Нищенка в Королевской Академии магии. Зимняя практика (СИ)

— Получается, меня все еще хотят убить?
— Защитные чары усилили не только вокруг Академии, но и во всех коридорах. Домовиков и студентов проверяют. Выясняют, находится ли кто-нибудь из них под воздействием заклятия. Клятву на крови и непреложный обет тоже можно отследить.
— Не верю, что Хос… — замотал головой Линдс.
— Я тоже не мог поверить. Он всю жизнь служил в Академии, ни семьи, ни детей… на что могли надавить?
Парни негромко беседовали, выдвигали предположения, а я погрузилась в себя. Не было возможности забиться в угол и поплакать, а слабость в стенах Академии показывать нельзя. Никто не посочувствует, будут глумиться, постараются добить. В груди продолжало жечь, я поднялась и открыла проход в подземелье. Я чувствовала, что во мне бушует огонь, и ему нужно найти выход, а то спалит меня.
Никто за мной не пошел, будто и не заметили ухода. Ну и хорошо! К лучшему. Свечей в подземной пещере всего пять. Четыре я поставила у стен, пятую в центре. Не стала садиться на пол, мне не нужна была концентрация, я чувствовала в себе стихию огня. Прикрыла глаза, чтобы освоиться и показать выход своему дару. Погрузилась в себя, почувствовала и увидела его: течет внутри меня, словно по сосудам. Ярко-алый, высокий, мощный. Кончики пальцев начало покалывать, ладони согрелись. Открыв глаза, я увидела всполохи на открытых ладонях, развернула их вверх и мысленно направила силу в центр. Огонь сорвался и яркой огненной струей расплавил свечу, оставляя на полу лужу из растаявшего черного воска.
Обернулась назад. Там, у стены, стояла еще одна свеча. Я не пыталась поджечь фитиль, мне нужно было выплеснуть стихию, что сжигала изнутри. Мой огненный поток давно расплавил воск, но я продолжала выплескивать огонь. Стена не претерпела никаких изменений, но мне стало легче, почти не пекло в солнечном сплетении, стали возвращаться чувства. Пока только боль, обида и непонимание.
Теперь я захотела зажечь фитиль, попробовала со свечой, стоящей по правую руку. Не вышло. Обгорела свеча до огарка. Прикрыв глаза, я вновь погрузилась в себя, мысленно общаясь с огненной стихией. Усмиряла ее, договаривалась. Огонь успокоился, в нем появились синие невысокие языки пламени. Они ластились ко мне, словно сгибая голову.
Подойдя к еще одной свече, остановилась напротив. Направила огонь… Перестаралась, но вышло уже значительно лучше, по крайней мере, фитиль зажгла, но спалила почти половину свечи. Потушила фитиль. Теперь стала пробовать зажечь лишь пальцами – щелкала ими, высекая огонь, направляя на фитиль. Еще несколько раз попыталась, с каждым разом все лучше.
Последнюю свечу взяла в руки. Хотела попробовать мысленно применить стихию, как это делает Рэй. Не получилось ни с первого, ни со второго, ни с десятого раза… Я начала нервничать. На мои плечи опустились чьи-то руки. Вздрогнула, но закричать не успела, знакомый голос тихо произнес:
— Ты напряжена, Лариана. Не стоит злиться на свои стихии, — его голос вновь разжег огонь в крови, смущали его руки у меня на плечах, которые не просто лежали, а массировали. — Закрой глаза и представь, что она горит. На улице ночь, а ты смотришь на огонь свечи и вспоминаешь незабываемый яркий момент из детства, — голос Рэя будто погружал меня в транс.
Перед мысленным взором появилась картина, как Софи мне привезла дорогую куклу, о которой я давно мечтала. Тети несколько дней не было, я скучала и капризничала. Почти ничего не ела, боялась, что она больше не вернется. Няня уложила меня спать, а я зажгла в камине свечу, села у окна ждать тетю. И она приехала. С подарками...
— Ты молодец, Лариана, — Рэй прижался губами к виску…
  
