Роковая одержимость

 Пия не соглашалась.
— Поппи стала такой замкнутой. Я понятия не имею, о чем она думает. Она никогда не делится своими чувствами.
 Я понимал ее разочарование по этому поводу. Поппи было невозможно читать. Я заметил, как взаимодействовал дуэт матери и дочери на похоронах Джея Амбани. Поппи была слишком сдержана в своих эмоциях.
— Справедливости ради, Поппи никогда не любила делиться своими чувствами.
— Верно. Но я не могу избавиться от ощущения, что она терпеть не может Акселя, а он ничуть не облегчает ситуацию. Он спланировал эту грандиозную свадьбу, не сказав мне ни слова. Я знаю, Поппи это не понравится, и я не хочу расстраивать свою дочь. Это была плохая идея, Джордан...
— Шшш, сделай глубокий вдох, – проворковала Джордан, обнимая свою взволнованную лучшую подругу. — Тебе нужно перестать так сильно беспокоиться о Поппи. Ты – пустое гнездо, детка. Поппи больше не живет с тобой и ей не придется иметь дело с Зейном, так что ничего страшного, если они не лучшие друзья. Ты проделала отличную работу, воспитывая Поппи, но она уехала в колледж и живет своей собственной жизнью. Пришло время тебе сделать то же самое.
 Пия обреченно вздохнула.
— Это веское замечание.
 Неправда. Может, Поппи и уехала в колледж, но у нее никого не было, кроме матери. Если Пия снова выйдет замуж, она отправится в беззаботную страну, оставив Поппи страдать в одиночестве.
 Джордан поставила бокал с шампанским на столик и понизила голос.
— Посмотри на это с другой стороны. Если вы, ребята, поженитесь, у Поппи не будет другого выбора, кроме как развивать отношения с Зейном. И если в будущем она станет искать отцовскую фигуру, то кто может быть лучше ее биологического отца?
  Биологического кого?? 
 Хватка вокруг моего бокала с пивом усилилась. Трималхио был биологическим отцом Поппи. Значит ли это, что у Пии Амбани был роман на протяжении всего ее брака? Несмотря на утверждения отца, я был уверен, что Пия любит своего мужа, а обвинения в измене – не более чем легкомысленные слухи.
 Были ли домыслы верны?
 Последовала пауза.
— Я действительно хочу, чтобы они поладили, но Поппи параноит, что люди узнают об Акселе. Не знаю, позволит ли она когда-нибудь себе сблизиться с ним. Видела бы ты ее после обвинения Джо Максвелла в конференц-зале.
 Это был словно удар под дых. Выходит, что Поппи знала о своем происхождении и ненавидела его. Она жила в страхе, что её раскроют, а папа выдал ее самый темный секрет.
 Мои руки тряслись от ярости из-за того, что сделал отец. Я все время ждал, когда упадет второй ботинок, гадая, что может подтолкнуть Поппи к краю. Я не знал, что это уже произошло, и что я сыграл в этом не последнюю роль. Я поставил свой бокал и отошел от женщин. Не хотел больше ничего слышать. Лучше бы я не услышал этот разговор, потому что теперь чувствовал себя хуже, чем когда-либо, из-за Поппи.
 Я подошел к месту проведения церемонии и стал ждать, пока гости зайдут внутрь. Я сел сзади, чтобы наблюдать за Поппи на расстоянии. Она не смогла бы заметить меня среди сотен гостей. Это было к лучшему, поскольку я был последним, кого она хотела бы видеть.
 Заиграла музыка, и болтовня прекратилась. Я смотрел, как Поппи идет по проходу в длинном черном тюлевом платье, держа в руках букет роз. У меня перехватило дыхание. Было видно, что ее мать выбирала черные наряды для подружек невесты, думая о Поппи. Она выглядела поразительно со своими высокими скулами, изящными бровями и волосами цвета воронова крыла, обрамляющими плечи. Даже в печали Поппи была непревзойденной красавицей.
 За время, прошедшее с похорон до свадьбы, Поппи превратилась во взрослую девушку. Единственное, что осталось неизменным, - это глубокие карие глаза. Церемония проходила в красивом отапливаемом шатре, установленном на длинном пляже с видом на голубую воду. Тем не менее, мучительный взгляд Поппи мог бы убедить вас в том, что мы находимся в альтернативной антиутопической реальности.
