Сто тысяч миль (СИ)

— А здесь крокодилы бывают? — услышал я голос Кларк за спиной. — Я читала, что они как раз любят подобные места.
— Или даже стая, — выдал пацан.
Я фыркнул. Тоже мне умник.
— Мало кто из них живёт стаями, — поучительно заметил в ответ я. — Эти ребята не из тех, что избегают хорошей драки. Особенно друг с другом. Так что у каждого свои охотничьи угодья. Максимум, что нам светит — голодный одиночка, но и то вряд ли. В этой тине нечем поживиться.
Глупых вопросов они больше не задавали. Солнце поднялось совсем уже высоко и жарило без намёка на пощаду. Духота стояла невыносимая — последние дни лета всегда были самыми жаркими. Минуты складывались в часы, а часы, казалось, длились неделями. Доведя монотонную работу до автоматизма, мой мозг отключился и, казалось, уснул. Я и сам не заметил, как бездумно повторял заученную последовательность: вытянуть руку, погрузить шест и нажать, шагнуть вперёд, вынуть шест, вытянуть руку… Шест провалился внутрь, не уткнувшись в дно. Я едва не нырнул следом, но только едва, спасибо рефлексам. Такие провалы периодически случались, заставляя нас слегка изменить курс, заодно и бодрили мозг хорошей долей адреналина. Что таилось в глубине, лучше было не проверять.
— Долго нам ещё идти по этим болотам? — спросил Уэллс, когда мы остановились на краткий привал на небольшом островке.
Бросив суровый взгляд на пацана, испортившего мне аппетит, я отвернулся. И вот зачем он напомнил о своём существовании? Чёрта с два я не заметил, как он смотрел на Кларк: совсем не по-дружески и не по-братски, что бы она там себе ни надумала. И с чего бы тогда закатывал сцены в Полисе, если бы сам не хотел оказаться в тот вечер с Небесной, а не с Эвелин? Сначала я думал, что он был просто агрессивный и достаточно тупой, чтобы это демонстрировать. Но теперь понял. И это напрочь сбивало с толку. Разве этот их Протокол не запрещал подобное? Пусть даже он только жадно рассматривал. Даже не пытался скрываться. Мечтал. Гадёныш.
— К ночи мы должны дойти до твёрдой земли. Потом ещё где-то день до межкланового торгового пути, — вежливо и сухо ответил я.
— Что, надоело тут? Кажется, что болото засасывает? — усмехнулась Эвелин. — Ничего, скоро втянетесь и уходить не захотите.
Кларк наградила её скептическим взглядом.
— Лучше уж обратно в космос. Там всё серое и просторы не такие, зато не так воняет. И душ есть.
— Что ж ты сразу не сказала, что такая принцесса? Простите за неудобства, Ваше Высочество, — воительница склонила голову в подобии поклона. Я едва переборол желание усмехнуться.
— Лучше уж принцесса, чем грязнуля с болот, — не осталась в долгу Небесная. — Ну и гадость.
— Это ты зря бросаешься оскорблениями. Космос далеко, а вот болото… Оно прямо здесь и полно опасностей.
— Так уж полно… Нас всего четверо.
Я почти засмеялся. Если эти двое подружатся, то миру не миновать второго апокалипсиса. А это было не исключено — они обе с трудом скрывали улыбки за серьёзными лицами. Общие невзгоды сближали, как ни крути. Не хотелось даже ругаться. Максимум — свернуть шею пацану, но только для профилактики.
К ночи мы-таки добрались до твёрдой земли, но больше не успели ступить ни шагу. Темнота опустилась стремительно, и идти вглубь зарослей стало опаснее, чем остановиться на берегу. В ночь на охоту выползали самые разные твари, к встрече с которыми наши небесные гости были не совсем готовы. Палатку мы поставили в полусотне футов от реки. Эвелин осталась со мной, чтобы развести костёр, пока Уэллс и Кларк отправились набрать воды. Выполнять задание они не спешили — стояли и о чём-то говорили у самой воды. Я изредка поглядывал на их силуэты, но пока всё было тихо.
— Я и не думала, что моё желание сбудется так скоро, — мстительно усмехнулась Эвелин. — Ты страдаешь. Так приятно! И здорово! Она, конечно, классная, но всё же…
— Что? Ревнуешь?
— Никогда больше не говори такой бред, — фыркнула она. — Я просто заметила, что там уже занято.
— А мне казалось, что там сейчас пустое место.
Эвелин усмехнулась и бросила взгляд на Небесных. Они стояли ещё ближе прежнего. Я отвернулся, борясь с желанием прервать их беседу прямо сейчас.