Глава 41
  
Я вздрогнула, этот поцелуй стал для меня неожиданностью. Открыла глаза – свеча горит. Сердце переполнилось нахлынувшими эмоциями. Получилось! У меня получилось! Какое-то время я смотрела на свечу, пытаясь восстановить дыхание. Подбадривание и тихий ровный голос Рэя мне в очередной раз помогли совладать со стихией.
Его губы до сих пор обжигали висок. Почему Рэй продолжает держать меня за плечи? Только сейчас я полностью осознала, насколько близко друг к другу наши тела. В этом была какая-то неправильность. Я попыталась отойти, но Рэй не отпускал. Губы скользнули к скуле, щеке. Краем взгляда заметила, что его глаза прикрыты. Слышала, как сбилось его дыхание.
Во мне все еще пылала стихия, а Рэй невольно ее подогревал, расшатывая мои эмоции.
— Отойди, — мой голос завибрировал от напряжения. Кто дал ему право так ко мне прикасаться?
— Выпусти огонь, Лариана. Давай. Не сдерживай себя, — его дыхание обожгло ухо, губы захватили мочку. Это был настолько интимный жест, что я растерялась. С поцелуем все было намного проще. Тот вызвал лишь злость. Никогда раньше меня так не касались мужчины. Пытались поймать и надругаться, но мне всегда удавалось убежать.
Я будто птица, попавшаяся в силки, а ловец пытается приручить лаской, вызывая непонятное волнение и тревогу.
— Доверься мне…
— Убери руки, Рэй. Целовать будешь Элию, — старалась говорить ровно, чтобы он себе не вообразил, чего не следует. Любят парни поцеловать, а потом приписывать то, чего не было.
— А если я хочу целовать тебя? — хриплый голос полоснул лезвием по натянутым нервам. Я хватала воздух пересохшими губами. Зачем он так? Я только начала открываться, доверять ему как наставнику, и тут Рэй все испортил!
— Не смей! — на моих ладонях заиграло пламя.
— Выплесни уже огонь, что тебя сжирает! — рыкнул он, из голоса пропали хриплые нотки. — Лариана, ты отсюда не выйдешь, пока не опустошишь резерв! Если понадобится, я буду тебя всю ночь целовать! — угрожающе. У меня не было сомнений, что он может так поступить. В другой ситуации у меня бы лицо от смущения загорелось, но сейчас я была действительно на него зла. Он играет, вызывает неправильные чувства и эмоции. Плохой из него наставник!
Злость взметнулась красной волной, выдергивая из меня мощное пламя, которое готово было нас поглотить. Руки Рэя сильнее сжали мне плечи, вокруг нас тут же выросли щиты. Мы стояли в холодном водяном коконе, спасаясь от огня, который утих спустя несколько минут.
— Ты молодец, — Рэй развернул меня к себе. Выражение лица нечитаемое. Такое ощущение, будто он меня не целовал несколько минут назад и не говорил… то, что сказал. — В первое время после инициации стихии ведут себя агрессивно. Они живые, Лариана, и если не научиться ими управлять, могут уничтожить мага. В твоем случае еще сложнее, потому что дар был запечатан на долгие годы. Обычно способности медленно просыпаются в маге, в твоем случае – резкий выплеск силы. Он способен навредить в первую очередь тебе, — продолжал спокойно разъяснять Рэй. — Если не опустошить резерв, могут быть необратимые последствия.
— Какие?
— Например: увидишь кошмарный сон и спалишь Академию, — улыбнулся уголками губ.
— Я поняла, — попыталась отойти от него на шаг. — Но больше не смей меня целовать.
— Прости. Нужно было действовать решительно. В твоем случае – вызвать злость, чтобы получить быстрый результат.
— Ты мной манипулировал? — зачем-то спросила то, что было очевидно. Меня где-то глубоко внутри больно царапнуло, что красивый парень целовал меня, чтобы добиться нужного результата. А я вообразила себе…
— Лариана, правда тебе может не понравиться, поэтому не стоит спрашивать.
Что это могло значить, я уточнять не стала, но в душе поселилось смутное беспокойство. А мысль о том, что он хотел меня целовать, навязчиво крутилась в голове.
— А теперь, — Рэй полез во внутренний карман сюртука и достал продолговатую коробочку, — я бы хотел поздравить тебя с днем рождения…