 Что-то в моей груди сжалось при виде нее, и на мгновение ее печаль показалась мне невыносимой. Я ожидал увидеть гнев из-за свадьбы, а не меланхоличное одиночество в ее глазах.
 
 Руки Поппи крепче сжали букет, когда она увидела Трималхио в конце прохода. Что-то подсказывало мне, что пребывание здесь не было ее выбором. Внезапно меня накрыло то же черное облако, что и Поппи.
 Это было ужасно. Поппи была вынуждена занять место в первом ряду после того, как потеряла мать из-за человека, разрушившего их дом. Я хотел потянуться к ней и взять ее за руку, но не мою руку она ждала. Я хотел сказать ей, что у нее все еще есть кто-то, кому небезразлично, чего она хочет, кто-то, кто позаботится о ней.
 Хотя я сидел далеко, я мог поклясться, что слышал прерывистое дыхание Поппи, пока Пия и Зейн обменивались клятвами. Ее «Дом ужасов» становился реальностью на её глазах, и она ничего не могла сделать, чтобы остановить это. Сразу после того, как жениха и невесту объявили семьей, невыразительные глаза Поппи наконец выдали себя. Это был всего лишь проблеск, но я прочитал ее эмоции четко и ясно.
 Она была опустошена.
 Пока гости покидали церемонию, я гадал, не завела ли жизнь Поппи слишком далеко в этот раз. И я твердо знал, что не перестану присматривать за ней, пока не смогу опровергнуть это. Весь мир бросил Поппи, но только не я. После того, что выяснил сегодня, я бы никогда не бросил Поппи.
АКТ 2
Глава 5
Поппи
 Четыре года спустя 
 Полуприкрытые затуманенные глаза смотрели на меня снизу вверх, пока Софи проводила языком по моему клитору, или я так думала, поскольку ничего не могла видеть из-за повязки на глазах. Она уговорила меня на это, пообещав незабываемую ночь. Пока что она не ошиблась. Из-за временной потери зрения обострились другие мои чувства, и я поднялась на вершину, которую жаждала покорить.
— Черт, ты горячая, – прошептала она, но слова прозвучали громко и отчетливо из-за вышеупомянутых обостренных чувств.
 Я откинула голову назад, когда Софи сдвинула мои бикини в сторону и пальцами разомкнула половые губы. Черт, да. План состоял в том, чтобы спутаться с Софи, хотя то, что она была потрясающа, оказалось приятным бонусом.
 Должна признать, что это превратилось в ситуацию «двух зайцев одним выстрелом». Софи обладала ценной информацией, в которой я нуждалась, и была печально известна своей болтливостью после пьяного распутства. Когда она спросила, не заинтересует ли меня секс втроем с проверенным третьим, это стало неожиданным подарком. Если сегодняшний вечер пройдет хорошо, я получу информацию, которую искала. Кроме того, мне нужно было расслабиться, на что все неоднократно указывали. Ходили слухи, что Софи великолепна в постели, и она подтверждала репутацию каждым щелчком своего языка.
 Я сидела на краю кровати, широко раздвинув ноги, в то время как Софи стояла на коленях, ее голова покачивалась между моих бедер. Нежные пальцы гладили меня в унисон с движениями теплого языка. Мои глаза закатились под прикрывающей их тканью.
— Быстрее, – прошептала я.
 Ее губы зависли над моим клитором.
— Такая нетерпеливая.
 Моя спина выгнулась, и я насадила себя на ее язык. Мне не нравились болтливые любовники, если только слова не разжигали мое желание. Ее голос был бесполезен; мне нужен был только ее язык, и я сильнее прижалась к нему. Хотя поначалу я протестовала против повязки на глазах, внезапно я увидела ее привлекательность. Она усиливала предвкушение.
— Сильнее.
 Слово прозвучало резко, когда я оседлала ее язык. Я ожидала, что Софи отпрянет, но она наклонилась ко мне, и я могла бы поклясться, что она наслаждалась этим больше меня.
 Мои подозрения подтвердились, когда она пробормотала:
— О, Боже.
— Пососи мой клитор.
 Софи облизывала и сосала. Ее язык проникал внутрь и скреб мои стенки, а затем возвращался на прежнее место. Мои бедра чуть не слетели с кровати, но лишь для того, чтобы упасть обратно на матрас.