 
— Неплохо. Но не думаю, что она того же мнения.
— Он предал своих, намеренно или нет — неважно. Вряд ли между ними всё по-прежнему.
— Но это не отменяет того, что он подходит ей по всем параметрам намного больше тебя. Воспитание, образование, образ мыслей, моральные принципы, да и прошлое у них общее.
— И что?
— Да ничего. Просто нравится смотреть, как ты бесишься, — засмеялась она и, взмахнув косой, нырнула в палатку.
— Ненавижу тебя, — напомнил ей я. В ответ снова услышал лишь смех.
Костёр уже вовсю разгорелся. Я поднялся на ноги, рефлекторно хватаясь за кинжал на поясе. Да сколько можно набирать там эту треклятую воду? С намерением поторопить их я зашагал к берегу, но они уже закончили разговор и без меня. С мрачным выражением лица Уэллс шагал обратно к костру, а Кларк присела у воды, наполняя флягу. Я засмотрелся на неё, поражаясь свойствам ткани костюма. В ночи она настолько идеально сливалась с окружающим миром, что даже почти не отражала отблески пламени костра. Вот бы нам такое на охоту. Просто сокровище.
Боковым зрением я уловил какое-то движение на поверхности воды. Волны расходились в стороны, будто нечто стремительно приближалось. Я рванул к Кларк раньше, чем успел осознать это. Схватил её за руку и потащил на себя, оттягивая вглубь берега. Она вскрикнула, но даже не успела подняться на ноги — в следующий миг из воды выползла огромная кожистая туша. Крокодил раскрыл пасть, полную острых клыков, и пополз прямо к ней. Небесная резко вскочила на ноги, в панике пятясь назад.
— Крокодил! У нас тут чёртов крокодил, — рявкнул я, уверенный, что Эвелин услышит и прибежит, как можно скорее.
Пока гигантская рептилия ползла, желая отгрызть Кларк пару конечностей, я думал. Быстро. Бежать по суше особо некуда. Реакция у этих гадов отменная, так что зайти сбоку, оставаясь в целости, невозможно. Сзади сильный длинный хвост, которым они глушат рыбу. Одного удара вполне хватит, чтобы сбить с ног. Чёрт! Нужно ослепить его. Закрыть обзор. Нужна ткань. Ткань…
Я стянул с себя рубашку и швырнул прямо в морду твари. Пока крокодил вертел башкой, пытаясь её стряхнуть, я в несколько шагов оказался рядом. Запрыгнул на переднюю часть спины и сжал ногами его бока, не давая нас перевернуть, а руками надавил на шею. Рептилия вынужденно пригнула голову. Её нижняя челюсть упёрлась в землю, и пасть захлопнулась. Роковая особенность крокодилов: сжимают пасть они с потрясающей силой, равной которой нет, но даже моей силы было достаточно, чтобы не дать ему разжать её снова. Гад зашевелился, пытаясь освободиться, но тут уже подскочила Эвелин. Стащила с морды ткань, без промедления всадила кинжал ему в глаз и смотала пасть верёвкой на случай, если крокодил был ещё жив. После второго удара рептилия окончательно обмякла. Я отпустил массивную шею и встал, натягивая рубашку обратно.
— Кажется, ты выловила нам ужин, — усмехнулся, глянув на побледневшую и ошарашенную Кларк, которая всё ещё не могла сдвинуться с места.
— Ты говорил, что здесь нет крокодилов, — сдавленно пробормотала она.
— Зато теперь ты попробуешь самый настоящий деликатес. Даже у нас в городе все умрут от зависти.
Ничего не ответив, она дрожащими руками понесла расплескавшуюся воду к костру. К ней тут же подскочил Уэллс, донимая расспросами. Эвелин рядом хмыкнула.
— Ты скорее напугал её, чем впечатлил, повелитель крокодилов.
— Заткнись.
— Ты хотел сказать «спасибо за помощь, напарница»?
— Хотел сказать, что туша огромная. И сама себя не освежует. Если не хочешь, чтобы я взялся за тебя, то замолчи и режь.
Когда с ужином было покончено, мы с Эвелин договорились всю ночь дежурить по очереди, чтобы ещё какая-нибудь весьма расторопная рептилия не успела полакомиться человечиной. Водная ушла спать первой. Через какое-то время от своего присутствия нас, к счастью, освободил и Уэллс. Кларк пока идти спать не захотела, и он за это почему-то смерил долгим злобным взглядом именно меня. Но всё же, к своей чести, ушёл молча.