурок Номер Два.
 Кевин покачал головой.
— Не так много, как у неё.
 Малоизвестный факт: Амбани и Максвеллы были самыми богатыми студентами в кампусе.
— Но мы друзья.
 Нет, не друзья. Кевин был символическим бедным другом, которого они держали рядом ради авторитета на улицах, мускулов и периодического унижения для своего развлечения. Я знал их типаж, и готов поспорить, что Кевину надоела эта роль. От него волнами исходила неприязнь. Кевин дважды ударил своего «друга», оставив его на земле без возможности пошевелиться. К тому времени, как он обернулся, третий уже трясся в своих модных ботинках.
 
 Поппи стояла неподвижно, как идеальный кукловод, пока ее приспешник выполнял приказы. Почему я сомневался в ней? Вероятно, ей хватило одного взгляда на Кевина, чтобы сделать те же выводы, что и я. Чтобы победить группу, нужно найти самое слабое звено. Возможно, Кевин физически силен, но Поппи разнюхала его слабость.
 Существовала и другая вероятность.
 Поппи была самой юной в нашем колледже, ее разделяла четырехлетняя разница в возрасте с остальными студентами. Долгое время она держалась на расстоянии. Это был первый раз, когда Поппи показала свои клыки. Зная о своей миниатюрности и худобе, Поппи изучала каждого студента, чтобы получить преимущество. Кевин хотел лучшей жизни, и его слабостью были друзья-придурки, которые мешали ему.
 Поппи сделала еще один перевод Кевину, приберегая лучшее напоследок.
— Две тысячи долларов, – выдохнул он.
— Ты получишь еще две после того, как закончишь работу.
— Какую работу?
— Сломай ему руку, – приказала Поппи со смертельной скукой.
— Нет, пожалуйста, пожалуйста, не надо, – закричал Придурок Номер Три, застыв на месте. Парень бросил взгляд на выход, но понял, что Кевин поймает его раньше, чем он доберется до него.
— Мне очень жаль. Пожалуйста, не делай этого.
 Кевин заколебался, а Роза умоляюще посмотрела на Поппи.
— Прекрати, Поппи. У нас обеих могут быть большие неприятности из-за этого. Они усвоили свой урок. Хватит.
— Я сама решу, когда хватит, – ответила Поппи холодным, как огурец, голосом.
 Розе следовало подумать, прежде чем пытаться переубедить Поппи. Там, где Роза была Бэмби-тихоней, Поппи была Бэмби-убийцей.
— Сломай ему руку, – повторила она, обращаясь к Кевину. — Мой адвокат уже работает. К тому времени, как он закончит, это будет выглядеть как самооборона. – Она многозначительно посмотрела на Придурка Три. — И именно его исключат за это.
 Кевин не нуждался в дальнейшем поощрении. Придурок Номер Три побежал к выходу, но Кевин двигался с молниеносной скоростью. Он схватил его за куртку и дернул назад. Затем заломил ему руку и зажал между своими.
— Стой, – сказала Поппи как раз в тот момент, когда Кевин собирался сломать ее.
 Словно идеальная марионетка, Кевин застыл на месте по команде своей хозяйки.
— Оставь его.
 Кевин, не раздумывая, швырнул друга на пол. Поппи встала рядом с Кевином.
— Ползи, – приказала она, указывая на то место, где Придурок Три вывалил вещи Розы. — Подними все вещи, которые ты бросил на пол. Оставайся на коленях, пока не закончишь, иначе Кевин сломает тебе руку.
 Придурок Три наполовину всхлипнул, наполовину кивнул, и пополз к куче вещей на полу.
— Поппи, это уже слишком, – тихо запротестовала Роза, но строгий взгляд Поппи заставил ее замолчать. Никто не смел спорить, когда она брала всё под свой контроль. Она была рождена, чтобы править. Моя маленькая принцесса тьмы превращалась в королеву.
 Придурок Три протянул сумку Розе, извиняясь между всхлипами. Никто не просил его извиняться. Страх был более действенным, чем произошедшее с его друзьями, все еще лежащими на полу без сознания. Поппи тоже это знала.
— Только я могу мучить свою семью, – перебила Поппи, прежде чем Придурок Три успел уползти, поджав хвост. — Убедись, что все в кампусе знают об этом. Отныне Роза Амбани строго под запретом. Если кто-то будет приставать к ней, я привлеку тебя к личной ответственности, а Кевин придет, чтобы избить тебя. Я найму его.